Шутка Хаоса - Анна Рейнер

Риз Картон, размахивая мечом, вел воинственную и вмиг осмелевшую толпу обычных горожан на острые пики соргов.

Находчивость Рэль поражала. Он никогда не додумался бы до такого, да что там говорить, Риз бы с радостью переложил навязанную ему роль предводителя на плечи другого более достойного претендента, но вот время и место не располагали для споров и препирательств.

Толпа, вооруженная одними лишь камнями, послушно следовала за ним, подобно неудержимой лавине. В какой-то момент Ризу показалось, что остановись он и опусти меч, люди все равно продолжат движение, стремясь сполна отомстить узурпаторам.

Звук рассекаемого стремительным движением воздуха напоминал бравую песню, достигшую апогея в момент, когда меч встретил первые пики змеелюдов. Удар — и древко перерублено надвое, второй — и окаменевший противник падает на мостовую. Продолжая кружиться в безумном танце, воин давно потерял счет времени. Его клинок словно жил собственной жизнью, не скупясь расточая смерть. Глаза рыцаря застилала кровавая пелена; забыв обо всем на свете, Риз наслаждался боем, каждым движением, каждым взмахом, каждым мгновением.

Сколько же их? Откуда лезут эти твари? Сколько пройдет времени, прежде чем силы оставят его?

Люди массой налетели на пики, многие упали, пронзенные насквозь, остальные же пускали в ход камни, а у кого их не нашлось — руки и ноги. Кто-то нацепил знамя Ариакана на древко и размахивал им над сражающимися, выкрикивая подбадривающие лозунги. Огонь от взрыва распространился на дома, дым резал глаза и забивал легкие. Не было видно даже вытянутой руки.

Риз давно потерял из поля зрения товарищей, да и это сейчас казалось несущественным. Все, что оставалось реальным — это разящий врагов меч.

Постепенно он начал уставать. Клинок в руках становился все тяжелее и неподъемнее. Для него прошла целая вечность, прежде чем клинок начал вспарывать пустоту, и Риз понял, что врагов не осталось.

Внезапно налетевший ветер на несколько мгновений разогнал дым, и перед глазами воина предстала мрачная картина. Вперемешку образовывая кучи, лежали мертвые люди и каменные останки соргов. Толпа затравленно озиралась, некоторые держали позаимствованные у змеелюдов пики, готовые дать очередной отпор. Много, поистине много людей отдали за свободу жизни.

До Риза доносились стоны, плач и брань раненых. Тут и там лежали отрубленные конечности, и даже бывалому воину смотреть на это было мерзко. Голова кружилась, словно карусель. Это состояние усугубилось и духотой, запахами потных тел и запекшейся крови.

Риз не спеша шел мимо трупов и тяжелораненых, внимательно вглядываясь в лица, страшась обнаружить среди них знакомые.

Сколько еще должно пролиться крови? Скольким придется пожертвовать ради победы? Не лучше ли оставить все как есть, сдаться на милость победителей, терпеть, но встречать каждый день рассветы и видеть закаты?

«И что это будет за жизнь? — пришел немой вопрос. — Вечный страх, участь рабов, бесконечное пресмыкание. Это не жизнь. Это жалкое существование».

Его рассеянный взгляд скользнул по лицу совсем еще молодого юноши. Лицо в пыли, с уголка рта стекала кровь, слипшиеся на лбу волосы, древко пики так и осталось торчать в худом теле мальчишки.

Юноша умирал. Медленно и неотвратимо.

Риз склонился над ним и легонько сжал его ладонь. Воин не знал, чем этот порыв был продиктован, он видел сотни смертей, отчетливо понимал, что любая война забирает жизни, но сейчас пройти мимо казалось неправильным.

Из глаз юноши грязными струйками потекли слезы. Он не всхлипывал, не бранился, понимая, что это ему не поможет.

— Страшно…

— Глупо бояться смерти, — попытался успокоить его Риз, хотя собственные слова показались ему циничными. — За ней ничего нет. Просто пустота.

Легко рассуждать о смерти, когда твоей жизни ничего не угрожает, когда кто-то другой, не ты, уходит за Грань.

Умирающий попытался улыбнуться, но зашелся кашлем. Изо рта обильно хлынула кровь, глаза уставились в одну точку.

Риз отпустил еще теплую руку юноши и поднялся. Парень уже обрел покой и больше не познает ни боли, ни лишений.

«Смерть — это проблема тех, кто остался, а не тех, кто ушел», — с такими мыслями он продолжил путь, но перед глазами почему-то постоянно вставало бледное лицо юноши.

Ему еще жить и жить, но боги распорядились по-своему. Несправедливо. Все несправедливо.

Вся сущность Риза бунтовала.

«Нет, — пришла ясная мысль, — Опустить руки, сдаться, позволить себя сломать — слишком легко. Надо бороться. Бороться за свободу, за каждую пядь земли, бороться за светлое будущее и, если понадобится, отдать собственную жизнь, но очистить этот мир от тьмы, прекратить это безумие!»

— Что дальше? — обратился к воину дряхлый старик, чудом уцелевший в сражении. — Веди, и мы последуем за тобой, даже если путь этот приведет к смерти.

Гордая осанка старика выдавала в нем бывшего солдата. Его слова поддержала криком толпа, что постепенно начала собираться около Риза. Люди признали его лидером, пошли по его зову и теперь требовали вести их дальше к долгожданной мести.

Тьма поглоти эту Рэль! Втянула его в авантюру, а сама исчезла.

Он поискал ее среди толпы, но так и не нашел. Йен тоже пропал, зато Цета была здесь, рядом с не запланировано спасенным бардом.

Риз уже намеревался ответить, что «мол, каждый сам по себе», когда на площадь упала тень, полностью затмив собой солнце. Предчувствуя беду, он поднял глаза и ужаснулся…

***

Эрвин шел по улице, неся бесчувственное тело посвященной. Керон лежала на его руках, доверчиво уткнувшись в грудь. Вся высокомерность исчезла, лицо было расслабленно и спокойно.

Во время битвы ее медальон ярко сиял, отгоняя соргов, заставляя их пятиться, но когда раздался взрыв, и девушка медленно осела на землю, эльф не успел придумать ничего лучше, чем подхватить бесчувственное тело. Он не знал, что с ней, не мог понять причины обморока. Попытки привести Керон в чувства не приносили результата. Эрвин не мог просто бросить ее, он понимал, что девушке необходим покой и продолжительный отдых, желательно в безопасном месте. Вот только где оно? — это самое безопасное место.

Пробиться сквозь толпу ему удалось, выбраться из окружения змеелюдов — тоже, но куда податься дальше — он не знал. Ближайшие к площади здания полыхали огнем, оставалось лишь продвигаться дальше к окраинам города.

Эрвин понимал, что сейчас нужен своим как никогда, но честь и простое доброе сердце вели ноги вперед в поисках постоялого двора либо другого заведения, где не откажут в приюте. Керон должна выжить любой ценой и доставить свиток в Лориэль!

Посвященная спасла ему жизнь, а он всегда платит долги. Как только он подыщет более или менее