Игра в чужую жизнь - Елена Гриб

Нечто, напоминавшее сказочную жар-птицу (ну, или окрашенного в рыжий цвет павлина с хохолком), медленно спланировало на тропу и важно зашагало по ней вперед, вынуждая пристраиваться к своему шагу. Воин взмахнул рукой. Никакого эффекта. Он потянул меч из ножен.

— С ума сошел?!! — сильный толчок отправил солдата в кусты, а сама девушка, шарахнувшись от оружия, утратила равновесие и села на пятую точку.

Крашеный павлин мгновенно развернулся и запрыгнул ей на колени. Попытался клюнуть в глаз, начал теребить пуговицу… Клюв у него был крепкий, как у попугая, а глаза большие, выразительные и выпученные точь-в-точь как у парня, что вылезал из зарослей.

— Ваше Высочество, бросьте немедленно, это опасно! — от его невозмутимости не осталось и следа.

— Я сама разбираюсь со своими врагами. Захочу — поглажу, захочу — перья повыдергиваю, — удержаться от смеха было трудно, да и умнее ничего в голову не пришло, но от принцессы, наверное, должны даже это проглотить.

«Оказывается, я люблю животных. Хоть что-то радует. Еще бы имя вспомнить…» — навязчиво лезло в голову.

С птицей на руках она быстро зашагала вперед. Сзади послышались торопливые шаги — солдат явно стремился занять прежнюю позицию. Вот он мягко скользнул плащом по ветвям… на полшага впереди… Павлин, видимо, вспомнил, что он — птица, и решил полетать. Распрямленные крылья ударили воздух, пламенный вихрь метнулся вперед! И снова: меч — толчок — приземление в кусты. Девушка почти пожалела своего сопровождающего: меньше чем за пять минут дважды наступить на одни и те же грабли — здесь особый талант нужен. Хотя, с другой стороны, нечего на невинную пташку бросаться, особенно после того, как принцесса запретила. Вернее, та, кого он считает принцессой… «Черт, как же от него отвязаться? Драпать отсюда надо быстро!» — эта умная мысль то и дело высовывалась на передний план, затмевая даже опасения насчет душевного здравия.

Тропинка закончилась неожиданно: еще мгновение тому мелькала перед глазами пестрая зелень — и внезапно открылось чистое пространство. Небольшой пруд, окруженный старыми ивами, едва вмещал в себя множество водоплавных птиц, среди которых виднелись как обычные утки и гуси, так и лебеди, и даже одинокий фламинго! Но самое главное — здесь слышался шум города! И от пруда в сторону забора росли, кажется, настоящие елки, а не дурацкий бамбук! Это был тот шанс, которого она ждала от сада.

Сердце забилось как бешеное от мысли, что не выйдет, не получится, не… Момент! Если подумать рационально, у парня-гвардейца явно нарушена координация, раз он так легко падал от несильного удара. К тому же на нем полный комплект доспехов (кроме шлема), в которых особо не побегаешь. Девушка не знала, как обстоят дела со скоростью у нее самой, но, казалось, если выложиться по полной, от бронированного преследователя убежать можно запросто. Отвлечь бы его хоть на минуту, а то смотрит, как охранник в музее на самый ценный экспонат! Спугнуть птиц на пруду, что ли? Кстати, Бог любит троицу, верно?

Ближнюю половину водоема окружал небольшой барьер. Присев на него, удобно было бы бросать кормежку в воду или просто любоваться природой.

Она опустилась на край барьера, спиной к пруду. Гвардеец застыл, как статуя, рядом.

— Я здесь долго буду. Присаживайся, устанешь ведь, — произнесла девушка, придав голосу максимум дружелюбия.

Сказала, и сама почувствовала, что от такого приглашения он скорее на самую высокую елку залезет. Правда, это ее тоже устраивало.

Но, как ни странно, солдат потоптался на месте, потоптался, и примостился на расстоянии вытянутой руки. Отлично! Дальше — дело техники.

— Удивительно красивое место, ты не находишь? Только шумно очень, — расстояние между ними сократилось вдвое.

— Принцесса, вы же сами говорили, что эти звуки заглушат все лишнее, — для ответа он повернул голову и, обнаружив «принцессу» в непосредственной близости, начал понемногу отодвигаться.

— Лишнего ничего не бывает, — ладонь девушки скользнула по блестящему наплечнику, тронула гладко выбритую щеку. — Ты считаешь, там есть что-то ненужное? — кивок в сторону пруда.

— Я… а… нет… то есть, конечно, все как надо…

— Нет, взгляни внимательней, может, я чего-то пропустила?

Вероятно, в этом мире принцессы действовали на солдат, как удавы на кроликов. Гвардеец послушно повернулся к уткам — и полетел к ним же.

«Только б не утонул в железяках!» — а все следующие мысли были исключительно о свободе там, за стеной.

«Елки» и вправду тянулись до самой ограды. Вместо колючек они имели мягкие тоненькие листочки, но ветвились, как самые настоящие ели, то бишь удобно для лазанья. И дерево-мечта нашлось: старое, могучее, выросшее рядом со стеной. Она оглянулась. Нигде никого. Мелькнула мысль, что, может, солдатику требуется помощь, однако ее вытеснила другая, более насущная: «А мне кто поможет?»

Первая ветка преодолена, дальше дело пошло быстрее. Кстати, ветви у «елки» хоть и толстые, узловатые, а потрескивают при каждом движении, гнутся, и кажется, что вот-вот обломаются. Высота небольшая, но все равно страшно!

Еще немного — и девушка лежит на ограде. Лежит — потому что за стеной кипит бурная жизнь города, и спрыгнуть вниз, не попав под копыта лошадей, колеса многочисленных повозок или просто под ноги идущих, бегущих, ковыляющих, даже ползущих людей (людей ли?), было проблематично. А торчать на стене в сидячем положении, привлекая внимание толпы, как-то не хотелось.

Она решила подождать удобного момента. Еще чуть-чуть… Вот этот проскачет… Пусть пройдут те мужики с копьями… О, сейчас!

Из последующих событий девушка вынесла одно из главных правил этого мира: нельзя медлить — ни ждать удобного момента, ни раздумывать, ни решаться. Потому что обязательно найдется кто-то, кто о таких понятиях не имеет ни малейшего представления.

Рывок — и она летит… только в обратную сторону, в сад. Ветки царапают по лицу, от столкновения с землей перебивает дыхание. Железные (в буквальном смысле!) тиски сдавливают руку, сверху капает вода. И полный ненависти голос:

— К кому опять собралась, тварь?

— А где «вы» и «принцесса»? — не самое умное, что можно сказать, но другие мысли в испуге попрятались и, похоже, вылезать на свет божий не собирались.

— Там же, где мой ребенок!!! Я и так слишком долго с тобой церемонился! Носился, как с хрустальной вазой, даже благоволил перед тобой: против отца пошла, не побоялась! И зачем было дурочку влюбленную строить? Снова эти игры?.. Надоело!!!

— Во-первых, дурочку влюбленную строил ты. Во-вторых, какой еще ребенок?..