Разрушитель Оков - Guiltythree

и с оторванной головой. А он даже не мог вспомнить, сколько у него рук и что с ними делать...

Санни вздрогнул, затем открыл рот и зарычал. Его звериный крик пронесся над волками, на мгновение ошеломив их.

Затем он двинул двумя верхними руками, схватив первого волка за челюсти, и одновременно обхватил нижними руками второго. Скрутив свое тело, Санни отбросил монстра, копавшегося у него в животе, и прижал его к камням, одновременно оттолкнув пасть от своей шеи.

Угрожающе рыча, он раздвинул челюсти одного из монстров, а другого сдавил в разрушительных объятиях.

Несколько мгновений они втроем яростно боролись, на теле Санни появлялись все новые и новые раны. Боль затопила его разум, очистив его от всех ненужных мыслей.

Осталась лишь холодная и неудержимая воля к убийству.

Он до предела напряг мышцы своего демонического тела и наконец почувствовал, как позвоночник одного из волков переломился в его объятиях, и в то же время нижняя челюсть другого отделилась от черепа.

В его уши ворвался жалобный вопль, и он отбросил парализованного монстра, полностью оторвав другому челюсть.

Оба волка упали на землю, а Санни наконец смог подняться. Его кулаки обрушились, как кувалды, разбивая черепа мерзостей в месиво.

Массивные тела Кошмарных Существ содрогнулись, а затем стали неподвижными.

Санни остался стоять на коленях, его грудь тяжело вздымалась и опускалась. Его обнаженное тело было покрыто глубокими рваными ранами и кровью, по большей части не его собственной. Его глаза были черны, как бездонная пропасть Низшего Неба, а четыре его руки низко свисали, когти были измазаны прядями коричневого меха, костяной крошкой и отвратительной серовато-красной жижей.

Толпа громко аплодировала, все больше зрителей начали обращать внимание на его клетку с взволнованно радостными и искренне довольными выражениями на лицах.

Санни втянул воздух в свои четыре легких, его два сердца бешено бились, и медленно поднялся на ноги. Он нахмурился, с болью осознавая отсутствие знакомого голоса, объявляющего о его убийствах. Заклинание молчало.

«...И что теперь?»

Словно в ответ на его вопрос, откуда-то сверху послышался грохот цепей.

И тут ржавые железные ворота в передней ограде клетки поднялись, открывая путь к новым, более близким к центру арены и еще больше пронизанным запахом смерти.

Санни с мрачным выражением лица уставился на вновь открывшийся путь, затем издал низкий рык и пошел к нему, теперь немного лучше знакомясь со своим возвышающимся телом.

«Проклятая Солвейн... эта ведьма! Я собираюсь убить ее... убить снова, я имею в виду. В любом случае, она ответит за все, прежде чем Кошмар закончится... это я обещаю перед богами!»

Излучая угрожающую ауру гнева и негодования, Санни прошел под воротами и вошел во вторую коробку.

Глава 605: Омерзительный Демон

Пока Санни шел к следующему загону, у него было несколько секунд на размышления.

Первое, что он понял, это то, что, несмотря на то, что Заклинание молчало, он действительно получил Фрагменты Теней от трех Грозных Волков. Ощущение того, что его ядро, а значит и тело, стало немного сильнее, присутствовало, хотя во всем хаосе трудно было уловить это ничтожное изменение.

«Странно... все это так странно...»

Его связь с Заклинанием, казалось, исчезла, оборванная стальным ошейником на шее, и все же не все его силы исчезли. Санни не мог получить доступ к своему Морю Душ и вызвать Воспоминания или руны, но он все еще обладал способностью поглощать фрагменты. Он также мог управлять своими тенями, чтобы усилить свое тело, а также использовать Теневой Шаг... хотя его радиус действия, казалось, был ограничен стенами арены.

Что все это означало?

Ну... судя по всему, в то время как Заклинание исчезло, его Аспект остался. В этом простом факте было много скрытого смысла, но у Санни не было времени это хорошенько обдумать.

На что еще был способен его Аспект?

Пройдя под ржавыми воротами, Санни на долю секунды замешкался, а затем призвал Змея Души.

Мгновение спустя, почти незаметно на его обсидиановой коже, появилась замысловатая татуировка в виде извивающейся змеи, обвившей его руки и торс. Когда Санни послал через нее теневую сущность, витки засияли темным сиянием, открывая себя для всеобщего обозрения.

Его губы шевельнулись, обнажив мощные клыки в пугающей ухмылке.

«Так ты тоже здесь, приятель...»

Что это означало? Это означало, что Санни больше не придется сражаться без оружия. Это также означало, что и Святая была с ним.

Возможно, в данный момент он и не был самым смертоносным из существ, все еще не привыкнув к новому громоздкому телу. Но они вдвоем?

А вместе, Санни и Святая были самым грозным дуэтом.

Полный новой уверенности, он вошел во вторую коробку для убийств, посылая вперед свое чувство тени, чтобы охватить его.

То, что он там увидел, заставило его слегка прищуриться.

...В загоне уже шла битва: пара людей отчаянно пыталась отбиться от стаи маленьких, быстрых ящероподобных существ. Оба они были одеты в белые туники, младший был безоружен, а у старшего в руках был простой меч, его торс защищала кожаная кираса.

На земле лежало несколько человеческих трупов, ужасно изуродованных острыми когтями и треугольными клыками мерзостей, а их некогда белая одежда пропиталась кровью.

Санни перевел взгляд и увидел мерзкую тьму, распространяющуюся в душах ящероподобных гремлинов. Судя по виду, все они были Пробужденными, такими же, как волки, с которыми он сражался — Санни измерил силу монстров во время битвы и определил, что их ранг такой же, как у него.

Младший мужчина тоже был Пробужденным, но с одним сияющим ядром души, а у старшего его не было вовсе. Он был обычным человеком.

Пока Санни наблюдал, старший воин был окончательно побежден и упал на землю: гремлины легко прорвали его кирасу и вонзили когти и зубы в мягкую плоть под ней.

Юноша закричал и бросился ему на помощь, но было уже слишком поздно. Хотя Пробудившийся юноша успел убить нескольких зверей кулаками и оттолкнуть остальных, его напарник был уже смертельно ранен. Он задрожал, из страшной раны на его шее потекла река крови, и он с усилием вложил рукоять меча в руки юноши.

Толпа обезумела, радостно скандируя одно и то же проклятое слово...

— Слава! Слава! Слава!

Последний оставшийся в живых человек поднял голову, в его светло-голубых глазах боль и печаль смешивались с ненавистью.

Однако он недолго размышлял о своей потере, потому что оставшиеся гремлины уже спешили разорвать его на части.

...Некоторые, однако, нашли новую цель.

Санни хмыкнул и постарался как можно точнее управлять своим телом. Он не