Наследнички 4 - Алексей Игоревич Ильин

— Нет, с братом, — Рома улыбнулся.

— Твой брат приказал старому Мартину нас всех здесь собрать, — ответила та же горничная. — Раздались выстрелы, а когда всё стихло, мы попытались выйти, но дверь была заперта. А вас, оказывается, всего двое?

— И мы сейчас столпились здесь, из-за каких-то двух мальчишек⁈ — вперёд вышел крепкий, здоровый мужик, отодвинувший в сторону дворецкого. — Мы же тебя сейчас просто по этому полу раскатаем! Ты же даже безоружен! — выпалил он. — А потом возьмёмся за твоего брата.

— Жером, — его тронула за рукав миловидная женщина. — Они прошли охрану, и я слышала выстрелы. Не нужно совершать глупости.

— Послушай свою подругу, Же-ром, — Рома произнёс имя мужика по слогам. — Она тебе говорит совершенно правильные вещи, в то время как ты сам сделал ошибки абсолютно в каждом предположении, — и Рома снова улыбнулся, разглядывая мужика, слегка наклонив голову.

— И где же я ошибся? — мужик набычился, глядя исподлобья на стоящего перед ним парня.

— Например, ты предположил, что я не вооружён, — и Роман отодвинул полу своей куртки. Показалась кобура скрытого ношения и рукоять пистолета, торчащая из неё. — И поверь, я успею его выхватить и обеспечить тебе досрочный выход не пенсию без выходного пособия.

— Ну, допустим, — мужик начал колебаться. Всё-таки пистолет — это был пистолет, и с ним приходилось считаться. Хотя он понимал, что перед ним стоит сын клана, но проявлений дара видел мало даже от проживающего в доме Адреаса, поэтому плохо представлял, на что может быть способен стоящий перед ним парень. — Всех всё равно не перестреляешь, патронов не хватит. И у братца тоже.

— А кто тебе сказал, что мне вообще нужен пистолет? — Рома даже удивился, услышав подобное заявление. — Мне он необходим, просто чтобы произвести точечную ликвидацию таких вот упёртых баранов, как ты. Потому что мой дар может задеть не только тебя. А вдруг эти прекрасные люди совсем не придерживаются твоих самоубийственных взглядов и настроены на сотрудничество?

— Да о чём ты…

Рома не стал его слушать, а просто призвал дар. Сразу стало очень холодно, и каждому из присутствующих дохнула в лицо смерть. Мужик побледнел и попятился, а Роман запахнул куртку и теперь задумчиво смотрел на него.

— Надеюсь, посыл понятен? — дар вымораживал его голос, делая холодным и властным. — А вот моего брата лучше не провоцировать на демонстрацию дара. Это я вам исключительно по-дружески советую.

Он продержал дар ещё с минуту, затем отозвал его, когда удостоверился, что все поняли, что любые шутки закончились.

— Жером не понимает, о чём говорит, — вперёд выступил тот самый дворецкий, которого Рома встретил, когда вбежал в дом. — Молодой, кровь кипит. Но нас всех интересует наша судьба, господин…

— Орлов, — ответил Рома. — Почему в доме нет охраны?

— Господин Адреас куда-то отослал всех боевиков клана вместе с охраной периметра. И те охранники, что находились всегда в доме, вынуждены были выйти к воротам. Но у господина Адреаса не было ротации, поэтому они плохо представляют себе, что нужно делать, — дворецкий вздохнул. — И ваше присутствие подтверждает это.

— Да, похоже, что так оно и есть. Слишком уж легко мы вошли, — Рома поморщился. Эта идиотская практика, принятая в Содружестве и закрепляющая каждого человека на одном месте, ему никогда не нравилась. Это исключало взаимозаменяемость, например, среди охраны. Но Рома не мог не признать, что благодаря этой системе они с Андреем вдвоём взяли довольно хорошо охраняемое поместье.

— Что с нами будет, господин Орлов? — спросил дворецкий Мартин.

— Не могу сказать, — Рома покачал головой. — Решение подобных вопросов не входит в мою компетенцию. Но если вы будете сотрудничать, не будете пытаться на нас напасть и ответите на все вопросы, то я могу обещать вам жизнь.

— Разумеется, мы ответим на все ваши вопросы, — тут же сказал Мартин. — Но мы можем не знать всю информацию, которую вы хотите от нас получить.

— Хорошо, давайте, по крайней мере, попробуем. И начнём с самого простого и одновременно самого сложного вопроса: какого хрена здесь делает Адреас со своими людьми и с вами, если вы прибыли сюда с ним? — спросил Рома, гипнотизируя взглядом старика.

— Нет, мы не прибыли с господином Адреасом, — Мартин покачал головой. — Мы жили и присматривали за домом много лет. Некоторые так и вовсе родились здесь. В Провансе практически нет ни одного поместья, не сменившего хозяев по нескольку десятков раз. И нашу «Лазурную тропу» не минула та же участь, пока в один прекрасный момент поместье не приобрёл влиятельный клан из Российской империи. Правда, мы так ни разу хозяина и не увидели, а двадцать лет назад резко прекратилось финансирование. Большинство людей ушло, но мы остались. Нам просто некуда идти. Крутились, как могли. Даже открыли на время поместье для посетителей. Туристы любят осматривать такие места, а здесь был просто чудесный сад: множество уютных гротов, скрытых от глаз беседок…

— Кто-то из бывших владельцев, похоже, тем ещё шалуном был, — хмыкнул Рома. — Снежины прекратили осуществлять финансирование по одной простой причине: этот клан перестал существовать. Они перешли дорогу ещё более могущественному клану и… В общем, для ваших бывших хозяев всё закончилось плачевно. Кроме того, их вычеркнули из реестра и попросили из Совета кланов.

— И кому же они так насолили? — Жером смотрел на Рому, сложив руки на груди. — Клану Орловых?

— Нет, — Рома для наглядности покачал головой. — С Орловыми мало кто предпочитает связываться. Снежины решили, что могут на равных разговаривать с Ушаковыми. Теперешний глава клана очень хорошо им разъяснил, в чём именно они не правы. Всё, что осталось от клана, все их поместья и активы Егор подарил своему другу и дальнему родственнику Константину Орлову. Но нынешним хозяевам конкретно об этом поместье стало известно совсем недавно. И вот мы с братом здесь, чтобы проверить уже состояние поместья, но, к нашему удивлению, оно оказалось занято. И я хочу знать, что именно мне передать в отчёте главе клана? Как здесь оказался Адреас? Или вы не знаете ответа на этот вопрос? — голос Романа стал твёрже, и повеяло холодом, хотя он и не призывал свой страшный дар.