Обещание - Люси Даймонд

искусства. День выдался ветреный, порывы ветра были такими сильными, что сбивали с курса чаек, но к тому моменту, когда они приехали в Гринвич, небо было ясным и чистым, а Темза — синей, как Air Force[31]. Как только они увидели на тропе первую фигуру — огромную стальную конструкцию, напоминающую уткнувшуюся носом в землю перевернутую высоковольтную опору линии электропередачи, лицо Итана озарилось, и Дэн понял, что одержал победу.

— Ого, — изумился мальчик, с благоговением глядя на огромную скульптуру. — Как она вообще держится?

Без сомнения, это была серьезная инженерная разработка. С мерцающими башнями Собачьего острова[32] вдалеке и грохотом вездесущих строительных работ вокруг арены O2[33] скульптура казалась диковинной и остроумной, куском потерпевшего крушение бреда среди океана современной промышленности.

— Это называется «Пуля из падающей звезды», — прочитал Дэн на своем телефоне, — весит пятнадцать тонн. И, представь, чтобы закрепить ее, потребовалось сто двадцать тонн бетона и фундамент глубиной двадцать пять метров. Черт возьми.

Пораженные, они смотрели на скульптуру.

— Мне нравится, — сообщил Итан, делая снимки с разных ракурсов. — И знаешь, сейчас то, что мы делаем в Клубе Скульптуры, мне кажется совершенно неубедительным.

— Это здорово, — согласился Дэн. — До смешного здорово. И все это ограждение вокруг создает впечатление, что это — что-то из космоса, к чему опасно приближаться. Остерегайтесь инопланетян. Никогда не знаешь, когда кто-нибудь может к тебе подкрасться сзади…

— Дядя Дэн! — взвизгнул Итан, смеясь, когда Дэн внезапно схватил его.

— Отведи меня к своему главному, — «инопланетным» голосом прогудел Дэн.

Двинувшись дальше по полуострову, они миновали произведение искусства, которое, по сути, представляло собой кусок ржавой плавучей землеройной машины, покоящейся на мелководье Темзы, где вода и ветер свободно гуляли по открытой нижней палубе. Благодаря небоскребам с пустыми фасадами, которые сверкали на другой стороне реки, земснаряд казался пережитком прошлого, промышленным и безнадежно заброшенным по сравнению с элитными башнями за ним.

— Круто, — выдохнул Итан, заглядывая за перила. — Похоже на диаграмму поперечного сечения. Папе бы понравилось, — задумчиво добавил он. — Он любил бродить по старым докам и верфям, правда?

— Верно, — согласился Дэн. Они вместе смотрели на реку, ветер трепал куртки и волосы, и Дэн старался не думать о безжизненном теле брата в воде, когда его несло течением. — Давай продолжим, — сказал он, подавляя дрожь.

Они обошли арену O2, слева от них виднелись топкие грязевые отмели, а впереди — канатные дороги, пересекающие реку. Следующим на художественной тропе была слегка тревожащая бронзовая скульптура из огромных скрученных конечностей манекена («Вау!» — прокомментировал Итан), а затем они подошли к огромному Квантовому облаку Энтони Гормли[34], установленному на платформе в воде на небольшом расстоянии от берега. Скульптура сначала напомнила Дэну стаю скворцов, огромное скопление птиц в небе, хотя, когда они подошли ближе, он передумал, решив, что это больше напоминает металлические часы-одуванчик с виднеющейся внутри фигурой человека.

— Напоминает помехи на экране, — решил Итан, — и кого-то, запертого внутри.

— В этом есть что-то жуткое, — согласился Дэн.

— Очевидно, это «ставит под сомнение реальность „я“ для мира и обращается к квантовой эпохе, предполагая нестабильную взаимосвязь между энергией и массой», — прочитал Итан описание, которое нашел в Интернете.

— Именно это я и собирался сказать, — отозвался Дэн. Некоторое время они стояли, уставившись на скульптуру. Ветер шелестел в камышах на берегу реки. — Хотя прямо сейчас, должен сказать, мой желудок предполагает нестабильную связь между голодом и обедом. Может, поищем что-нибудь перекусить?

Они уселись на скамейке неподалеку и достали пакеты с сэндвичами. Итан рассказывал Дэну новости из своего мира. За эти каникулы он ходил в кино с парой приятелей, Зои водила его, брата и сестру в боулинг и на скалодром, и они навещали родителей Дэна на воскресном обеде. Дэн, который стал тонко чувствовать атмосферу в семье брата, словно человеческий сейсмометр, предупреждающий об эмоциональных потрясениях, ощутил осторожное удовлетворение. «Все это звучало довольно неплохо», — подумал он. Зои выводила всех на улицу, они веселились вместе, а не хандрили. Как нормальная семья.

Рассказав новости, Итан отвлекся, когда у него на телефоне раздалась серия звуковых сигналов, и он уставился в экран, читая сообщения и тихонько посмеиваясь.

— С кем это ты болтаешь? — поинтересовался Дэн через минуту, когда выяснилось, что от него отказались в пользу каких-то цифровых приколов.

— Ой, извини, дядя Дэн. Просто с другом, — отозвался Итан, его большие пальцы стремительно двигались по экрану, набирая ответ. Было что-то радостное и открытое в его лице, когда он прочитал еще одно сообщение и снова рассмеялся. — Я отправил ему несколько фотографий, которые сделал, и он… Мы болтаем о них.

Дэн снова уставился на скульптуру Гормли, а племянник рассказывал о своей общественной жизни. С этого угла человека в облаке фигур видно не было; была странная загадка в том, что он одновременно был невидим, но все же существовал. «Точно так же, как до сих пор — Лидия», — подумал он и скривился, осознав, как быстро его мысли возвращаются к ней. По правде говоря, он много думал о ней с тех пор, как они пообедали в пабе. Все так запуталось, поскольку они с Лидией много болтали, и он понял, что… что ж, если быть честным с самим собой, он понял, что она ему нравится. Ладно, он ею увлечен. Не то чтобы между ними что-то могло произойти, когда у них с Патриком уже были отношения и перед ними маячило целое минное поле предыстории. Это было немыслимо. В любом случае было что-то жалкое в том, чтобы цепляться за бывшую женщину Патрика. Будто он пытался доказать свою точку зрения или что-то в этом роде?

(Он пытается что-то доказать? Была ли это его неудачная попытка мести после того, что Патрик сказал ему во время их последнего вечера?) «Не думай об этом, Дэн». Он не думал об этом. О боже, но внезапно стало невозможно ни о чем думать связно, упорядочить свои мысли в каком-либо разумном формате. Все, что он знал — это то, что ему понравилось беседовать с Лидией. Что она была хорошенькой и забавной. Что у нее были крошечные красивые веснушки, и скрипящие сапоги, и длинные изящные пальцы. Даже ушки у нее были очаровательные, как он заметил в какой-то момент, когда