Река жизни - Томас Сюгру

– Давай выкурим еще по одной,- предложил Томми.

– Давай,- ответил Грей.

– Давай,- согласился Хью Линн. Он жадно вдыхал дым.

– Ты потихоньку учишься,- заметил Грей. А Томми сказал:

– Скоро ты сможешь затянуться!

Глава 15

Селма с радостью встретила возвращение семьи Кейси. Особенно тепло приветствовали Эдгара: ведь его не было целых четыре года. В течение этого времени христианская церковь так и не смогла найти достойного продолжателя дела, начатого им. Эдгар опять занялся работой с молодыми людьми, и вскоре седьмой класс и группа “Христианской инициативы” возобновили свою деятельность. Вернулись те, кто когда-то учился у Эдгара, и привели с собой своих младших сестер и братьев.

Друзья нашли, что Эдгар постарел. Внешне он почти не изменился, разве что прибавилось седины в волосах; но изменилось его поведение: он стал более сдержанным и не торопился высказывать свое мнение по вопросам, касающимся основ человеческих отношений. Он проявлял теперь больше терпимости к слабостям окружающих. Эдгар не стал более циничным или окончательно разочарованным, но было совершенно очевидно, что он не ожидал слишком многого от других и не стремился судить людей слишком строго. Вместе с тем он был твердо намерен добиться своего.

За семь спокойных лет, проведенных в Селме с 1912 по 1919 год, Эдгар поверил в себя; он приобрел целеустремленность, и ее уже ничто не могло поколебать. Он вышел победителем из битвы с силами, которые считал дьявольским порождением; он чувствовал, что теперь они ему не страшны. Эдгар был убежден, что должен найти какое-то применение тому дару или тому таланту, которым обладал. Он боялся, что если не сможет помогать людям, то потеряет самого себя.

В течение четырех лет он вовлекал в свое предприятие всех, кто ему встречался. В поисках денег, необходимых для строительства больницы, он прибегал к силам своего сознания и подсознания. Он обнаружил, что его личная победа над дьяволом не возымела никакого влияния на окружающих. Каждый из них должен был одержать собственную победу над ним, а так как этого не случалось, то и планы, которые Эдгар пытался осуществить с их помощью, были обречены на провал. Отправляясь в путь, он был убежден, что никто не сможет сознательно или неосознанно использовать его как орудие зла. И этого действительно не произошло. Но ведь он так и не смог собрать вокруг себя людей, которые помогали бы ему служить добру. Ему встречались честные люди, умные люди, хорошие люди. Вот только мудрых людей не находилось.

Эдгар верил, что они где-то есть, и рано или поздно, но он с ними встретится. А пока он должен продолжать предначертанное ему в одиночку, делая все возможное. Он помнил слова Мильтона: “Тот, кто стоит и ждет, тоже делает свое дело”.

Мастерскую студии переделали в кабинет, где проводились диагностирования. Были отпечатаны официальные бланки, и Эдгар разослал приглашения всем, кто был в его списках. Он также поместил объявление о приеме на работу стенографистки; каждой претендентке давался шанс сделать запись диагностирований.

Это оказалось нелегко, так как Эдгар говорил на профессиональном языке, выстраивая длинные, запутанные предложения с частым употреблением предлогов, союзов, частиц и относительных местоимений. Пунктуация давалась еще трудней; пытаясь разными способами выразить одну и ту же мысль, Эдгар использовал такие сложные синтаксические конструкции, что даже самый опытный стилист не нашел бы ничего лучшего, чем разделить фразы при помощи тире, двоеточий и скобок. Было отвергнуто двенадцать девушек, пока не нашлась одна, которая точно и аккуратно смогла записать сказанное. Это была старшая сестра одного из участников группы “Христианской инициативы” – симпатичная блондинка по имени Глэдис Дэвис. Она стала секретарем Эдгара.

Наступил октябрь. Хью Линн уже был старшеклассником. Эдгар Эванс, который сам себя называл Экеном, так как в детстве не мог правильно выговаривать свое имя, уже ходил в детский сад. В семью вернулись мир и покой.

Однажды в студии появился человек по имени Артур Ламмерс. Это был богатый издатель из Дейтона, штат Огайо, невысокий, крепко сбитый, широкоплечий мужчина, голубоглазый брюнет с пытливым взглядом. Эдгар когда-то познакомился с ним по пути в Дейтон. Ламмерс прочитал одно из объявлений и приехал, чтобы для него провели “чтения”.

Эти “чтения” не предназначались для больных. Он сам, да и члены его семьи пребывали в добром здравии. У него были другие интересы: философия, метафизика, эзотерическая астрология, психические феномены. Он задавал Эдгару вопросы, на которые тот не знал ответа: каковы механизмы подсознания, существует ли разница между душой и духом, как взаимодействуют личность и талант? Он упоминал каббалу, эзотерические религии Египта и Греции, йогу, мадам Блаватскую и теософию, Великое белое братство, неосязаемый мир. Эдгар был потрясен.

– Вы должны узнать обо всем этом,- сказал Ламмерс.- Если и существует какой-нибудь способ разобраться в подобных явлениях, то только с вашей помощью. В мире полно информации о начале и конце света, о смысле бытия. Существуют сотни философских и тысячи теологических систем. Какие из них верны, а какие ошибочны? Какая система ближе к истине? Какова истинная природа души и в чем смысл жизни на Земле? Куда мы отправляемся после смерти? Для чего? Откуда мы пришли? Что мы делали, прежде чем появиться на Земле? Разве вы никогда не задавали себе эти вопросы?

– Нет,- ответил Эдгар.

Другого ответа он не мог придумать. Он не осмеливался сказать правду: ему всегда казалась такая мысль кощунственной, ведь Господь явил свою сущность в Библии, и само предположение, что Эдгар может разгадать тайны Вселенной, было открытым приглашением дьяволу превратить его в проводника своих идей.

Так он чувствовал всегда. Теперь, слушая речи Ламмерса, он понял, что это чувство исчезло. Он не понял, как это произошло, но это случилось. В то время как Ламмерс буквально атаковал его вопросами, Эдгар ощутил внутри себя какую-то силу, которая внушала ему: “Вот способ получить ответ”.

– Я могу остаться только на несколько дней,- продолжал Ламмерс,- но если вы согласитесь приехать в Дейтон в качестве моего гостя, я проведу серию “чтений” по данным вопросам, и тогда посмотрим, какие будут результаты. Философия и метафизика всегда были моим увлечением, но они приводили меня в замешательство, потому что как только дело доходило до частностей, то сразу обнаруживалось отсутствие точности. Все сходятся на единстве Бога, на необходимости морали, на действенности молитвы, на единстве духа, но остальное лишь догадки. Если ваши “чтения” точны, то это означает, что можно войти в контакт с вашим подсознанием,