Шутка Хаоса - Анна Рейнер

Лезвие глефы сошлось с мечом противника и с легкостью разрубило его пополам. В руке воина темной армии остался лишь эфес да обрубок стали. Лютый размахнулся снова, и лезвие вошло глубоко в плечо противника. Брызнула кровь, обдав лидера сопротивления крупными каплями с ног до головы, но Лютый этого не заметил. Не знал он и того, что выглядел сейчас как древний бог войны, покрытый чужой кровью, несущий каждым движением смерть с жестоким блеском в глазах.

Кровь, пролитая на плиты, превратившись в липкую жижу, замедляла движение. Под ногами лежали иссеченные, порубанные, обезглавленные тела и своих, и чужих. Бойцы сопротивления платили высокую цену за свободу, за что сражались воины Медегмы Лютый не знал. Но ведь не отступили, не скрылись, не сдались — бьются до последнего, словно от этого зависит не только их жизнь, но и честь.

«Храбрецы — ничего не скажешь, — невольно проникся уважением к противникам лидер. — Ну, ничего, мы тоже не так просты, как кажется на первый взгляд».

Позади кто-то закричал. Лютый обернулся. Закрывая от смерти лидера, замертво упал Стен — совсем еще молодой, но смелый парень.

Жаль его.

Глефа описала очередную дугу, перерубая убийце ногу. Раненый воин закричал и рухнул на землю, из обрубка обильно брызнула кровь. Не раздумывая ни секунды, Лютый отрубил ему голову, избавляя от мучений и остановился.

Обведя место битвы тяжелым взглядом, заметил, что сражаться уже не с кем. Впрочем, его людей, оставшихся в живых тоже можно было посчитать по пальцам.

Победа далась им слишком дорого.

Кто-то подошел к нему сзади и положил руку на плечо. Лютый не слышал приближающихся шагов и от неожиданности вздрогнул, резко обернулся. Рядом стоял Кхан, так же, как и он покрытый чужой и своей кровью. Его губы изогнулись в грустной улыбке, всклокоченная борода делала знакомое лицо каким-то непривычным.

— Мы победили, — одними губами произнес Кхан, но Лютый расслышал. — Победили, потеряв почти всех, кто шел за нами…

Лютый почувствовал, как на его плечи навалилась усталость. Азарт битвы прошел, и теперь он печально смотрел на лица погибших бойцов сопротивления — все без исключения были ему знакомы.

Видит бог, он не хотел подобного исхода, но война есть война. Без жертв в бою не победить.

Воистину здесь смерть собрала высокий урожай, ей есть кого вести за Грань. Но сегодня с ней пойдут не обычные люди, а превосходные бойцы, снискавшие славу посмертно. Это был их последний бой, великий бой, в котором они победили.

***

Бой закончился. Ташин и Арнест покинули дом, выйдя на улицу. Здесь все, абсолютно все было в крови, даже стены домов имели запекшиеся темно-бордовые подтеки. Тела мертвых лежали беспорядочными грудами, у многих погибших не хватало конечностей. Представшая перед глазами юноши картина заставила взбунтоваться желудок, и он поспешно отвел глаза.

— Да, жаль ребят. Слишком мало осталось таких смелых парней, какими были при жизни они, — Арнест тяжело вздохнул и похлопал Ташина по плечу, пытаясь хоть как-то подбодрить. Им не осталась незамеченной реакция мальчишки. — Они знали, за что умирали, знали, на что идут.

Ташин кивнул, соглашаясь, но от этого легче не становилось. Люди умирали часто: от болезней, от медленной старости, несчастных случаев, порой сосед шел на соседа за неподеленный клочок земли, но больше всего жизней забирала война.

— Интересно, как обстоят дела на площади? — Арнест отрядил двадцать человек на площадь чужакам, каждый из них являлся добровольцем. — Ты вроде как там был. Наши победили?

— Не знаю, — безучастно пожал плечами Ташин. — Когда я поджег бочки, здание рухнуло, и чуть не отправило меня к предкам. Очнулся я уже далеко от места событий. Из-под обломков меня вытащил Рен и оттащил подальше. Чем все закончилось — не знаю.

— Закончилось ли? — задумчиво обращаясь к самому себе, произнес Арнест. — Возможно, там до сих пор кипит нешуточный бой…

— Нужно похоронить ребят, — тихо прошептал Ташин. Пусть они были для него чужаками, но их жертва спасла ему жизнь.

— Похороним, но позже, — купец кивнул с мрачным выражением лица. — Им сейчас уже все равно, а нас ждут неотложные дела.

— Но…

— Не жалей погибших, Ташин, — устало вздохнул Арнест, философски подняв палец. — Мертвые счастливы, счастливы по-своему. Никто не изранит им души, не разобьет вдребезги сердце. Им невозможно причинить боль, им не надо бороться за существование. Они ко всему равнодушны. Цинично? Быть может, но это правда, и никуда от нее не денешься. В данный момент необходимо спешить туда, где мы действительно нужны, туда, где мы еще можем помочь живым. — Он внимательно всмотрелся в глаза юноши, для этого пришлось даже наклониться. — Твои друзья ведь еще на площади, не так ли? Возможно, им нужна наша помощь.

Арнест оставил Ташина в одиночестве, отправившись к Лютому, предоставив возможность подумать.

Прав Арнест. Прав от первого и до последнего слова.

Что за судьба ему выпала? Нищий, вынужденный воровать, чтобы не умереть с голоду — он оказался втянут в масштабные события мира. Ташин никогда и представить не мог, что в его руках когда-нибудь окажется Ключ, способный заточить хозяйку Тьмы, тем самым раз и навсегда прекратить эту бессмысленную войну. Но здесь и сейчас решалось многое: один освобожденный город станет первой ступенькой к победе над злом.

— Это еще не все! — крикнул Лютый. — Еще нет. Нужно очистить город от всех соргов. Нельзя терять ни минуты. Все, кто уцелел и еще держится на ногах — следуйте за мной!

Ташин стоял и смотрел, как люди Лютого собираются вместе, готовые идти на новую битву, когда с чистого неба, на котором не было ни одной тучки, ударила ветвящаяся молния, угодив в тот дом, который совсем недавно покинул он и Арнест.

Здание рассыпалось, то, что могло гореть внутри этого несчастного дома, вспыхнуло веселым огнем. Раздались громкие хлопки крыльев, поднявшийся ветер взметнул редкие опавшие листья.

С неба грациозно спускались драконы, небольшие, всего шесть метров в длину, но, тем не менее, опасные. Лучи солнца отражались в блестящей чешуе чудовищ, ослепляя глаза.

Ташин так и застыл, с любопытством рассматривая крылатых ящеров. Интерес как всегда затмил страх.

Кто-то кричал, воины разбегались, ища укрытие, но он не обращал внимание.

По мерцающей броне пробегали всполохи, клыки оскалены: длинные, острые. Дракон приблизился настолько, что нос юноши уловил смердящий запах из пасти.

Миг — и чудовище проглотит его целиком…

Глава 20 Ариакан. Жертва

— Нельзя, — донесся до ушей Ташина глубокий мужской голос. Шея дракона