Сады Дьявола - Павел Юрьевич Гагарин

обиженного корчит — крейсер ему не дали! Дали бы тебе крейсер, ты бы ныл, почему не флот.

— Ладно, ладно! Разошелся, демократ… Давай еще вон тот дом осмотрим.

— Слушай, а вот боцман твой…, - начал Чехов, когда они снова вышли на улицу. — Блондинка…

— Олсен.

— Она клон?

— Нет, человек.

— Какая-то она слишком сильная для человека. Хотя и для клона тоже.

— Есть такое дело.

— А по виду так сразу и не скажешь. Стройная такая…

— Она со мной на трех кораблях служила. Ей у Большого Зубца руки оторвало.

— Так она из этих?..

— Киборг, да. Обе руки, плюс армирование грудной клетки и позвоночника.

— А выглядят как настоящие. Руки, в смысле.

— Ну еще бы — Бионикс Корпорейтед. Как истребитель стоили. Зато сейчас у нее по документам удар полторы тонны. Только это… Об этом знаю только я и Картье.

— Понял.

Чехов притих и до площади шел молча. В центре дома выглядели поинтереснее. Никто не знал, что в этих зданиях находилось раньше, и прозвища им дали по ассоциации. Самое презентабельное, каменное, трехэтажное, за колонны окрестили «Домом губернатора». По соседству с ним имелся «Вокзал», потому что рядом с рельсами, и напротив — «Ратуша», с башенкой и часами.

В целом этот населенный пункт вполне соответствовал образу городка на Среднем западе где-то в начале-середине двадцатого века, если бы не странное сооружение в центре площади, где должен был бы располагаться фонтан. С легкой руки доктора Стерн это сооружение прозвали «Котлованом». Это была огромная яма правильной шестиугольной формы, глубиной не меньше десяти метров, уходящая в землю уступами-ступенями. На дне имелась небольшая ровная площадка. Приглядевшись, можно было заметить, что ступень на самом деле одна, она шестиугольным пандусом ввинчилась в землю.

Чехов решил воспользоваться удобным случаем и закурил сигарету. Пульхр неодобрительно встал против ветра.

— Думаешь, это местные сделали или зомби? — сказал Чехов, стоя на краю и заглядывая вниз.

— Точно не зомби, посмотри как все аккуратно. Гранитом облицовано. Врядли грибок, кроме добычи золота, освоил еще и обработку гранита.

— Я спущусь, — сказал Чехов.

Пульхр не возражал. Он остался наверху, время от времени озираясь. Чехов спустился, спрыгивая со ступени на ступень. Оказавшись внизу, он задрал голову, оглядел «котлован» и заорал:

— Э-э-э-эй!

Ему ответило эхо-трехходовка.

— Может, у них тут гладиаторские бои проходили? — спросил Чехов. — Пол песком посыпан, — он ковырнул песок носком ботинка. — Как раньше в колизеях, чтобы ноги на крови не скользили.

— Площадка слишком маленькая для поединка. А песок ветром нанесло.

Чехов с лязгом выволок из ножен абордажный тесак и отсалютовал Пульхру:

— Император! Идущие на смерть приветствуют тебя!

Пульхр вздрогнул.

— Ладно, хватит. Вылезай оттуда.

Чехов, попыхивая сигаретой, сделал пару выпадов.

— Вылезай! Я еще хочу осмотреть административные здания.

Чехов вздохнул, вложил тесак в ножны, выплюнул окурок и растер его носком ботинка.

— Ладно, погнали… Подожди-ка…, - Чехов принялся возить по песку подошвой.

— Ну что еще?

— Тут, похоже, пол стеклянный.

— Ну и что?

— Там что-то есть. Похоже на… Слушай, на меня оттуда как будто кто-то поглядел!

— Хватит дурака валять…

Чехов вместо ответа встал на колени, и стал отгребать песок.

— Я спускаюсь! — крикнул Пульхр. — А ты отойди в сторону и ничего не трогай!

Пульхр спустился вниз, и, осторожно, как по тонкому льду, приблизился к ямке, которую протер в песке Чехов. Он опустился на колени, двумя пальцами взял чеховский окурок и откинул его в сторону. Принюхался. Остаточно пахло табаком. И все.

— Что ты видел?

— Не знаю. Как будто человеческое лицо в мутной воде.

Пульхр, меняя положение головы, пытался разглядеть то, что померещилось Чехову. Из-под песка, действительно, выглядывало ровное полупрозрачное покрытие. Пульхр снял перчатки и крайне осторожно, самыми кончиками пальцев стал отгребать песок в стороны. Расчистив небольшую площадку, постучал ногтем в прозрачную поверхность. Да, похоже на стекло. Он послюнявил указательный палец и стер со стекла грязь. Внутри действительно виднелось что-то, похожее на человеческое лицо.

— Помоги, только осторожно! — велел он Чехову.

За несколько минут они очистили окошко радиусом в полметра. Прозрачное покрытие не было полом, а имело четкие прямоугольные грани, похоже. С помощью бинта из аптечки и воды из фляжки смыли грязь с небольшого участка. Сомнений не было: внутри прозрачного параллелипипеда находилось тело человека. Его лицо навеки застыло в момент крика.

— За что его интересно так?

— Похоже на жертвоприношение, — ответил Пульхр. — Это, видимо, не стекло, а какая-то быстрозастывающая смола. Залили живьем. Местная цивилизация, видимо, была довольно своеобразной. Надо Стерн показать, ей такое должно понравится.

Пульхр встал, прошелся. Посмотрел наверх. В небе маячил дрон — видимо, Петрова, потеряв его из виду, встревожилась и прилетела убедиться, что все в порядке. Снизу «котлован» напоминал вывернутую наизнанку гигантскую витую раковину.

— И что с ним будем делать?

— А зачем он кому такой нужен? Пусть лежит, а мы пойдем смотреть «дом губернатора».

* * *

— Пока вас не было, она скормила зомби сорок восемь пайков и распила с ними три бутылки джина, — доложил Бенуа. — И теперь вот, — он указал на экран с камеры видеонаблюдения, установленной в пассажирском отсеке. — Почти час уже так.

Пульхр взглянул на экран. Стерн сидела на полу в проходе между клетками с зомби, прислонившись спиной к решетке.

— И что это они делают?

— Не могу знать. Судя по всему — воют. Хором.

Когда Пульхр вошел в пассажирский отсек, вой резко прекратилось. Стерн и Айрон уставились на капитана. Зомби тоже повернули головы, втянули ноздрями воздух, клацнули зубами, но никакой агрессии не проявили. Похоже, в сытом состоянии люди их не очень-то интересовали. Более того, зомби улыбались жутковатыми, но опеределенно довольными улыбками. Смена диеты явно пошла им на пользу, они уже не казались такими истощенными, у некоторых на щеках появилось что-то напоминающее румянец.

— Чем это вы тут занимаетесь? — спросил Пульхр.

— Нам песня строить и жить помогает, — объяснила Стерн.

Айрон хихикнул. Пульхру бросилось в глаза, как он изменился: рыжие волосы выцвели в пепел, белки глаз посерели, на коже появились обильные темные пятна. Он уже мало чем отличался от остальных зомби.

— Понятно, — сказал Пульхр. — Джозеф, как вы себя чувствуете?

— Жить стало лучше, жить стало веселей.

— Ну, еще бы, — Пульхр покосился по раскиданые по всему отсеку обертки из-под армейских пайков и пустые бутылки. — Доктор Стерн, почему вы без скафандра?

— А зачем? Благодаря вытяжке из гриба зомби воспринимают меня как одно из своих. Смотрите!

Стерн просунула руку между прутьев решетки.

— Вы что делаете? — воскликнул Пульхр.

— Тихо! Спугнете!

Зомби на появление человеческой руки в своем личном пространстве отреагировал