Река жизни - Томас Сюгру

его об этом, активно работал в церкви, был добропорядочным соседом, честным христианином, хотя и далеким от совершенства. И так он будет жить до тех пор, пока от него не потребуется нечто большее.

Война, в которую страна вступила в 1917 году, заставила многих его молодых друзей оказаться во Франции. Среди них был и Дэвид Кан. Наблюдая за своими учениками из воскресной школы, отправлявшимися воевать, Эдгар понял, что он стареет – ему уже сорок. Он также осознал, насколько привязался к своим молодым друзьям. Именно к ним обращался он в своих мечтах и помыслах в надежде, что они помогут ему эти мечты осуществить. Он никогда не делился с ними своими планами, стыдясь их. Но именно молодежь питала, его мечты.

Они писали ему из окопов, рассказывая, как помогали им в критические минуты те знания Библии и уроки христианского милосердия, которые он им дал. Один из учеников поведал следующее: однажды по пути на передовую его грузовик с боеприпасами попал под вражеский артобстрел; он страшно испугался и, чтобы как-то взбодриться, начал громко петь любимый гимн седьмого класса “Я люблю рассказывать эту историю”. Его пение сопровождалось взрывами. Неожиданно мелодию подхватили другие солдаты. Он не был одинок. По обеим сторонам от него гимн пели как строевую песню, а когда атака прекратилась и вокруг все стихло, он продолжал звучать в ночи. Грузовик с боеприпасами благополучно добрался до места назначения.

Война закончилась, и страна стала наполняться беспокойной энергией, которая искала выхода. Возвращались домой солдаты, они искали работу. Некоторые хотели заняться прежним делом, другие, долгое время оторванные от родных мест, искали лучшей доли. Не было ли это время всеобщего беспокойства наиболее благоприятным для того, чтобы сделать что-то для “чтений”? Например, построить больницу?

Сам Эдгар более чем прежде зависел от семьи. 9 февраля 1918 года Гертруда родила еще одного сына. Эдгара Эванса Кейси. За дело должен был взяться кто-то другой. И все-таки им овладела нестерпимая жажда действий. Старые раны зажили.

Его подсознание тоже жаждало деятельности. Однажды, в марте 1919 года, погрузившись в сон, чтоб после длительного перерыва поставить диагноз, он непроизвольно поставил еще восемь. Семь из них проверили, и оказалось, что просьбы о них содержались в письмах. Восьмой диагноз был для нового пациента, письмо от которого только что получили и еще не распечатали. Им оказалась одна из кузин Эдгара, жившая в Хопкинсвилле. Она ждала ребенка. Во время “чтения” выяснилось, что ребенок родится и выживет, но матери придется очень тяжело, и, возможно, роды станут для нее фатальными. Требовалась особая осторожность. Ребенок, девочка, родился в положенный срок. Мать умерла.

Наконец из Франции вернулся Дэвид Кан. Он отправил Эдгару телеграмму с приглашением навестить его в Лексингтоне. Когда Эдгар приехал туда, он увидел, что в семье к Дэвиду относятся как к герою. Дэвид был в чине капитана, и военная форма очень шла ему. У него имелась масса планов на будущее, как для себя, так и для Эдгара. Мать полностью его поддерживала. Она твердо верила в “чтения”. У нее появилась еще одна дочь, Элеонор, но Леон умер, так как врачи отказывались выполнять предписания Эдгара должным образом.

– Я не хочу, чтобы такая участь постигла других, людей,- сказала она.

– Что нам нужно для того, чтобы твое дело стало приносить людям пользу? – спросил Дэвид у Эдгара.- Прежде всего нужны деньги. Именно об этом я все время думаю. Нам нужно достать денег.

– Чтобы построить свою больницу,- подхватил Эдгар. Он точно знал, чего хочет; он точно знал, что надо.- Больницу, где мы сможем проводить лечение, предписанное на сеансах,- сказал он.- Если бы у нас было место, где можно было следить за диетой, проводить нужные электрические и остеопатические процедуры, и проводить их своевременно, давать лекарства, тогда мы смогли бы кое-чего добиться. Если бы у нас были деньги, мы смогли бы сделать лечение бесплатным.

– Деньги есть везде,- заметил Дэвид.- Например, запасы нефти, открытые в Техасе! Я собираюсь отправиться туда и все разведать. Это не составит труда. Любой согласится пожертвовать деньги на такое дело. У меня есть друг из Атланты…

– Мы бы могли хранить копии всех “чтений”, тщательно вести записи, экспериментировать с лекарствами, пробовать разные методы лечения,- продолжал Эдгар.- Мы могли бы проводить специальные “чтения” для определенных заболеваний…

– Я рассказал товарищам, с которыми служил, о вас, и они очень заинтересовались,- перебил Дэвид.- Они живут в разных частях страны. Мы могли бы побывать в разных городах и показать, что мы можем, их жителям…

Они проговорили всю ночь, каждый говорил о своем, но у них не было разногласий. Они вместе покинули Лексингтон и отправились в Атланту. Дэвид – Для Эдгара он теперь стал Дейвом – излучал энергию, энтузиазм и оптимизм. Они заработают миллионы, построят больницу и будут лечить бесплатно. Они сделают из психического феномена научный факт, они создадут новые лекарства и сделают медицинские открытия, которые принесут пользу всему человечеству.

Из Атланты они отправились в Бирмингем, из Бирмингема приехали в Селму, где Эдгар принялся упаковывать вещи, пока Дейв объяснял Гертруде их намерения. Она была ошеломлена.

– А кто будет заниматься студией? – спросила она.

– Из Хопкинсвилла приедет отец, он будет управляющим,- объяснил Эдгар.- А я найду нового фотографа для него.

– И куда вы едете?

– В Техас.

Хью Линн с восхищением смотрел на своего отца.

– Ты будешь ковбоем? – спросил он. Отец похлопал его по плечу.

– Нет, мы хотим найти нефть, заработать кучу денег и построить больницу, куда смогут приезжать на лечение больные.

– А сколько денег вы собираетесь заработать?

– Ну, около миллиона долларов. Хью Линн улыбнулся.

– А ты купишь мне пони? – спросил он.

Глава 14

Когда Хью Линн сошел с поезда в Техасе, он по щиколотки погрузился в грязь. Его белые с коричневым спортивные ботинки были испорчены.

– Эй! – окликнул его отец.- Так в стране ковбоев никто не одевается. Где твои сапоги?

– А где твое ружье? – окликнул его Дейв Кан.- Ну-ка, держи!

Они приехали на вокзал встретить мальчика и отвезти к скважине в Комине. На них были кожаные сапоги, зашнурованные до колена, грубая одежда с пятнами грязи и шляпы с огромными полями. Хью Линн едва узнал своего отца в таком наряде. Эдгар поправился и выглядел сильным и здоровым.

– Твоя мама велела тебе заботиться о нас,- сказал Дейв.- А как же ты сможешь это сделать, если у тебя нет ружья? Здесь повсюду