Ласточки улетают осенью (СИ) - Елена Баукина

Конечно, она не поверила не единому слову. И заверение в дружбе, скорее всего, было мудрой предусмотрительностью с её стороны.

Алхимик подпрыгнул от радости, даже взвизгнул по-поросячьи.

— Скрепим нашу союз подарками. Я подарю тебе Карлу, ну а ты…

Волшебница сверкнула глазами:

— Эолит не отдам!

Нико Кукольник прикусил губу и причмокнул языком:

— Тогда, в качестве подарка, я сохраню в тайне от Рамерсета твои слабости.

— О чём ты? — Мэгги передёрнуло.

— О страхе, жалости и о том, что все эти чувства остались в тебе, несмотря на заклятие Сангиума. Жалость погубит тебя, Мэг. Жалость иногда очень вредна и губительна для чёрных магов, — прошептал Нико, оглядываясь по сторонам. — Ты все же была на стороне белых магов, и в тебе могло остаться что-то противоестественное чёрной чародейке. Не думаешь, что Рамерсет захочет это уничтожить?

— Что? — лицо волшебницы помрачнело. Огонь в жировых светильниках затрепетал и начал меркнуть.

Нико приблизился к ней:

— Я сумасшедший, но не глупец. Я умею хранить тайны. Никто не узнает, зуб даю. Тебе, Мэг, стоит отдохнуть, выспаться. Завтра снова будет дорога, война, кровь и смерть. Но рядом всегда буду я, — Нико протянул к ней руки.

Чародейка отодвинулась от него, развернулась и быстро покинула шатёр алхимика, не оборачиваясь на стражей.

Стемнело. Люди грелись у костров под открытым звёздным небом. Пахло приближающейся зимой. Уставшие после дневных забот и битв воины пили, готовили пищу на вертелах и в котелках над кострами. Кое-кто пел песни или смеялся над шутками товарищей.

Мэг Лори чувствовала, как ночной холод проникает внутрь её тела, сковывает ноги и руки, растекается по жилам, доставая до костей и неживого сердца. Она куталась в плащ, ёжилась, пытаясь хоть немного согреться. Холод стал её постоянным спутником. Девушка-маг шла, не видя дороги, почти на ощупь.

— Леди Мэг! — услышала она из мрака и остановилась. К ней подбежал знакомый рыцарь. — Не пугайтесь, это я, сэр Ариэль Блистательный. Мы похоронили капитана Арона в отдельной могиле и даже смогли соорудить недурной холмик. Никто и пальцем не притронулся к его телу.

— Благодарю, — стуча зубами, ответила чародейка и пошла дальше. Рыцарь подался следом за ней.

— Не желаете зайти на мой огонёк? Я и мои товарищи расположились неподалёку от вашего шатра. Ночи теперь очень прохладны. Погрейтесь немного и окажите мне честь.

— Чуточка тепла мне, пожалуй, не повредит, — голос волшебницы стал каким-то даже жалостливым.

— Прошу, не проходите мимо, — пригласил её Ариэль, слегка поклонившись.

Девушка-маг последовала за рыцарем. Они подошли к кустам, росшим полукругом, за которыми пылал костёр. Двое мужчин сидели у вертела и жарили зайчатину. Пленительный запах жареного мяса витал в воздухе.

Волшебница почувствовала нестерпимый голод и сглотнула слюну. Ужинать у алхимика она побоялась. Мало ли что задумал этот странный человек…

Бревно служило для воинов вместо лавки. Один из солдат был довольно могуч, конопат и бородат. Его товарища Мэг рассмотрела с трудом. Он с ног до головы закутался в дорожный плащ, наружу торчало только покрытое глубокими морщинами лицо и криво подстриженные густые усы.

— Друзья, — обратился к ним рыцарь Ариэль. — Леди Мэг оказала нам великую честь своим присутствием. Это мои товарищи Кут и Снек, — представил рыцарь соратников.

Друзья Ариэля встретили девушку гордым молчанием. Но один из них встал с бревна, уступая место чародейке.

— Садитесь, леди Мэг, прошу, — пригласил Ариэль Блистательный девушку, указывая на освобождённое место.

Волшебница присела на бревно. Рыцарь устроился рядом и принялся мешать мерцающие угольки прутиком. Волшебница ощутила жар не только костра, но и живого тела рыцаря, даже услышала биение его сердца. Как давно она не слышала и не ощущала всего этого…

— Кут, — обратился рыцарь к усатому мужчине. — Подай-ка сюда моего зайца — гостью нужно накормить. И миску принеси. Она не варвар, чтобы есть прямо с вертела.

Кут, недобро ворча, глянул на Ариэля, раскутался и потянулся к вертелу с жареным мясом.

Ариэль дотронулся до руки Мэг. Она вздрогнула и уставилась на него. Только сейчас ученица чернокнижника рассмотрела рыцаря повнимательнее. Перед ней сидел темноволосый стройный воин с аккуратно подстриженной тёмной бородкой и карими добродушными глазами. Человеку этому, скорее всего, недавно минуло лет тридцать. Первые смешливые морщинки вокруг глаз выдавали возраст. Курчавые чёрные волосы, как вьентские кружева, обрамляли овальное лицо с сильным решительным подбородком.

— Вы совсем замёрзли, — проговорил рыцарь, почувствовав холод её руки. Он встал, снял с плеч дорожный плащ, подшитый вывернутым внутрь мехом волка, накрыл плечи чародейки Мэг.

Его молчаливые спутники переглянулись между собой и опустили взгляды на костёр.

Мэг Лори почувствовала сильную боль в груди, как раз в том месте, где раньше билось её живое сердце, что-то зашевелилось там и стало причинять страдание. Она согнулась и застонала.

— О, Боги! — воскликнул рыцарь и взял её за плечи. — Вам плохо, леди Мэг? Я немедленно позову алхимика. Снек, сбегай за Нико. Да поживее шевели ногами!

Снек и Кут засуетились.

— Бегу! — ответил сипло конопатый Снек, раскрыв рот с выбитыми передними зубами.

— Нет!!! — завопила Мэг, услышав об алхимике и одновременно протягивая руку к товарищам рыцаря, — Это пройдёт. Все пройдёт… Пожалуй, мне пора идти спать. Завтра снова будет дорога, война, кровь и смерть! — повторила чародейка слова Нико, которые всё не выходили из её головы. — Прощайте. Благодарю за приют и вашу доброту, господа.

Чародейка встала, вернула плащ хозяину и направилась во тьму.

— Стойте, Мэг, я не отпущу вас одну. Вам не следует бродить во мраке среди кучи незнакомых мужиков. В конце концов я рыцарь, и обещал командиру присматривать за вами, — остановил чародейку сэр Ариэль.

Волшебница усмехнулась на его слова. Мрак давно стал частью её жизни.

— Я не боюсь — боятся меня. Вспомните, сколько жизней я загубила просто так. Товарищи ваши и то меня боятся.

Кут и Снек посмотрели на волшебницу. На их лицах отразилась растерянность. Но Ариэль не отступался:

— Это война, Мэг, мы все идём на войну. Разве бывают войны без жертв? Вы не только забрали, но и спасли жизни.

Мэг рассмеялась на слова этого наивного слепого глупца:

— Разве это стоящие жизни? Спросите ваших друзей, что они думают об этом?

— Это война, мы и они знали, на что шли. Я не умею колдовать, но мечом отнимаю жизни в схватке. Вас, Мэг, винят в жестокости, но никто из тех неблагодарных свиней не сказал вам спасибо за то, что вы сделали сегодня для них! — Ариэль взял свой меч, встал перед девушкой на одно колено. — Я та ещё свинья! Но свинья благодарная. Хочу выразить своё искреннее восхищение вашей стойкостью и клянусь вам, леди Мэг, что отныне мой меч и жизнь в вашем распоряжении.