Сердце Сапфира. Обрученная с вороном 2 (СИ) - Екатерина Слави

— Вы говорите о наследнице Клана Сапфиров? — уточнил Альпин. — Равене де Авизо?

— Да, — подтвердил Аласдер. — И я требую, что мне выдали убийцу моего отца.

Альпин помолчал.

— Мой брат не убийца, — миролюбивым тоном сказал он. — Лисы стараются избегать конфликтов и поэтому никогда не нападают первыми. Если Сирил пролил кровь одного из вас, значит, для этого была причина.

— Подтверждаю, — с горячностью вмешался в разговор присутствующий здесь же, но до сих пор молчавший Неемия. — Я знаю господина Сирила с того времени, когда он был ребенком, — он не способен напасть на старика!

— Разве вашей целью не было похитить невесту нашего главы? Вот и причина для убийства моего отца, который мог помешать вашим планам. — Ослепленный жаждой мести, Аласдер не желал слушать ничьих доводов — Альпин видел это ясно.

— Не торопись, Аласдер, — невозмутимо произнес Натаниэль, и обратился к Альпину: — Для начала мы хотели бы встретиться с вашим братом и выслушать его. Если он не виновен в смерти Сальмана, пусть скажет это сам. — Глава Клана Воронов твердо качнул головой: — Ваших уверений в невиновности брата нам недостаточно. Если вы твердо намерены скрывать его, для нас это лишь послужит доказательством его вины.

Натаниэль посмотрел на Альпина спокойным, но непреклонным взглядом.

— Вы должны знать: как глава Клана Воронов я не закрою глаза на убийство одного из наших людей. Вы понимаете, что это значит?

Какое-то время они смотрели друг на друга молча, и этих мгновений Альпину хватило, чтобы понять — предводитель воронов не отступится. Он совсем недавно занял место главы, и если сейчас, лишь начав укреплять свое главенство в клане, оставит безнаказанной смерть одного из верхушки знати, в будущем ему придется столкнуться с недоверием своих же соклановцев.

Альпин молчал долго — решение, которое он принял, далось ему с трудом.

— Хорошо. Я сообщу вам, где находится мой брат.

— Господин Альпин! — раздался негодующий голос Неемии.

— Молчи, Неемия, — с непоколебимым спокойствием одернул его Альпин. — Ответственность за то, что сделано, Сирил должен нести сам. С тобой я обсуждать это не намерен.

В это утро, сразу после визита Неемии, Альпин сам велел Сирилу отправляться на окраину Тристоля, к старику Хэму, и несколько дней переждать там, пока все не уладится. Альпин хотел выиграть время для брата, но в итоге сам же раскрыл воронам его местонахождение.

Когда вороны ушли, в лавке некоторое время повисло гнетущее молчание. Нарушил его Неемия. Не глядя на наследника главы клана, он произнес с мрачным видом:

— Я не могу даже передать, какое разочарование сейчас владеет мною, господин Альпин. Не могу поверить, что вы выдали Клану Воронов собственного брата.

Альпин молчал, словно давая понять, что снисходить до объяснений не намерен. Лицо Неемии исказилось.

— Мне не дают покоя мысли о том, почему вы так поступили, господин Альпин, — дрожащим от негодования голосом произнес он. — Адэрлет при смерти. И если он не оправится от болезни, то возникнет вопрос, кто должен стать следующим главой клана. Всем известно, что ваш отец всегда больше благоволил младшему сыну, ведь господин Сирил похож на него намного больше, чем вы. Не опасаетесь ли вы того, что ваш младший брат может занять место, которое по праву наследования должно принадлежать вам? Не в этом ли причина вашего поступка?

Брови Альпина сошлись на переносице. Он поднял глаза, и в его взгляде читалось предупреждение:

— Надеюсь, ты понимаешь, Неемия, что став главой клана, я могу припомнить тебе эти слова?

Старый лис выдержал его взгляд и бесстрашно ответил:

— Что ж, в таком случае, мне, наверное, стоит уже сейчас подумать о том, чтобы покинуть Клан Лисов навсегда.

Взгляд Альпина смягчился. Старший сын Адэрлета тяжело вздохнул:

— Поступай, как знаешь. Однако ты направляешь свой гнев не на ту цель, Неемия. Не я сделал так, что вороны захотели крови. Жизнь Сирила сейчас в опасности из-за женщины, которую ты опекал все это время.

Неемия, колеблясь, отвел взгляд в сторону.

— Я слышал, что упоминали госпожу Равену. Но полагаю, она имела на это право. После того, как правящая семья лисов поступила с ней…

— Действительно? — с вызовом перебил его Альпин. — А известно ли тебе, что старый ворон, которого убил Сирил, в ночь их побега напал на нее и пытался убить? Сирил рассказал об этом мне и отцу. Мой брат тогда спас ей жизнь, но ты сам должен был понять: воронам она этого не объяснила, иначе они не называли бы Сирила убийцей. Спроси себя — почему? Почему она позволила им считать, что Сирил просто убил этого старика? Почему не рассказала, что он всего лишь защищал ее? Насколько велико твое желание оправдывать эту женщину, Неемия?

Взгляд Неемии некоторое время недоверчиво метался из стороны в сторону.

— Но если все так, то… со стороны госпожи Равены это, должно быть, была…

— Верно, — резко заявил Альпин, — это была ее месть. Таким образом она отомстила Сирилу за то, что он отдал ее в руки ее названого брата.

Наблюдая за той бурей эмоций, которую вызвали на лице Неемии его слова, Альпин покачал головой и снова тяжело выдохнул:

— Вороны возвратили свою духовную силу благодаря женщине-сапфиру, и сейчас они сильнее нас. Поэтому… Как бы я ни любил своего брата, если будет нужно, ради клана я готов пожертвовать даже им. В это тяжелое время, когда клан остался без своего главы, когда отец при смерти, войны между кланами я не допущу, Неемия. И мне неважно, поддерживаете вы мое решение или нет.

Оставив Неемию потрясенным и растерянным, Альпин возвращался в резиденцию клана. Он понимал, что был не до конца честен с Неемией. Вспоминая тот день, когда женщина-сапфир прибыла во дворец с личной просьбой, Альпин мог бы с уверенностью сказать: пожар, который сейчас разгорался, грозя перекинуться на их семью, разожгла не Равена де Авизо. Это сделал сам Сирил.

Альпин все еще хорошо помнил разговор с младшим братом, который состоялся сразу после того, как женщина-сапфир и Неемия покинули дворец…

Сирил стоял возле окна. Скрестив руки на груди и спрятав их