Войти в Тень - Ольга Волоцкая

Люди вскарабкивались на каменный выступ, недвусмысленно указывающий им дальнейшее направление. И, насколько хватало света их факелов, было видно, как этот самый хвост, перетекая в гигантскую волнистую спину, уходил через озеро в неразличимую даль. Этакие «русские каменные горки» по-ацтекски.

Командир уверенно взобрался на каменного монстра и, призывно махнув рукой в последний раз, двинулся вперед, остальные же, потянулись за ним. Даже при нашей жесткой иерархии в команде вряд ли кто-нибудь при таком приключении не задал бы ни одного вопроса. Я обеспокоенно заглянул в их головы глубже. Эйфория. Полная и незамутненная. Я в тревоге просигналил Оскару, но тот лишь пожал плечами, давая понять, что с нами-то все в порядке, и, значит, не о чем беспокоиться. Мы подошли ближе. Чем дальше удалялись наши революционеры, тем ближе мы подходили к выходу из коридора. Наконец, когда мы вышли к самому берегу озера, их факелы всего лишь оранжевыми точками мелькали на гладком камне диковинного «моста через Стикс», как я мысленно назвал его. Хотя, конечно, Стикс – это река, а не озеро, но от этой безжизненной, темной воды веяло чем-то, очень напоминающим о реке мертвых.

У парней впереди был слишком маленький кружок света и слишком много энтузиазма, чтобы оглянуться и заметить узкий луч фонаря, скользнувший по берегу у кромки воды и начавший ощупывать каменный хвост. Мы подошли к самой воде, и Джонас коснулся ее анализатором.

– Чистая, как родник. Небольшая примесь полезных минеральных солей. Все, – и он немного растерянно взглянул на меня.

Я пожал плечами. Гораздо больше меня сейчас интересовало происходящее на спине у этого земноводного, тьфу ты, у этого моста. И я оказался прав.

Шумный всплеск и опять крик. Это ушла под воду голова визора. Я сразу ощутил дикую боль в висках, пузырьки замелькали перед глазами, и я… получил хорошую оплеуху, автоматически переключаясь и выныривая из чужих мозгов. Джонас держал меня за шиворот.

– Захлебнуться на суше. Это в твоем репертуаре, Мартин.

Мысли его были четки, тон бесстрастен, но я почувствовал, как что-то болезненно дернулось у него в эмоциях.

– Его утонули, Оскар, Джо! Его просто утонули! Не знаю как. Может, и съели заодно.

– Вряд ли.

Кай коснулся воды более сложным, чем у Джонаса, тестером и внимательно смотрел на показания.

– В этой воде жизни нет. Во всяком случае, такой крупной жизни, что могла бы съесть человека.

Лукас в замешательстве вертел головой, понимая, что львиная доля происходящего просто ускользает от него. Но говорить он все еще не рисковал, памятуя о способе уговоров, характерном для «бандита» с пистолетом.

Я отдышался и вновь подключился к команде впереди. На этот раз они отреагировали на гибель товарища еще более странно. Просто подождали, пока улягутся волны, и пошли дальше. Даже не поглядев в воду, даже не перекинувшись словом. Предводитель шел впереди. И во избежание дальнейших проблем, я решил сделать визором именно его. Уж он-то не казался мне пушечным мясом. А вспоминая его последний разговор со стариком, я все больше уверялся во мнении, что он – единственный, кто вполне четко знает свою роль в этой странной игре.

Ой как я был прав. Этот человек прекрасно понимал все, что сейчас происходило. И не был подвержен странной эйфории, охватившей всю команду.

Ты не веришь в волшебство, Мартин. В амулеты, булавки, вуду и прочие мешочки, которые безумные старики передают безумным командирам герильерос. Не веришь!

На мгновение он остановился. И я осторожно затих в его голове. Ведь он не мог бы меня почуять, не имел права! Никак! Он просто человек, а не паранорм! Я, убеждая и успокаивая себя, сжал кулаки. Командир настороженно постоял с минуту, к чему-то прислушиваясь – я был уверен, что к своим внутренним ощущениям, а отнюдь не к мифическим озерным чудовищам, и пошел дальше, неспешно отмеряя жилистыми ногами шаги по каменной чешуе. Ощущения его тела были мне неприятны, и я постарался закрыться от них, оставив в своем ведении только его видео обзор.

Следующий крик уже не удивил нас, а Оскар его кажется, просто ждал и, похоже, вздохнул с облегчением, когда это случилось. Отряд же опять не среагировал, а мой новый визор мельком оглянулся, окидывая взглядом пространство позади себя и немного нервно ощупывая свой талисман – подарок от старого шамана. Все-таки, видимо, мне придется поверить в амулеты. Мне стало не по себе. Но, вспомнив о работе, я еще раз отрегулировал связь и стал смотреть дальше.

…А дальше они пересекли озеро и вышли на берег. Бодро протопав по шипасто-чешуйчатому окончанию пути, спрыгнули на песок и со смехом стали разглядывать другую сторону своеобразного моста. Как я и предполагал, это была голова, очень похожая на крокодилью. С плотно сомкнутой пастью и закрытыми глазами. И ужасно она мне не понравилась.

– Теперь мы, – скомандовал Оскар и подтолкнул Лукаса к началу моста, шепотом поясняя, что предстоит делать. Но сначала на камень зашли мы с Джонасом. Подошвами сапог я как будто ощутил невообразимую тяжесть древнего камня, и на какое-то мгновение пришел в ужас, представив, что может случиться, если это оживет. Фантазии всегда были моей сильной стороной. Но надо было идти, и я быстро вымел из головы мешающий бред.

– Кай, держи пузырь, – почти нервно напомнил Стаковски.

И мы пошли. Мокрый, но странно нескользкий камень под ногами, отблески коротких вспышек фонаря на воде, глухой звук под каблуками, как будто каменный крокодил был полым. Быстро исчезающие точки факелов на горизонте – революционеры двинулись дальше.

Дважды, как и с предыдущим отрядом, вода захотела забрать нас: блоки моста как будто исчезали из-под ног. Вниз и вбок. При падении как раз получалось, что упавший человек получал камнем, становящимся на место, либо под колени, либо в висок. Хороший удар, чтобы не оставить никаких шансов и следов. И если бы не Кай, двое из нас закончили бы свое существование или как минимум остались бы покалеченными – при условии, что мы успели бы их вытащить.

Первый раз это был господин Лукас. Зависнув над водоворотами воды, которые образовались на месте сдвинувшейся секции, он не заорал только потому, что в первое мгновение испытал шок. А потом я просто отключил ему речь. Во избежание. Лукас махал руками, как ветряная мельница, все время, пока Кай подтягивал его к твердой поверхности. Наконец, почувствовав под ногами камень, Лукас просто плюхнулся на него задом и, закрыв глаза, вцепился руками в чешуйчатую поверхность. Видимо, он совершенно забыл, что как раз именно этот камень его только что и предал, чуть не утопив.

Приведя нашего клиента в порядок, мы пошли дальше. Правда, голос я ему решил пока не включать, а то мало ли что.

Вторым претендентом на роль жертвы оказался Джонас. Он немного отстал от меня, и я услышал характерный звук резкого движения воздуха и бульканье воды. Но уже видевший ситуацию с Лукасом ирландец просто безучастно завис над ловушкой и, дождавшись, пока его вытащат, крепко пожал руку Каю. После этого происшествия до конца моста мы добрались без приключений.

Морда крокодила, когда я подсветил ее фонариком, оказалась еще более злобной, чем мне виделось через командира герильи. Я поспешно отвернулся.

– Подожди.

Оскар все еще шарил лучом по голове каменного чудовища. Наконец, удовлетворившись осмотром, он почти по-хозяйски погладил исполинскую ноздрю рептилии и только тогда отдал приказ.

– Вот теперь пойдем.

Озеро с этой стороны было ограничено каменной стеной, в теле которой были вырублены разновысокие ступени. Нижние укрывал песок. Только здесь он уже начинал плавно менять свой цвет, из белого постепенно превращаясь в серый, а дальше почти в черный. Я прикинул и ужаснулся про себя размерам подземной системы. И много веков все это простояло здесь совершенно нетронуто и скрыто ото всех. И вот сейчас горстка пришельцев, нагло нарушая устоявшуюся тишину, лезет со своими мелкими желаньицами, стараясь, как это привычно большей части из породы людей, нажиться за чужой счет. По спине ощутимо пробежал озноб. Я никогда не был атеистом, и при моей бурной фантазии вообразить, что лежащая на песке голова уставилась нам вслед горящими приоткрытыми глазами, было раз плюнуть. Я не выдержал и обернулся. Ничего подобного. Но свербящее чувство чужого взгляда так и не прошло.

Ступенчатый склон стены, испещренный множеством ходов, в одном из которых скрылись наши невольные проводники, был не так уж далеко. За то время, пока мы преодолевали самый необычный на моей памяти мост через водное пространство, которое я когда-либо видел, я не обрывал связи с визором. И хотя это доставляло мне известные неудобства, зато я мог совершенно точно указать, куда нам нужно теперь идти.

Я отсчитал пятый вход слева на второй большой ступени и направился к нему.