Игра в чужую жизнь - Елена Гриб

— Малдраб?

— Наш император, Малдраб Четвертый.

— Он красное носит, да? — уточнила Лин, вспомнив башню.

— Нет, красная только мантия.

— Ладно, это несущественно. Марк, а мужик с длинными острыми ушами — кто?

— Дисон, придворный врач. Эльф, между прочим! Думаю, тот, в зелени, советник Крезин. Не понимаю, правда, почему он в таком состоянии, но никого иного там быть не могло. Они всегда втроем ходят. Кстати, с оценкой его состояния ты явно переборщила! Согласен, советник немного зеленоватый, хотя его кислая рожа от этого ничуть не страдает.

— Эх, знать бы еще, чего от меня им надо, — вздохнула девушка. — Подожди, с чего ты взял, будто он зеленый?

— Увидел. Лин, если перестанешь изучать клусскую траву и поднимешь голову, то тоже его увидишь.

Император был в ярости. И не потому, что он своими руками (или же словами, не в том дело!) уничтожил довольно-таки реальный шанс выпутаться из паутины придворных интриг. Не потому, что до конца теперь уже недолгого правления и, наверняка, такого же короткого остатка жизни эльф и Крезин будут попрекать его этим. Не потому, что его родная дочь станет не королевой Гартона, а дворовой девкой с незаконнорожденным дитем. Не потому, что у проклятого Грайта появится причина для войны. Нет! Император не считал себя виноватым. Он попросту не мог понять, как посмела мелкая пешка соскочить с доски и пытаться вести свою игру?!! Пешка, которую, если потребуется, гвоздями приколотят на ее место! Неважно, что пророчество Радиса сбылось и советник избавился от растительного убранства — благодарность заслуживают лишь равные!

А теперь Малдраб видел — это недоразумение, в первый миг принятое им за свою дочь, не имеет к принцессе ни малейшего отношения. Хотя бы потому, что Маргалинайя никогда в присутствии мужчины, тем более гвардейца, не стала бы рассматривать траву, пусть даже радужную, не так давно выведенную клусскими магами. Впрочем, подобные мысли о дочери просто неэтичны.

— Быстро же она нашла себе союзника! — Дисон, как всегда, выражал свои мысли вслух. — О, кажется, нас заметили. Слушай, Виви, с ней случайно не твой… э-э-э… зять несостоявшийся? Так-так, дело попахивает скандалом. Надо их как-то во дворец переместить, иначе скоро здесь будет много любопытных.

— Почему «их»? — император оглянулся на Крезина, словно ища его поддержки. — Девушку забираем, а этот пусть… Пусть уходит.

Однако Крезин не согласился:

— Дисон прав, Ваше Величество. Внешнее сходство между ней и принцессой очень значительное, но для человека, который некоторое время был… хм, близко знаком… Гвардейцев учат быть наблюдательными и вытаскивать информацию, а Маркан служит не первый год. Я полагаю, он уже знает ситуацию с точки зрения той девушки, и если соотнесет ее с происходящим в стране, то, сами понимаете…

— Хорошо, идем к ним, — распорядился Малдраб Четвертый, — поговорим…

— Не поговорим, а вежливо попросим пройти во дворец для дальнейшего обсуждения ситуации, — уточнил эльф.

— Что мешает обсудить ситуацию здесь, Дисон?

— Скажу прямим текстом: если откуда-то со скандалом выбегает принцесса, хватает своего любовника и идет с ним в сад, а потом появляется ее отец, расспрашивает, где она, и направляется следом, захватив помощников — Виви, поверь, любопытствующих будет много.

— Вдруг они начнут упрямиться?

— Ваше Величество, посмею вам напомнить, что у нас есть отличнейший рычаг давления на Маркана, — с едва заметной усмешкой проговорил Крезин. — А поскольку он здесь единственный знакомый нашего двойника, то, думаю, с ними обоими проблем не будет.

Переговоры (или уговоры?) вызвался вести Дисон. Во-первых, император счел данную миссию ниже своего достоинства. Во-вторых, всем было известно обаяние эльфа, заставляющее даже столетнюю старуху чувствовать себя молоденькой девчонкой. И, в-третьих, длинноухие считались очень живучим народом — это на случай, если дикарка окажется опасной.

Лин, вопреки мнению Малдраба Четвертого, сразу же согласилась перейти в более уединенное место для обсуждения сложившейся ситуации. Как говорится, после боя кулаками не машут, и упираться теперь, когда потенциальных противников стало намного больше (да и свидетелей прибавилось), было бессмысленно. А единственное выдвинутое ею условие (присутствие Маркана при разговоре) парламентеры сочли вполне приемлемым.

На этот раз они шли широкой ухоженной аллеей, отличавшейся почти привычным, по сравнению с тропинкой, видом. Замощенная розоватым камнем дорожка, деревянные скамейки, аккуратно подрезанные кусты, подбеленные липы, стеклянные колпаки фонарей — ничто не говорило о том, что совсем рядом находится потрясающий мир экзотических растений.

Аллея подходила к задней двери императорского дворца — того самого фантасмагорического сооружения из цветного камня, стекла и белого мрамора. За дверью открывался широкий пустой коридор, пол, стены и потолок которого были выложены настолько реалистичной мозаикой, что девушке в первый миг показалось — они возвратились туда, откуда началось ее знакомство с Императорским садом. Эльф резко свернул направо к боковой лестнице. Второй этаж, третий, длинный коридор без дверей, несколько ступенек вверх, снова коридор, только в обратную сторону… Наверное, это продолжалось бы долго, но у императора, шедшего с независимым видом позади, кончилось терпение:

— О боги, Дисон, куда ты идешь? У меня голова кругом от твоих переходов.

— Это еще не страшно. Вон Крезин вообще позеленел, — заявил эльф. — Я иду в нашу комнату для особых совещаний.

— Это в какую же?

— Да в спальню твою, Виви!

— Дисон, я бы попросил при посторонних соблюдать хоть видимость приличий. Кроме того, в мою спальню можно пройти гораздо быстрее, не нарезая круги по периметру дворца. И почему мы идем в мою спальню?

— Крезин, объясни ему, а то я пока соблюдаю приличия.

— Ваше Величество, понимаете…

— Понимаю! Прошу тебя, обойдись без своих заумностей!

Советник вздохнул. Как сказать императору, что его покойная супруга, отличавшаяся излишней скромностью, напихала в их опочивальню множество артефактов против подглядывания и подслушивания, поэтому совещания чаще всего проводились именно там не из-за удобства для властителя, а по соображениям безопасности?

— Ваше Величество, мы идем в самое защищенное место дворца. А идем кружным путем потому, что Дисон не хочет открывать посторонним краткий.

— Да? А я не хочу, чтобы в мою спальню вообще кто-либо входил, но кого это волнует?

Лин слушала их занимательный разговор и удивлялась. Император… Он здесь кто? Не может быть, чтобы просто для мебели. Да, советник выказывает уважение, хотя видно, что и советы его принимаются без лишних вопросов. А эльф ведет себя, как старый мудрый дедушка… или прадедушка. Интересно, жену император тоже так внимательно слушает? А дочь?