Подорожный страж - Андрей Лукин

Провожатые, не оглядываясь, летели далеко впереди, словно им и дела не было до того, идёт Степан за ними или двинулся куда-нибудь совсем в другую сторону. Стёпка, естественно, ни в какие другие стороны двигать не собирался, но и бежать в гору за драконами ему тоже не очень хотелось. Он вообще для себя решил, что пусть эти провожатые делают, что хотят, а он пойдёт так как ему удобнее, а если им это не понравится — пусть утрутся и терпят.

На краю ложбины он оглянулся. Тютюй стоял на валуне и смотрел ему вслед. Маленький расфуфыренный гномлин на большом камне. Тоже мне — государь! Сам ростом едва с полботинка, а туда же — «из-под земли выкопаем». Видали мы таких выкапывальщиков.

А забавно получилось, что гномлины приняли его за поединщика. У них здесь, похоже, крутая разборка с долинниками намечается, вот они и испугались, что на стороне неприятеля демон будет сражаться. Да что там говорить, любой бы на их месте испугался. Одно дело своего брата гномлина мечом по голове охаживать, и совсем другое — путаться под ногами у демона, который одним пинком может вывести из строя дюжину самых крепких воинов. Да-а… У людей, выходит, свои войны бушуют, а у гномлинов свои. Из-за чего они, интересно, биться будут, что не поделили с сородичами. Теперь уже и не узнаешь. Разве что у провожатых спросить. А, кстати, где же они?

Стёпка остановился, и сразу же из-за ближайшего куста вывернулся один из гномлинов.

— Почто встал? — злобно рявкнул он, осаживая дракона в метре от Степана. — Шагай шибче, некогда нам у каждого куста тебя дожидать. У нас и своих делов хватат… Почто стоишь, спрашиваю?

Демонская гордость в Стёпкиной груди возмущённо встала на дыбы. Стёпка прислушался к ней, выплюнул травинку и решительно повернул назад.

— Ты куды? — вскрикнул гномлин. — Али дороги не видишь?

— А пойду-ка я к многомудрому Тютюю, — сказал Степан как бы между прочим.

— Чево?.. Почто?.. — вылетел из травы и второй провожатый. — На кой тебе Тютюй надобен? Ить, кажись, распрощалися ужо.

— Да вот скажу ему, что провожатых он мне дал каких-то бестолковых. Скажу, что с такими провожатыми я идти не согласен и что я лучше к долинникам вернусь. Сражаться за них буду. Они меня шибче уважали.

— Стой, демон! — отчаянно завопили гномлины в два голоса, испугались, видимо, не на шутку неминуемого Тютюева гнева. — Стой! Виноваты мы, зараз кругом виноваты! Не ходи к долинникам! Мы тебя самой короткой тропой проведём, куды только захошь! Прости нас, непонятливых, смени гнев на милость!

В общем, поставил он заносчивых недомерков на место. После этого дракончий с дюжинником присмирели, вредность свою припрятали подальше и обязанности провожатых стали исполнять с истинным усердием. Они то кружились вокруг Степана, зорко оглядывая окрестности, то улетали далеко вперёд, но так, чтобы он не потерял их из виду, то разделялись, и тогда один летел впереди, а другой зачем-то возвращался назад, видимо, осторожничал, проверял, нет ли за ними погони, не выслеживают ли вдруг враги какие-нибудь, те же долинники, например.

Часа два они так шли, и Стёпка даже втянулся и о ногах своих уставших слегка забыл. Дрэга иногда улетал в лес, один раз исчез надолго, объявился потом весь мокрый, вздумал отряхиваться на Стёпкином плече и вымочил всю рубашку. Но Стёпка не рассердился, потому что солнце уже пригревало вовсю и стало жарко.

Гномлины поглядывали на Дрэгу с нескрываемым удивлением, никак не могли привыкнуть к тому, что у Степана тоже есть свой дракон. И когда Дрэга выныривал из леса и садился на Стёпкино плечо, их так и передёргивало, так и корёжило. В конце концов один из гномлинов не выдержал. Он дождался Степана, поднял своего дракона повыше и полетел рядом, косясь из-под низко надвинутого шлема в сторону мгновенно напружинившегося Дрэги.

— На кой тебе, демон, дракон надобен? — спросил он сердито. — В чём тебе от него прок, коли не ты на нём, а он на тебе сидит?

— Значит, надобен, — сказал Стёпка и сам спросил в ответ. — А ты кто: Копытай или Ограл?

— Дракончий я государев, — напыжился гномлин. — Копытаем меня величают.

— За драконами ухаживаешь, да?

— РОстим мы их, кормим и воинскому строю обучаем.

— А зачем?

— Гномлинам без драконов нельзя, мы без них ровно обезноженные. В поход дальний али в битву без дракона как соберёшься? А тебе дракон — забава дитячья.

— Он сам со мной остался. Я его не держу. Захочет улететь — пусть летит. Только он не хочет. Ему со мной хорошо. Я его жалею и не обижаю.

Копытай похмурился, пожевал губами, взмыл повыше. Его дракон летал легко, словно бы и не нёс на себе увешанного железом всадника.

— Продай мне свово дракона, демон, — предложил вдруг гномлин. — Я тебе за него хорошую цену дам. Не пожалеешь.

— Я друзей не продаю, — сказал Стёпка.

— Да каков из дракона друг? — удивился Копытай. — Рази ж скотина другом могёт быть?

— Это у вас, может, скотина, а у меня друг. Он меня в бою защищал, а я его за это продавать должен?

— Ну, гляди, демон, воля твоя. Токмо я бы тебе куда как хорошо заплатил.

— Нет, — сказал Стёпка. — Ни за что. Нам вдвоём веселее. Правда, Дрэга.

Дракончик в ответ куснул его за мочку уха, будто и в самом деле сообразил, о чём идёт речь. Сердитый Копытай гикнул и унёсся далеко вперёд. Минуту спустя Стёпку нагнал летевший до того где-то в стороне Ограл.

— Об чём с тобой дракончий толковал? — спросил он недовольно.

— Дракона хотел у меня купить, — отмахнулся Стёпка. — Большие деньги предлагал.

— Я больше дам, — тут же оживился Ограл. — На два кедрика больше. Мне продай.

— Да зачем вам мой дракон? — удивился Стёпка. — Вам разве своих не хватает?

— Драконов много не быват. А твой — из низовых, окраса инакого и крыльями в размахе поширше. Хорошее потомство от него пойдёт. А свежая кровь в стаде завсегда прибыток приносит. Продавай, пока беру. Не продешевишь, моё слово верное.

— Нет, не продам, — сказал Стёпка и повторил. — Друзей не продаю.

— Не бывают драконы друзьями, — напористо отрезал Ограл. — Сколь их ни корми — всё в лес норовят. И энтот от тебя сбежит, попомни моё слово. Наскучит ему у тебя сухие корки глодать, только ты его хвост и видел. А у меня ещё ни один не сбегал. Я их так взнуздываю — ого!

— Один уже навзнуздывался, что дракон от него ко мне сбежал.

— Не тебе поучать, как гномлину дракона обхаживать. Ты мне свово продай.

— Не буду я его продавать, даже и не просите. Не буду.

Дюжинник послал дракона вперёд, крикнул через плечо:

— Ты поразмысли, поразмысли хорошенько, демон. Я тебе плохого не присоветую.