Узкие дороги космоса - Станислав Гримайло

— Кто вы? — задал я резонный вопрос.

— Ричард Хант, — насмешливо ответил собеседник, задумчиво потер висок и продолжил, — вы понимаете, я как заново родился. Поначалу накатило недоумение — прекрасно помню, как летел в крейсере за последним ковчегом, и вдруг оказался на лунной станции, причем одновременно знакомой и неизвестной. Только через день понял, что это лаборатория Кен-Кела, на которой не довелось побывать. Вы и представить себе не можете, что я почувствовал, когда понял — я здесь один. Горит свет, работает любая техника и ни души...

Глаза Ханта затуманились, на губах расцвела грустная улыбка, а взгляд прошел сквозь меня, будто я стеклянный. Повисшую тишину разрушил неожиданно эмоциональный голос:

— А потом я столкнулся с молодым человеком в странном костюме, который представился молодым пилотом непонятного истребителя, вывалил на меня целую гору интереснейшей информации, и, оставив планшет с пожеланием "не скучать", продолжил свой путь. Целый день я провел, копаясь в этой игрушке и выуживая ценности из бескрайнего океана совершенно бесполезной ерунды! — голос Ханта потускнел, как и улыбка. — А потом я понял, что все, за что мы так боролись, на что возлагали все надежды — провалилось.

— Э-э-э... Вы о чем?

Взгляд Ричарда прояснился, и, ехидно хмыкнув, он продолжил:

— Прошли тысячи лет, а что изменилось? Молодежь, все так же, совершенно не ориентируется в происходящем, принимает любую ерунду за чистую монету, и, в то же время, отвергает крупицы истины... Вот чем вы здесь занимаетесь? Ходите, смотрите, ничего не делаете. Какой в этом смысл? Выполнить чей-то глупый приказ, намотать километры, доложить об исполнении задания и успокоиться?

— Даже если и так — чем плохо? — недоуменно поинтересовался.

— Это беспорядок, хаос. Бесполезная трата ценнейших ресурсов.

— Я с вами не согласен. Почему бесполезная трата? Это мое личное время, могу им распоряжаться по своему усмотрению!

— Вот, — улыбнулся Ричард, — вы себя рассматриваете как самостоятельную единицу, а не как часть общества. Жизнь, на самом деле, сложное испытание, и только объединив усилия на выполнение самых важных задач можно добиться определенных успехов.

— Я ж не один тут хожу, — насмешливо перебил собеседника.

— Вам все шутки, — хмыкнул Ричард, кинул взгляд на экран оператора и продолжил, — впрочем, скоро все закончится.

Я только открыл рот, чтобы спросить, что именно закончится и когда, как Хант неожиданно продолжил:

— "От судьбы не уйдешь" говорили когда-то. Все равно, в итоге, происходит то, что и должно было произойти... — Ричард грустно вздохнул. — Вы даже не можете себя представить, в какое странное время я родился. Жизнь изгоя — нелегкое испытание, а еще постоянные "изменения к лучшему", которые, по существу, лишь ухудшали взаимоотношения между обычными людьми и возникшей новой расой. Вот вы, например, добившись определенных успехов в жизни, какую судьбу подарили бы своему ребенку — истинного члена общества или сложную жизнь обычного человека?

— Кхм... я так сразу и не могу сказать... хотя, в принципе, не вижу особых трудностей в том, что просто быть собой.

— "Быть собой", — насмешливо повторил Хант, — в этом то и вся загвоздка, что вся будущая жизнь стала зависеть от момента появления новой жизни. И выбрать надо сразу и навсегда.

— Выходит, вы решили...

— Да! — перебил меня Хант, и, выпрямившись в кресле, горячо затараторил, — я был выдающимся специалистом по созданию сложных вычислительных систем, что позволило мне в конечном итоге занять высокий пост в АЕС. И только это место гарантировало дальнейшую счастливую жизнь моей семье. Хотя, стоит признать, за годы работы мое мировоззрение сильно изменилось, и я стал приверженцем нового взгляда на мир, пусть даже в нем мне и нашлось места.

— Грустная история. Потому вы и оказались на борту крейсера, а не на ковчеге? — спросил у замершего Ричарда.

— Нет. Мы искали Кен-Кела, я был на борту как человек, знавший его в реальности.

— Как же лететь без гения?

— Кто откажется от услуг специалиста такого уровня, тем более что равных ему не было. Но все произошло так спонтанно и нелепо...

Сложно представить в какой спешке стартовали последние корабли, когда стало известно о скорой гибели планеты. Когда опаздываешь, забываешь привести себя в порядок, взять ключ и платежную карточку, путаешься в носках, все из рук валиться, а ноги просто заплетаются. А как себя поведешь, если узнаешь о скорой неминуемой опасности?

— И неожиданно... — добавил к словам Ханта.

— Тут вы не правы, — улыбнувшись, сказал Ричард и откинулся на спинку кресла.

— Не понял.

— Вы думаете, катаклизмы планетарного масштаба могут случиться неожиданно? Тем более, если созданы искусственно.

Я сглотнул, а Хант, поднес ладони к подбородку, переплетя пальцы, и продолжил:

— Случайности не случайны. По крайней мере, сложно не понять, что будет, если вызвать легкую дестабилизацию единой энергетической системы планеты. К тому же, очень легко буквально по секундам расписать, что будет происходить после этого момента. Так что все произошедшее было не случайно, а скорее, закономерно.

— Вы хотите сказать...

— По-моему, я уже сказал, — прищурив глаза, Хант поймал мой взгляд, — Земля была уничтожена намеренно. Ковчеги с мутантами покинули опасную зону и отправились по выбранным маршрутам, а изуродованная планета с остатками не нужных в будущем расцвете человеческой цивилизации людей была списана как ненужный мусор.

— В истории все не так, — я потрясенно выдохнул.

— На то она и история! — отчеканил Хант, и добавил, — и нам уже никогда не стать ее частью.

— Думаете?

— Уверен, — произнес Ричард, и ответил на мой недоумевающий взгляд, — взгляните на монитор. Это отсчет времени до запуска реактора на полную мощность. Как вы можете легко догадаться, произойдет маленький "Бум!" космического масштаба. Надеюсь, этой звездной системе с ее миллионами ничтожных жителей настанет конец!

Странно. А такой интересный собеседник, да еще и из далекого прошлого, и вдруг оказывается — законченный псих. Надо потихоньку отодвинуть его от пульта, и посмотреть, как остановить этот таймер!

— Даже не пытайтесь, — спокойно произнес Хант, поймав мой взгляд, — во-первых, вы совершенно не разбираетесь в этом оборудовании, а во-вторых, у вас просто совершенно нет времени на манипуляции. А если быть предельно точным, до запуска осталось десять секунд.

И, уставившись в экран, Ричард стал механически произносить:

— Девять...

Я замер. Что делать? Может, пришелец из прошлого и вакуумный реактор — выдумка скучающего ученого, который решил развлечься за счет молодого и неопытного попутчика? Рассказал несколько "реальных" историй, поводил по бесконечным тоннелям и сейчас потешается?

— Восемь...

Так, стоп! О чем я вообще думаю?! А если опасность действительно существует, то секунды промедления могут стоить миллиарды жизней ничего не подозревающих жителей Элегии. По идее, любое действие на пульте управления можно отменить, но как? Надписей практически нет, а где есть — полная ахинея. Больших красных кнопок, которые так любят ставить на тренировочных кораблях, означающих "нажми и не волнуйся" тоже в пределах видимости не наблюдается. Станцевать на операторском месте — разве это что-то даст?

— Семь...

Запугать Ханта и заставить его отменить запуск реактора? Но как? Уже буквально через несколько секунд от нас останутся разве что атомы...

— Шесть...

Рванувшись, я стал рядом с Ричардом, который на мое резкое перемещение не обратил внимания.

— Пять...

Кто так делает?! Море безликих кнопок, сенсорные панели добавляют к этому многообразию еще больше вариантов. Перевожу взгляд на экран оператора в надежде на нем увидеть хоть какое-то подобие команды "Отмена".

— Четыре...

Отодвинув Ханта, "сыграл" на пульте замысловатую мелодию. Ничего не изменилось... Похоже, последние секунды жизни стоило потратить на что-либо более существенное, чем бесплодные попытки отменить неминуемый конец. Хотя, нельзя сдаваться! Еще есть немного времени.

— Три...

"Нет, ну он издевается" — мелькнула мысль, и я зло стукнул по экрану. Заныла отбитая рука, а из груди вырвался гневный рык:

— Выруби эту чертову штуковину!!

— Два... — произнес Хант и добавил. — Это невозможно.

— Один...

Секунда — это много или мало? Иногда так не хватает буквально мгновения, чтобы принять правильное решение, а потом долгие часы, дни, и, в запущенных случаях, годы, постоянно вспоминаешь и коришь себя за неверный исход ситуации. К сожалению, заранее невозможно приготовится к жизненным перипетиям, и очень часто ловишь себя на мысли, что вот если бы раньше об этом знал, то все было бы совершенно по другому... С другой стороны, если всегда все делать правильно, никогда не ошибаться, и знать все наперед — останешься ли человеком, или превратишься в нечто другое? Все знающее, все могущее, и от этого безмерно грустное существо...