Трагический эксперимент. Книга 4 - Яков Канявский

ним и Колчак, покинули Омск. Но когда поезд Верховного правителя подходил к Иркутску, оказалось, что город уже в руках Политцентра — органа, совместно созданного эсерами, меньшевиками и большевиками. Чехи и союзники стремились теперь только к одному: поскорее эвакуироваться из России…

По соглашению, заключённому между представителями союзников и Политцентра, Колчак и находившийся при нём золотой запас были переданы Политцентру, а он, со своей стороны, обязался обеспечивать движение союзных и чешских эшелонов на восток. В окружении Колчака возник план ухода в Монголию. Но уходить, как оказалось, было не с кем: личный конвой таял на глазах. Последнее, что оставалось, — переодеться в солдатскую шинель и затеряться в одном из чешских эшелонов. Колчак отверг такой план.

15 января 1920 года чехи его арестовали и передали Политцентру. Чрезвычайная следственная комиссия Политцентра начала допросы, и пока они шли, власть в Иркутске перешла к большевистскому Временному революционному комитету — ВРК. Тем временем к Иркутску приближались сохранившие боеспособность части колчаковской армии под командованием генерала Войцеховского. Они выдвинули ультиматум: если им выдадут Колчака, они обойдут Иркутск. Находившаяся в одной тюрьме с Колчаком его гражданская жена А. В. Тимирёва сумела сообщить ему об ультиматуме. На это адмирал ответил: это лишь ускорит развязку.

Причиной смерти некоторые историки называют личное секретное указание В. И. Ленина, опасавшегося его освобождения спешащими на подмогу войсками Каппеля.

Кто отдал приказ о расстреле Колчака? До последнего времени считалось — Иркутский ВРК. Лишь относительно недавно стала известна записка Ленина заместителю председателя Реввоенсовета республики Э. М. Склянскому для передачи председателю РВС 5-й армии И. П. Смирнову. Вот её текст: „Не распространяйте никаких вестей о Колчаке, не печатайте ровно ничего, а после занятия нами Иркутска пришлите строго официальную телеграмму с разъяснением, что местные власти до нашего прихода поступили так и так под влиянием угрозы Каппеля и опасности белогвардейских заговоров в Иркутске…“

Неизвестно, однако, когда записка была написана. По одним данным, в январе 1920 года, по другим — в феврале, после расстрела Колчака.

…Ночь на 7 февраля 1920 года. Стылые Ангара и её приток Ушаковка. Перед смертью Колчак не принял предложение завязать глаза. Свой портсигар он подарил командующему расстрелом сотруднику ВЧК. Огневой залп. Лёд и огонь. Всплеск чёрной воды в проруби.

Но был ещё эпилог. В мае 1920 года в Омске состоялся трибунал, судивший 23 захваченных красными колчаковских министров и высокопоставленных чиновников. В помещении, где происходили судебные заседания, висел плакат: „Восставший трудовой народ ищет не мести, а справедливого суда“. Четверо бывших министров были приговорены к расстрелу, другие — к различным срокам лишения свободы: от 5 лет до пожизненного заключения. Приговорённые к расстрелу направили в Москву — Ленину, Троцкому и Калинину — прошения о помиловании. Они обещали честно служить советской власти и просили „дать хотя бы надеяться послужить когда-нибудь объединяемой и возрождаемой вами России“. Ответ задерживался. Тогда председатель Сибревкома Смирнов потребовал „срочно разрешить вопрос“, указав мнение ревкома: „Четверо должны быть расстреляны…“

После смерти адмирала долгие годы ходили мифы „о золоте Колчака“. Что же это за золото, сколько его было и куда оно делось на самом деле? К моменту начала Первой мировой войны золотой запас Российской империи был одним из самых крупных в мире и составлял 1311 тонн золота, или, в денежном измерении, 1 миллиард 695 миллионов рублей. Для начала — много это или мало?

В первые годы войны примерно треть этого запаса была вывезена в Англию (большей частью в Канаду, которая тогда была частью Британской империи). На момент прихода большевиков к власти золотой запас страны составлял 1 миллиард 100 миллионов рублей. Но хранился он не в Петрограде, давно охваченном революционным брожением, а был заранее вывезен в Казань.

Большевики попытались забрать золото, однако удалось взять лишь 100 ящиков (согласно отчётности, в ящике для перевозки золота было 5 пудов, то есть около 80 килограммов) — в августе 1918 года Казань захватили белые — Народная армия КОМУЧа (вооружённое формирование Комитета членов Всероссийского учредительного собрания) под командованием Каппеля — и их чехословацкие союзники.

Золотой запас отправился путешествовать: сначала в Самару, где осело правительство Учредительного собрания, затем в Уфу и, наконец, в конце ноября 1918 года, — в Омск, где оно поступает уже в распоряжение правительства Колчака (в ноябре 1918 года адмирал Колчак был провозглашён Верховным правителем России). Золото было размещено на хранение в местном филиале Госбанка. В мае 1919 года было установлено, что всего в Омске находилось золота на сумму 650 млн рублей (505 тонн).

15 января 1920 года в 21:55 на станции Иннокентьевская недалеко от Иркутска „Верховный правитель России“ адмирал Колчак был передан чехословаками, по согласованию с союзниками, уполномоченным иркутского эсеро-меньшевистского Политцентра, которые затем сдали его большевикам. Это было „необходимой для безопасности чешского войска“ мерой, сделанной для обеспечения свободного продвижения их эшелонов на восток.

Попавшее в руки большевиков золото на сумму около 400 млн рублей было отправлено обратно в Казань. Народный комиссариат финансов РСФСР в июне 1921 года составил справку, из которой следует, что за период правления адмирала Колчака золотой запас России сократился на 235,6 миллиона рублей, или на 182 тонны. Эти данные сразу порождают много вопросов:

• каким образом миллиард золотых рублей „похудел“ на треть за вторую половину 1918 года?

• почему деньги поступили в Омск ещё осенью, а смогли их посчитать лишь к маю?

• если большевикам досталось всего 400 млн, куда делись остальные деньги?

И здесь стоит вспомнить, что Колчак был „Верховным правителем России“ на английской службе. Весь 1919 год „золотые“ эшелоны шли по Транссибирской магистрали. Золото отправлялось преимущественно в британские и французские банки. Зная биографии тех, кто им распоряжался, этот факт не удивляет. На что же шли деньги?

Имея в своём распоряжении огромные финансы, Колчак не позволял своему правительству расходовать золото ни на социальные выплаты, как принято говорить теперь, ни на стабилизацию финансовой системы и борьбу с инфляцией. Это тем более удивительно, что в немалой степени инфляция была вызвана действиями предыдущего правительства (безудержная эмиссия „керенок“), в работе которого он принимал живейшее участие и правопреемником которого являлся.

Ещё один популярный миф гласит, что эти деньги были потрачены на закупку вооружения. Однако по данным педантичных англосаксов, из Соединённых Штатов поступило около 400 тысяч винтовок (в том числе 268 тысяч из них — поставки американского правительства — должны были обойтись бесплатно). Ещё 50 тысяч винтовок закупили в Японии. По самым завышенным оценкам, на закупку вооружения и обмундирования для своей армии Колчак потратил 68 миллионов