Великая Восьмёрка - Данил Манонин

У каждого есть право на время огородить себя от всего того, чем он занимается.

– Но если так…

– Если так, я предложу третий вариант. У меня есть квартирка в Кировском районе. Тебе ближе ездить, да и врачей, думаю, не слишком затруднит.

– Да это же прекрасно! Почему же ты раньше ничего не сказал?

– Я просто, – он улыбнулся до ушей, – проверял твоё усердие. И ты справился. Вован и Боб, мои прошлые правая и левая руки, светлая им память, не были столь усердны, когда начинали.

– Спасибо. – подумав, сказал я. – За то, что… Так относишься ко мне…

– Не за что. – кратко бросил он. Но этим кратким словом уже было всё сказано.

Очкожуй

– Да чёрт возьми! Что непонятного? – Эсс Шейкер быстро жестикулировал. – У вас две карты, на столе до пяти карт. Вот, лист комбинаций перед вами. Смотрите… Если хоть что-то выходит, можете уравнивать ставку и оставаться в игре.

– А если нет? – спросила Настя. – Тогда сбрасывать?

– Можешь сбрасывать, а можешь рискнуть и остаться в игре, вдруг ещё что-нибудь выстроится…

Молчание.

– Ну, вы поняли или нет?

– Я уже давно понял. Давайте, догоняйте! – поторопил Гробовщик.

– То есть, можно хитрить? – сделал я, возможно, очевидный вывод.

– Да, и хитрить можно! Всё в ваших руках.

– Всё, тогда я понял. Наконец!

– Я тоже поняла, – улыбнулась Татар Гёрл.

– Фух… – выдохнул Эсс Шейкер. – Ну наконец-то! Теперь начнём? Давайте карты!

Он собрал все карты, начал быстро и умело их перетасовывать. Казалось, карты сами прыгают друг через друга. Эсс Шейкер был настоящим асом в картах. Видимо, некоторые посетители были не прочь сыграть в покер. И можно было лишь гадать, в каком именно его заведении люди больше играли в карты: в клубе «У Эсс Шейкера» или элитном ресторане «Аляска», после смерти Маши переименованный в «Аве Мария». Во втором намного меньше любителей поиграть. Но зато в клубе люди, в основном, играют далеко не в карточные игры.

Карты розданы, блайнды выставлены. Игра пошла. Раунд за раундом, круг за кругом. По неписаным правилам покера нужно было понять своего противника. Выяснить, какой он: аккуратный или рисковый. Нужно было заметить его слабые и сильные стороны. Всё для того, чтобы помыкать им, заставлять делать то, чего хочешь именно ты.

И я волей-неволей начал замечать особые черты, которые, к слову, имели прямую связь с характером человека. Гробовщик, например, постоянно оставался в игре и часто поднимал ставки. Вряд ли у него постоянно такие хорошие карты. Должно быть, он просто слишком рисковый. Он не пытался блефовать, просто рисковал. Настя была очень осторожной, постоянно сбрасывала карты при большом повышении ставок. Эсс Шейкер был самым сложным противником. Его было намного сложней понять, он постоянно менялся и подстраивался под ситуацию. Но и я теперь был во всеоружии.

Очередной раунд. Похоже, он изначально в мою пользу. На руки сразу попались два короля.

– Так, выкладываю! – предупредил Эсс Шейкер и, сбросив верхнюю карту колоды, ровно выложил на стол первые три карты: четвёрка, десятка и дама.

– Я повышаю! – наивно бросил Гробовщик.

– Принимаю.

– Я тоже. – поддержала Настя.

– Повышаю! – улыбнулся я.

– Ах так! Поддерживаю… – Гробовщик повысил голос.

– Принимаю. – вовлечённо повторил Эсс Шейкер.

– Нет уж, я, пожалуй, сброшу… – покачала головой Настя.

– Продолжим, – протянул Шейкер, выкладывая новую карту.

Дама. На этот раз уже молча Михаил подвинул на центр стола половину своего банка. Юрий думал долго, и всё же не решился продолжать. Он был обеспокоен положением карт. Две дамы на столе – отличный шанс собрать сет или даже фуллхаус. Но, зная Гробовщика, я решил рискнуть. Ровно отсчитанные фишки поехали в общую кучу. Юрий, хлопнув в ладони от переизбытка эмоций, потянулся за последней картой. Ничего особенного, просто шестёрка.

– Пожалуй, – нагнетая обстановку, заявил Михаил, — я пойду ва-банк!

Все недоумевающе посмотрели на него. У него было больше фишек, чем у меня. Он мог обойтись без риска вылететь, но не обошёлся. Что это? Безрассудность или хитрый план? Уже не знаю… Теперь я и впрямь задумался. Стоит ли подставляться? Может не стоит? Хотя, иначе я потеряю все отданные фишки. Чёрт…

Вдруг по стене что-то постучало. Все обернулись. В дверях стоял невысокий парень моего возраста. Я сразу его узнал, это Шак’Хид. Остальные понятия не имели об облике Жени. На постоянной основе он носил облик мужчины с залысиной. Гробовщик хотел было встать и начать допрос, но я остановил его жестом.

– Ну что, всё получилось?

– Да, всё вышло. Этой группы больше нет. Правда, Пустошь ранили… – можно было заметить, как его кожа дёргалась, словно вода в луже при дуновении ветра.

– Она жива? Где она? – вскочил я.

– Жива… Я её исцелил. Жаль, не могу убрать шрамы…

– А что с Хойтом? Он был там?

– Был… Только вот, он ещё жив… Я… Упустил его…

– Чёрт побери, Шак’Хид! Они же теперь будут готовы!

– Готовы!? – он резко упёрся запястью в стену, так, что по всей её высоте пробежала трещина. – К чему, интересно? Что они смогут мне противопоставить? Не будем брать Пустошь, это было ошибкой. Там слишком опасно… Но против меня им нечего предложить! Какая разница? А так я спас её. – он махнул рукой куда-то назад. – Она важней!

– К тому же, – подхватил Эсс Шейкер, – это, возможно, даже лучше. Когда они поймут, что находятся в опасности, большинство просто уйдёт из Упырей. Они не будут рисковать жизнями. Некоторые завяжут вовсе, некоторые продолжат творить беспредел в одиночку, но таких даже полиция сможет обезвредить. Меньше жертв – меньше проблем.

– Да. Прости, Шак’Хид… – я откинулся на спинку кресла и помолчал. – Слушай, садись с нами в покер!

– Хе-хе… Прости, но если я сяду, то вы останетесь без денег вообще. Я ведь насквозь вижу, что у вас за карты. Вот ты, например, Гробовщик, сидишь и нагло блефуешь, у самого пара на тройках, а выставляешь, как за фуллхаус.

– Пара на тройках? – воскликнул я и сразу уравнял ставку, пойдя ва-банк.

– Вот же… – нахмурился Михаил.

– Вскрываемся… – протянул подбадривающе Эсс Шейкер.

– Давай, давай! – ещё более подбадривающе сказал я, открыл своих королей и застучал пальцами по столу. – Открывай свои троечки.

– Пожалуйста! – он поднял карты над головой и с размаху бросил их на стол.

– Две десятки? – недоумевающе спросил я.

– Ага. Фуллхаус! – рассмеялся он. – Банк мой!

– Какого? Шак’Хид!

– Считай, мы квиты… – он улыбнулся, а миг спустя захохотал.

Хойт

16/12/2017

Дорогой дневник,

Чёрт, до чего я докатился? Начал писать