Упражнения в третьем способе - Земляк

  Тему о дури и самодурстве можно до бесконечности продолжать. Начальство корпусное я обойду. Дури от него особой я не видал, трижды всего и сталкивался, в не очень приятных для себя обстоятельствах. Об этом попозже. А сейчас, чтобы завершить на высокой ноте, сразу о главкоме. Главкомом ПВО в то время был маршал Батицкий. Тот самый, который Берии будто бы лично привел приговор в исполнение. В паре с Москаленко. Но вдобавок являлся этот Батицкий крестным отцом нашего «Планшета». Я еще застал служивым того прапора, что свидетелем крещения был. Когда зенитные войска переводили со ствольной артиллерии на ракетную, дивизионы стали отводить подальше от города с уменьшением их плотности и количества. Ну, еще бы. С-75 с её зоной поражения была обалденным шагом вперед. Для «Планшета» хорошее место было подобрано. Горочка, песочек... Но принесло тут в корпус Батицкого, тогда еще, вроде, командующего МО ПВО. И решил он рекогносцировку на местности провести. В самую-то распутицу. Поглядеть своими глазами, где да что. Поехали к предполагаемой позиции, а по пути у него машина и застряла. Километров пять не доехали. Толкали её, толкали, дергали, дергали... Нет вперед дороги. Маршал пождал-пождал, на всё это посмотрел и выдал - тогда вот прямо здесь дивизион и ставьте! Как приказал, так и разместили. С одной стороны хорошо - край большой деревни. И асфальт потом положили «по наказу избирателей депутату Верховного Совета, первой женщине-космонавту, полковнику В. Терешковой». От города не далеко и автобусы через деревню раз по семь за день. С другой стороны - в капониры по весне вода подтекала, не очень, правда, глубоко. От горочки же той, что раньше под «точку» планировалась, мы угол закрытия поимели при работе по низколетящим целям. Слепой участок в секторе шириной градусов в пятнадцать, с высот ниже таких-то. Почти на директрисе наиболее вероятного появления противника. Зашел низколетящий за горочку и пропал. Один только «местник» на экранах. Но кого это волновало, коль сам маршал позицию выбрал?

   Ну вот. С высоко стоящими покончено. Пора вспомнить о тех, кто ближе.

  Замполиты. В отношении замов детально и до меня разобрались. Лучший маринист нашего времени, капдва Александр Покровский разобрался. И наиболее коротким, доходчивым и итоговым я считаю у него следующий эпизод.

«Как-то наш зам вошел в центральный и сказал:

  - Вы знаете, товарищ командир, сейчас самый большой конкурс в политическое училище, по семнадцать человек на одно место.

  - Конечно! - заерзал в кресле Янычар. - Каждый хочет иметь свой кусок хлеба с маслом и ни хрена не делать.»

  Так оно и было. За «пышками» замполиты шли наравне с командирами. Даже впереди на полшага. За «шишками» командир отправлялся один. Я пересекался всего с пятью замполитами. Четверо из них оказались редкими суками. А пятый - «ни богу свечка, ни черту кочерга». Безвредным был. Счастье-то какое! Это был как раз наш Петр Сергеич, он же ППС от инициалов и близости к аббревиатуре парт-полит-работа. Иногда его даже ППРом так и звали. Солдаты же за глаза звали ППСа Чебурашкой.

  ППС ни по семнадцать, ни даже по два в конкурсе в училище не поступал. Он его вообще не заканчивал. Однако кусок свой хлеба с маслом зацепил, не делая ничего полезного. Он ухитрился дослужить до майора, имея в багаже просто 10 классов и еще курсы какие-то. Как он это сделал, трудно сказать. Знаю, что начал из военных комсомольцев. А дальше, видимо, просто не высовывался, сидя на «точке». Нет, не знаю как. Туда ведь тоже еще впрыгнуть надо. Дело в том, что ППС был еще и на редкость тормозным. Мало-мальски серьезную бумагу составить было для него целой проблемой. Если новую, с пустого листа. А уж подготовка отчетно-выборного комсомольского собрания - это вообще, кровь и пот. Выручало его то, что он просто брал свой архив и, копируя, готовил конспекты и даже выступления активистов. Учение Маркса всесильно, потому что оно вечно! Чего же его обновлять? Так говорили мы, переправляя даты в конспектах. Я так и вообще - в конспектах своих предшественников. Некогда нам ерундой всякой заниматься. Даже как-то жалко было ППСа, когда он подписку на военно-партийную прессу распространял согласно спущенной из полка разнарядке. У офицеров он занятий не вел, а вот у солдат - как положено. В графике с комбатами, как и полагалось по распорядку. Ведь прямо такой замполит перегруженный человек, что непременно надо с ним в упряжку комбатов загонять. Чтобы они от безделья не распустились. Те воины, из продвинутых - были и такие, которые еще как-то вслушивались в то, что он нес на занятиях, иногда рассказывали мне о залепонах Чебурашки в оценке текущих событий в стране и за рубежом. Не могли сдержаться. Единственное, чего он требовал, «чтобы отскакивало от зубов» - это перечислить страны НАТО и страны Варшавского договора. А показать их на карте - ну просто гарантированная отличная оценка. Выше этого он редко цеплял. Может потому, что и для него самого это был потолок. Дикцию ППС имел совершенно не командирскую, а какую-то мее-мекающую. И частенько происходили с ним анекдотические случаи.

  Помню, как Попкович, который вообще-то редко на кого повышал голос, кричал на ППСа, приехав к нам в выходной:

 - Вы самый безответственный ответственный!

Ответственный - это старший офицер, назначавшийся на выходные или праздники для дополнительного, кроме дежурного, присмотра за дивизионом. В дни «ответственности» Чебурашки солдаты находили особые способы развлечений. Одним из любимых был такой. Выходной всё же, сидят воины в беседке-курилке, один упражняется на гармошке. И при появлении ППСа на плацу гармонистом мгновенно находилась и начинала звучать мелодия в такт и ритм Петиным движениям. Подыгрыш этакий. Иногда получалось исключительно забавно. Пантомима, блин. Потом этот прием еще и развитие получил.

  Ученья у нас уж минимум раз в месяц точно случались и это не считая еженедельных тренировок-слаживаний и прочих готовностей с работой по реальным целям. От замполитов и вообще проку мало, а во время боевой работы их ненужность ну просто глаз резала. Что там замполиту делать? Выпуск пары боевых листков организовать? Именно организовать, потому что по правилам, спущенным ГлавПУром, боевой листок должны писать бойцы-активисты, а не замполит вовсе. А где его вешать? В казарме никого, кабины нештатной дрянью украшать не положено... Разве что на Центре - пусть посредники отметят. Вон, пусть «секретчик» напишет на специальном для листков бланке, а зам вывесит.

  Вообще-то, я так думаю, в Генштабе или еще там где-то на верху, расписание боевых мест не дураки ваяли. Полагаю, они рассуждали примерно так. В огневом дивизионе по штату мирного времени тринадцать офицеров. Двенадцать «в мыле», люди на расхват, один зам «весь в белом»? Это не есть гут. Надо и ему боевое место найти. Но какое? Пулемет замполиту таскать, вот бы кости размял! ГлаПУ не позволит. На ПТОР, откуда ракеты идут, когда с пусковых комплект расстрелян? Можно, конечно... Но вдруг он с кран-балкой не справится? Пять кнопок все-таки. Шмякнет ракетой о полуприцеп, хлопот не оберешься. На «шестерку»? И людей потравит, и сооружение кислотой зальет - этот сможет, они такие. Нет, тем более нельзя. Куда же тогда? И нашли они заму должность стреляющего. Четвертого в очереди, вслед за комдивом, НШ и комбатом-один. На случай если, скажем, десант на дивизион выбросят. Вот, к примеру, вырежет спецназ без стрельбы весь Центр, а матчасть вдруг нетронутой оставит. Тут замполит из берлоги вылезет - и к ВИКО на место стреляющего. Без наводчика и операторов РС. Как политрук Брежнев у пулемета на реке Тетерев. Во всякой жизни есть место подвигу! Хорошее место! И почёт заму и вреда он не нанесет.

  Да уж. Рассказывали такой случай. Нашего корпуса дивизион, костромского, вроде, полка в Ашулуке госстрельбы сдавал. Так положено - аттестация раз в три года. Вот при самой той работе зам с глаз всех долой в кабине «РВ» и обосновался. Откуда дизелями и генераторами управление идет. По межкабинной громкой всё слышно, цель уже в зоне поражения. А ведь хочется глянуть, как красотуля наша, вся в пёрышках, стартанет. Зам дверь кабины и приоткрыл. Пуск! С-75 не «трехсотка». Примитив. У ракеты пороховик прямо на «пушке» срабатывает. Трух-пжжж, от газоотражателя пусковой огонь и пыль. Зам от двери отпрянул, споткнулся и ухватился, зажмурившись, за то, что под руку попалось. И, на общую дивизиона невезуху, было это «то» рукоятью включения центрального распределительного щита. Короче, вырубил зам станцию во время полета ракеты. Вот это - круто. Не то, что у нашего Чебурашки.

  Честно скажу, за выносным индикатором кругового обзора - ВИКО я ППСа и разу не видел. Да и что ему там делать? «Правила стрельбы», какую цель как обслужить - 102 страницы. Разве такое Пете одолеть? ППС свое место знал, на боевую работу не рвался. На очередных ученьях затеяли как-то маневр ракетами. Чтоб из нашего дивизиона в другой ракету подать. Учебную, конечно, пустую. Но с контролем времени. Меж дивизионами, если по дорогам считать, километров 60 наберется. Маневр ночью, как водится. Колонна из трех. ГАЗик командирский, ТЗМка - ЗИЛ-157 с ракетой на полуприцепе, сзади еще одна машина прикрытия. Всё как полагается. ППСа старшим колонны назначили. Мишка, командир стартового взвода - на ТЗМке, сзади кто-то из прапоров. Это не считая водителей. Мобил тогда не было. Радиостанции, Р-105- анекдот полный. Насмешка над связью. Хоть и габаритами с системный блок. Три километра, больше не тянут. И еще одно место было, верстах в шести в направлении города. Там шоссе на бугорок выныривало. Последняя точка связи. Это все знали. Дальше - тишина. Выехала на нее колонна, отворковалась и пропала. Час уж как должна доехать по всем нормам, а нет её. Нету! Оттуда ГАЗик навстречу. Едут, наконец. Мишка потом так рассказывал: