Военная разведка англосаксов: история и современность - Сергей Леонидович Печуров

ЦРУ) Алленом Даллесом на пост руководителя отдела контрразведывательных операций Центрального разведывательного управления. Предложенные Энглтоном достаточно успешные в реализации методы работы (по сути, тотальная слежка), с одной стороны, вызывали ревность у сотрудников ФБР и лично у многолетнего директора данной службы Джона Эдгара Гувера, а с другой — массово внедрялись в практическую работу всех спецслужб, так или иначе связанных с контрразведывательной деятельностью, включая, в первую очередь, и Федеральное бюро расследований.

Джеймс Энглтон был знаменит тем, что еще в годы Второй мировой войны, являясь сотрудником Управления стратегических служб США, был командирован в Великобританию в качестве его представителя для обогащения опытом, исполнения обязанностей сотрудника в лондонском филиале американской контрразведки (Х-2) и непосредственной, правда, с ограниченным доступом, работы вместе с британцами в ходе реализации в высшей степени секретной операции «Ультра» по вскрытию германских военных и дипломатических шифров. По воспоминаниям его сослуживцев, на будущего руководителя контрразведывательной службы ЦРУ произвело впечатление идеально организованное британцами обеспечение секретности проводимых мероприятий и, как оказалось впоследствии, почти абсолютное исключение утечки информации, которая бы позволила противникам (Германии и ее сателлитам), а также союзникам (СССР) воспользоваться плодами британских криптографов. Уже после окончания Второй мировой войны и в ходе своей деятельности на руководящем посту в ЦРУ Дж. Энглтон при поддержке практически всех руководителей американской политической разведки выступал поборником неукоснительного соблюдения почерпнутых им из британской практики жестких требований, предъявляемых к сотрудникам не только контрразведки, но и разведки. Так, он настаивал на особом отборе соответствующих сотрудников спецслужб. При этом Энглтон ссылался на примеры работы британских спецслужб. В частности, он восхищался отбором сотрудников для работы в спецслужбах, когда к секретным сведениям допускались только те лица, которые должны быть уроженцами Великобритании и как минимум два поколения семьи которых должны проживать на территории Соединенного Королевства.

Успех советских спецслужб по проникновению в структуры западных разведок и органы безопасности являлся не только отрезвляющим фактором для руководителей американской контрразведки, но и постоянно заставлял совершенствовать методы контрразведывательной деятельности. По рекомендации безусловного авторитета в среде спецслужб Энглтона руководство ЦРУ постоянно настаивало на тесной координации контрразведывательной деятельности всех служб, входящих в Разведывательное сообщество США. Естественно, в силу функциональных обязанностей и согласно законодательству координирующая роль в этой деятельности принадлежала и продолжает принадлежать Федеральному бюро расследований, по рекомендации которого президентская администрация США периодически обновляет так называемые перечни особо важных угроз, касающихся в том числе военной сферы, для противодействия которым обязывает соответствующие спецслужбы страны объединять свои усилия.

Однако излишнее усердие контрразведчиков, как впоследствии было определено в ходе расследований по результатам работы спецслужб, зачастую препятствовало элитному сегменту Разведсообщества — разведчикам выполнять их прямые обязанности. Например, между ЦРУ и РУМО неоднократно возникали конфликты в связи с тем, что Энглтон и его сотрудники постоянно вмешивались в специфическую вербовочную работу военных разведчиков, подозревали завербованных агентов и перебежчиков в работе на врага и тем самым срывали перспективные операции. Параллельно же контрразведчики ЦРУ и сотрудники военной контрразведки продолжали расширять сети своей агентуры в США, активизируя борьбу с внутренним врагом, что в очередной раз являлось свидетельством прямого нарушения американского законодательства. В результате нескольких сенатских расследований начала и середины 70-х годов (комиссии Мерфи, Черча и др.) законодателями вновь были приняты законы и подзаконные акты, ограничивавшие деятельность спецслужб, главным образом в отношении американских граждан на территории США. Жестким репрессиям были подвергнуты и руководители контрразведывательных органов. Решением директора Центральной разведки Уильяма Колби в декабре 1974 года Дж. Энглтон и вся его команда были отправлены в отставку. Определенным, но менее жестким репрессиям подверглись и сотрудники других контрразведывательных служб, включая военную контрразведку.

Однако формулирование стратегии контрразведывательной деятельности в США и, соответственно, главная роль в этой сфере все же продолжали принадлежать ФБР. Директор бюро Джон Эдгар Гувер с санкции президентской администрации еще в 1956 году предложил руководству страны так называемую контрразведывательную программу, к реализации которой под патронажем ФБР были привлечены соответствующие структуры всех членов Разведывательного сообщества США, включая военную контрразведку.

Втягивание Вашингтона в многочисленные военные акции за рубежом, и прежде всего в войну в Юго-Восточной Азии в 60-е — 70-е годы прошлого века, породило небывалую волну протестов внутри страны, на нейтрализации которой были сосредоточены усилия контрразведчиков. Руководство спецслужб полагало, что к данным акциям, наносящим существенный урон престижу США, причастны разведорганы геополитических противников Вашингтона, прежде всего Советского Союза. Ситуация действительно складывалась не лучшим образом. Достаточно привести такой пример: к концу 60-х годов из вооруженных сил страны дезертировало более 65 тыс. военнослужащих, что было эквивалентно четырем пехотным дивизиям [13, р. 38]. Известный политолог Сэмюэль Хантингтон в одном из своих исторических исследований констатирует факт небывалого снижения лояльности американцев к своему правительству в 70-е годы прошлого века [15, р. 559]. Именно в этот период, как отмечают многие исследователи, имели место многочисленные случаи вербовок иностранными спецслужбами американских граждан, включая военнослужащих США. Ситуацию для контрразведки усугубили постоянные нарушения внутреннего американского законодательства со стороны американских же спецслужб, что не могло не привлекать внимания различных общественных организаций и законодателей. В связи с тем, что в ходе выполнения многих контрразведывательных операций напрямую нарушались права значительных масс американских граждан, комитет Сената под председательством сенатора Фрэнка Черча в 1975 году в категоричной форме запретил подобного рода деятельность как «противоречащую Первой поправке Конституции страны, гарантирующей свободу слова и печати» [13, р. 39].

С приходом к власти в США в начале 80-х годов республиканской администрации во главе с представителем правого крыла Рональдом Рейганом положение в стране постепенно стало изменяться в сторону ужесточения контрразведывательного режима, возобновления тотальной слежки за так называемыми непатриотами и массовых проверок на предмет «лояльности государству и национальным ценностям», касавшихся всех слоев американского общества, включая вооруженные силы. С точки зрения контрразведки именно в этот период были достигнуты впечатляющие успехи в ее работе. Упоминавшийся исследователь Майкл Сулик, ссылаясь на документы центра по исследованию и защите личного состава МО, приводит данные относительно того, что в течение относительно непродолжительного периода второй половины 80-х годов было арестовано за шпионаж более 60 американцев [13, р. 89]. Причем подавляющее большинство из них были военнослужащими, согласившимися работать на советскую и союзные ей разведки, в основном якобы по меркантильным интересам. Естественно, ответственность за эти провалы возлагалась на военную контрразведку,