Медсестра. Мои мужчины – первобытность! - Наташа Фаолини

одни, потом другие — и я уже не знаю, чей вкус на моих губах, чьё дыхание слилось с моим. В этом танце нет слов, только тепло, желание и глубинная близость.

Пещера кажется уже не каменной, а живой. Стены пульсируют светом от костра, тени пляшут, словно древние духи, благословляющие этот союз.

Мы падаем — не в землю, а друг в друга. В тепло, в инстинкт, в принятие. Их тела обнимают меня с двух сторон, кожа к коже, сердце к сердцу. В этом нет грубости — только мощь. Мощь желания, которое не требует обещаний, только момента, полного и вечного.

Я теряюсь во взглядах, во вкусах, в ощущениях. Нет границ, нет страхов. Есть только мы трое, и мир, сузившийся до прикосновений, дыхания и чувства быть желанной — даже не единожды, а дважды, всеми частями своей души.

Я протягиваю руки, обвиваю шею Рива, притягивая его ближе, чувствую, как его тело напрягается, отзываясь на мой жест.

Его дыхание горячее, грудь касается моей, а пальцы уже скользят по спине, исследуя каждый изгиб, словно запоминая их наощупь.

Я прижимаюсь всем телом, чувствуя, как его возбуждённая плоть упирается в меня сквозь одежду — твёрдая, пульсирующая, настойчивая.

Вар не отступает — его ладони, уверенные, властные, поднимаются по бокам, обхватывают талию, груди, и прижимают меня к себе, запечатывая между ними.

Между нашими телами нет уже ничего — ни воздуха, ни границ, только пульсирующее тепло и движение. Они действуют в такт, как две стихии — огонь и камень, и я в самом их центре, расплавленная, трепещущая.

Рив склоняется к моей груди, его губы жадно ищут кожу, язык медленно скользит вокруг соска, вызывая дрожь, будто волна проносится сквозь всё тело. Его пальцы крепко держат мои бёдра, будто боятся отпустить, и в этом прикосновении — всё: желание, нужда, сила.

Вар сзади — плотный, горячий, дыхание его разгорается, как угли у шеи.

Его пальцы пробираются ниже, вдоль внутренней стороны бедра, туда, где кожа горит от нетерпения. Его рука задерживается там, двигаясь медленно, сдержанно, смакуя момент. Он шепчет что-то грубое, хриплое, слова растворяются в жаре, но я чувствую их смысл каждой клеткой.

Его грудь давит в спину, его возбуждение — напряжённый, едва сдерживаемый поток, что готов прорваться.

И в момент, когда его руки смыкаются на моем животе, он тянет меня ближе к себе и врывается в меня своей каменной плотью.

Глава 8

Он толкается внутрь меня еще раз и звезды начинают сыпаться из моих глаз.

Все мысли теряются, я ощущаю только плоть Вара внутри, и руки Рива, ласкающие мое тело спереди.

Сжав мои волосы большой сильной рукой, Рив заставляет меня поднять голову и впивается в губы жестким поцелуем.

Поцелуй глубокий, жадный, почти агрессивный. Он будто хочет запечатлеть на моих губах свою власть.

Его дыхание горячо, язык вторгается внутрь, не оставляя пространства ни для сомнений, ни для воздуха. Я отвечаю с тем же жаром, но чувствую, как Вар сзади, во мне замирает — напряжение исходит от него волной.

Его ладони по-прежнему на моих бёдрах, но они становятся твёрже, почти как предупреждение.

— Отпусти, — ворчит он низко, голос его глухо вибрирует у моего затылка. — Сейчас она моя!

Но Рив не отвечает словами. Он сжимает мои волосы крепче и целует ещё глубже, будто нарочно. Вар рычит, и его руки срываются вверх — он обхватывает мою грудь, сжимает её через шкуру, а дальше сдвигают одежду вниз, его пальцы грубые, напряжённые, он как будто заявляет права.

Между ними разгорается молчаливая битва — не за тело, а за душу, за власть, за ощущение.

Мои губы горят от поцелуя, спина — от прикосновений, горит каждая клеточка тела, а особенно — лоно. И я схожу с ума от этих ощущений.

Они словно забыли друг о друге, но используют меня как поле боя — каждый стремится оставить след, утвердиться.

— Она не против, — шепчет Рив, наконец отрываясь от моих губ, его голос хриплый, губы влажные. — А я все равно не отпущу.

И тогда они оба замолкают. Их руки синхронно охватывают меня — один спереди, другой сзади — и я чувствую, как они больше не спорят. Теперь они действуют вместе. И этот союз — куда опаснее их соперничества.

Их дыхания тяжелые, но сдержанные, как у хищников перед прыжком.

Рив не отпускает моих волос, его пальцы всё ещё в них, но теперь он не тянет, а держит, будто хочет убедиться, что я здесь, с ним, несмотря на присутствие Вара. Его взгляд скользит по моим глазам, губам, и я чувствую, как в нём борется ярость и одержимость.

Тем временем ладони Вара сзади тяжелеют, его грудь сдержанно прижимается к моей спине, и я ощущаю, как внутри него напряжение взвинчивается до пика, а плоть внутри меня твердеет до предела.

Он делает еще один толчок, и я не сдерживаю стона, который врывается прямо в губы Рива.

В следующую секунду Рив выпрямляется, отстраняется всего на мгновение, но этого достаточно, чтобы ощутить, как в нём кипит что-то более глубокое, чем простое желание. Его глаза темнеют, взгляд пронзает, как лезвие.

— Моя очередь, — говорит он негромко, но с такой уверенностью, что воздух в пещере становится гуще. — Я хочу чувствовать её…

Его слова как вспышка. Вар напрягается, его тело будто каменеет у меня за спиной.

Он продолжает двигаться во мне, кажется, смотря на Риве с вызовом. Его пальцы ещё на моих бёдрах.

— Она моя, — рычит Вар, не отпуская мои бедра, продолжая стискивать их сильными пальцами.

Рив подается вперёд. Он смотрит мне в глаза, не отводя взгляда, и всё его тело — напряжённое, сдержанное — говорит одно: я тебя хочу. Он касается моей щеки, большим пальцем проводит по губе — медленно, с притяжением, в котором чувствуется непреоборимое вожделение.

— Но она выбрала, — добавляет он мягко и как-то хрипло. — Сейчас — меня.

Вар замирает сзади, будто что-то решает. Нехотя отступает на шаг.

Его взгляд всё ещё на мне, он сжимает челюсти, но не уходит. Смотрит на мою раненую руку и сцепляет зубы, будто только из-за моего ранения согласен поменяться с Ривом. Уступить не ему. Уступить мне.

В этом отступлении нет поражения — есть понимание. И принятие.

И тогда Рив обнимает меня — медленно, полно, всем телом.

В следующее мгновение его тело уже меж моих бедер, жесткая плоть скользит вдоль внутренней стороны моих бедер.

Я