Узкие дороги космоса - Станислав Гримайло

Передав Ханту блокнот для просмотра найденной информации, принялся изучать необычные символы. Складывается впечатление, что раньше спустя рукава относились к такому важному понятию, как письменность. Минимализм простых линий, все буквы будто нарисованы неловкими взмахи кистью... Нет никакого совершенства!

— Простите, Ричард, откуда вам знакомы эти символы и название?

— Я с большим трепетом отношусь к истории эпохи Исхода, поэтому и знаний о том времени немало. Хотя, признаю, о таком корабле ничего не слышал.

Я удивленно повернулся к собеседнику:

— Но вы же узнали по одному названию, что это ковчег!

Хант поморщился:

— Вы видите, что в один символ вписаны несколько значков?

— Вижу, — трудно не заметить в овальной букве несколько явно лишних линий.

— Подобный символ можно встретить в любой продукции, связанной с корпорацией "К-К". А они делали всего два вида кораблей — предков "кипера" и ковчеги. Единственная странность — все корабли, построенные по заказу АЕС, были названы "WORLD" с разными позывными. Этот корабль явно не из их числа, хотя ваш компьютер утверждает другое.

— Это блокнот, — поправил Ханта, — сейчас нет никакой корпорации "К-К".

— Она исчезла вместе со своим основателем, Кен-Келом, накануне Исхода.

— Насколько я понимаю, эти ковчеги были построены незадолго до глобальных катаклизмов, потрясших Землю. Получается, АЕС хотели вывезти как можно больше людей на другие планеты, чтобы все заново начать?

Хант хмыкнул:

— Давайте присядем, беседа выйдет долгой...

Присели. Одно такое короткое слово, а сколько действий в него поместилось... Пришлось, для начала, определиться с местом приземления, потому как в этом ангаре убирали последний раз наверно еще до швартовки корабля. Потом из подстилки, одеяла и ящика соорудил себе хорошее удобное кресло, научник же ограничился подбором удобного ящика под седалище. Разместились великолепно, и сразу желудок намекнул на желание маленького обеда. Пришлось доставать снедь из рюкзака, поделиться с Хантом, который со своей стороны добавил вкусностей, так что беседа, еще и не начавшись, уже точно удалась. Вот так присели.

— Для Земли это был переходной период, — начал Ричард минут через десять, — бурное развитие технологий, в частности альтернативных способов получения энергии, в конечном счете сказалось на глобальном состоянии планеты. Стабильность всей системы нарушилась, к обычным локальным катастрофам прибавился целый сонм дополнительных проблем. И все это привело к новому витку развития цивилизации.

— Мутанты?

— Верно, — кивнул Хант, — возросшее число естественных положительных мутаций вызвало большой научный интерес к этому феномену. В свою очередь, это привело к появлению программируемых мутаций у будущего поколения и частичных у людей всех возрастных категорий.

Никогда не был хорошо знаком с этим печальным периодом в истории человеческой цивилизации. Трудно представить, чем тогда жили люди, о чем думали и к чему стремились. И, судя по возникшим после Исхода двум ветвям развития некогда единой расы, для многих это был сложный выбор: стать мутантом или нет.

— Выходит, АЕС стремилась расселить по другим планетам "чистых", так сказать, поселенцев?

— Нет. Совет Американо-Европейского Союза пришел к выводу, что будущее человеческой расы за контролируемыми мутациями. Во время, когда родился Кен-Кел, "чистые", как вы верно подметили, люди, уже были исчезающим видом.

— Э-э-э ... естественным путем, я правильно понимаю?

Хант не отвел взгляд:

— Скорее принудительным.

Что получается? Родился естественным путем — не человек? А так, выкидыш природы... Не сложно понять, почему между мутантами и людьми до сих пор такая конфронтация. И, похоже, раз за столько космических войн и разборок, "чистые" вовсю населяют множество планет, направленные мутации не дают ощутимой разницы. Так из-за чего такая ненависть?

— Не понимаю, — поделился своим видением ситуации, — выходит, что незадолго до гибели Земли строились ковчеги для мутантов, поскольку они считались наследниками всей человеческой расы, но при этом через тысячи лет во Вселенной спокойно существуют как Содружество "чистых", так и Империя Мутантов.

Хант промолчал, и я решил его озадачить:

— А Кен-Кел кто такой? Какой-нибудь уникальный телепат, как представители императорской семьи?

— Обычный человек. Раб.

— Раб?!

— А что вас удивляет? — спокойно спросил Хант, — было такое время, когда человечество жестко разделилось на хозяев и рабов. Мутант превосходит обычного человека по всем биологическим показателям, а если еще и обладает уникальными свойствами — то и сравнивать не с кем. Единственное чего так и не смогли добиться — улучшить мышление. Мутант может быть сильнее, быстрее, с феноменальной памятью, скоростью обработки поступившей информаций, но так и не смогли выделить то, из-за чего обычный на первый взгляд человек может придумать что-либо феноменальное. Вот так парнишка-раб смог создавать механизмы, принцип работы которых никто не мог понять. И за это его выделили из общей массы.

— Делать технику для мутантов.

— Такая судьба, — пожал плечами Ричард и продолжил, — Кен-Кел вел исследования во многих направления. Точнее, во всех, кроме биологии. И, как твердят источники, его корпорация строила ковчеги только для мутантов. Земля погибла, новая человеческая раса разлетелась по галактике, а потом вдруг оказалось, что все не совсем так. И тут мы видим (кивнул на бронированную дверь шлюза) другой корабль, построенный "К-К". Видимо, Кен-Кел играл на два фронта, но об этом в истории нет никаких данных...

Я хмыкнул:

— Обдурил всех.

Хант промолчал, никак не среагировав на мой комментарий, и я продолжил:

— А как он исчез?

— Улетел на своей космической яхте буквально за неделю до старта последнего ковчега. Погиб где-то недалеко от Земли.

— Почему вы так думаете? За неделю можно улететь очень далеко...

— Вы разве не знаете, что при гибели Земли в космос выплеснулось огромнейшее количество частиц жесткого излучения? Ковчег "Big World" был оснащен прототипом защитного поля глубокого уровня и поэтому не пострадал. На нем, стати, покинули планету представители Совета.

— Хм... а это случайно не Круг Империи?

Хант слегка улыбнулся, и я понял, что попал в точку. Раскрылась одна из смешных загадок детства. Действительно, как можно было назвать планету, столицу Империи Мутантов, Биг? А вот, оказывается, где был спрятан ответ.

— Выходит, Кен-Кел, действительно был гением. Выжили не только мутанты... Да и вообще, есть такие системы, как наша Элегия, где даже Иных не встретишь. Достойный был человек.

— Достойный, — подтвердил Хант, поднялся, отряхнулся, и спросил, — продолжим путь?

Куда идти? Хант уверил, что облазил всю станцию уже два раза, и ничего интересного кроме бронированного закрытого шлюза ковчега и комнаты отдыха не нашел. Я рассказал, как сам попал в это место, мы прошли по моим, так сказать, "следам", но в конце пути не оказалось темной загадочной комнаты — обычный, ярко освещенный тоннель с целой кучей закрытых дверей. После небольшого мозгового штурма у очередной запертой преграды, решили поискать новые дороги. Вглубь станции...

Очередной анфилада комнат привела к невиданному в этих местах помещению: лестничной клетке! Перегнувшись через крепкие металлические перила, я с удовольствием осмотрел прекрасную картину. Наконец человеческий спуск, а не надоевшие стремянки.

Спускаясь, я решил нарушить грустную тишину этого места:

— Ричард, как вы думаете: контролируемые мутации — естественный итог развития человечества?

Ученый, занявший стратегическую позицию разведчика в нашем небольшом отряде, невозмутимо произнес:

— Да.

Спустившись еще на этаж, я снова побеспокоил Ханта:

— Почему?

Ричард, подергав за ручку очередную запертую дверь, закрывшую для нас выход на этаж, продолжил:

— Наши предки за несколько столетий прошли огромнейший путь от диких варваров до цивилизованного общества, сумевшего покорить просторы родной планеты и выбравшегося за их пределы в поисках новых. Но что изменилось в людях? Духовная жизнь осталась на уровне древних предков, а личности, сумевшие покорить новый уровень собственного развития, в большей своей части стали не конкурентно способными. Для выживания вида моральные качества не слишком приемлемы. Выходит, развитие человечества в этом плане — не столько естественный ход событий, сколько привнесенная неправильная идея. В то же время, бурное развитие технологий, возрастание качества мышления должно было привести в конечном итоге к качественному скачку. Им и стали возникающие, поначалу, неконтролируемые мутации.

— То бишь мутации — благо.

— Совершенно верно, — подтвердил Хант.

Действительно, все развивается и меняется, причем часто не по тому плану, который был изначально. Невозможно все предугадать. Но в этой картине мне, почему-то, видятся не то чтобы подпиленные факты, а какая-то обтекаемая несуразность.