Наследнички 4 - Алексей Игоревич Ильин

К воротам подъехали машины и из них начали выскакивать вооружённые люди.

— У нас гости. Приехали те самые бойцы, которые безуспешно делали вид, что пытаются достать Ушакова.

— И что будем делать? — спросил Рома, убирая свои трофеи в карман. Он подошёл ко мне, остановившись рядом: — Это не усиленный Ольгой контур. Они его на раз-два вскроют.

— Ситуация… — протянул я. — Почему-то думал, что они дольше добираться будут.

— Я тоже, — напряжённо кивнул Ромка. — Что здесь рвануло?

— Да этот мудак, как оказалось, мне зубы пытался заговаривать. Всё то время, пока мы «беседовали», он ждал, когда зарядится артефакт. Я так и не понял, что это было. Какая-то волна. Но предполагалось, что от меня должно было остаться примерно столько же, сколько от этого стола, — и я указал на раскуроченный стол. — Тот стационарный контур сработал блестяще, взяв на себя много чего и дав мне время, чтобы развернуть нормальный щит. Не зря я его сразу же активировал, как только в эту комнату вошёл.

— Вот как? — Ромка повернулся ко мне. — Надо будет ещё прикупить таких же у того портье, если его ещё не уволили.

— Я тоже об этом подумал, — глядя в окно, я обдумывал, что же делать.

Самым простым решением было уйти с помощью телепорта. Машину жалко здесь бросать, да и не слишком понятно, как мы снова будем в поместье проникать, если боевики решат здесь окопаться. Можно, правда, рядом с машиной окно открыть. Координаты я запомнил, но вопрос с поместьем в этом случае остаётся открытым. Был ещё один вариант. Мы могли попытаться их убить, у нас с Ромкой куча различных заклинаний в загашнике имеется. Но и здесь возникали нюансы. Например, у них могла с собой оказаться глушилка магии, и тогда у нас был бы довольно бледный вид. Да и просто убивать такое количество людей не хотелось. Не думаю, что подобное прошло бы без последствий для нашей психики. Судя по всему, Ромка думал примерно в том же направлении, не переставая хмуриться.

Наши размышления прервал телефонный звонок. Мы переглянулись. Звонок раздавался из кармана Ромкиной куртки. Сунув туда руку, он вытащил телефон Адреаса. Похоже, нашёл его в одном из карманов покойника и машинально сунул уже в свой карман. Рома протянул мне телефон. Я смотрел на него почти минуту, как на ядовитую змею. Звонок прервался, а потом телефон заверещал снова.

— Это командир звонит, — внезапно сказал Ромка, глядя в окно. — Он, похоже, специально отошёл от ворот так, чтобы его было видно.

— Вот как? Я поднёс трубку к уху: — Орлов.

— Хм, — раздался глубокий мужской голос. — Ну что же, если ответили всё-таки вы, значит, Джордж мёртв.

— Кто говорит? — холодно спросил я.

— Герман Адреас. И я последний представитель мужского пола, носящий эту фамилию. Господин Орлов, верите вы мне или нет, но мне плевать на Джорджа. Более того, все мы только что выдохнули с облегчением.

— Чего вы хотите, господин Адреас?

— Мы можем поговорить, господин Орлов?

От неожиданности вопроса я отключился, и мы с Ромкой переглянулись. Странный поворот. Даже интересно стало, куда он нас приведёт.

Глава 22

Я сам набрал номер Германа, когда немного пришёл в себя.

— О чём вы хотели со мной поговорить, господин Адреас? — спросил я сухо.

— Об условиях сдачи, конечно же, — Герман говорил очень спокойно, взвешивая каждое слово.

— Вы думаете, что мы вам сдадимся⁈ — в моём голосе прозвучало ничем неприкрытое удивление.

— Нет, разумеется, — он вздохнул. — Было бы глупо об этом думать, господин Орлов. Давайте поговорим начистоту, — внезапно предложил он. — Я хочу предложить вам остатки клана Адреасов в качестве вассалов.

— Что? — от неожиданности я чуть снова не отключился. — Вы в своём уме?

— Конечно, — ответил Герман. — Думаю, нам стоит поговорить не по телефону. Я могу пройти к вам?

— Вы пройдёте один, — после почти минутного молчания, во время которого мы переглядывались с Ромкой, ответил я. — Вас встретит мой брат. Он же проводит вас ко мне. И, господин Адреас, Роман — некромант, поэтому не делайте глупостей, — и я отключился, поворачиваясь к Ромке.

— Не бойся, мне он не показался психом. К тому же я в щите тьмы к нему подойду. Рядом с этим щитом всем становится как минимум не по себе, — сказал Рома.

— Если увидишь хоть одно шевеление, сразу же захлопывай контур и уходи, — я смотрел на него, не мигая.

— Слушаюсь, — и Ромка улыбнулся. — Пошли пока комнату поприличней найдём, не здесь же разговаривать.

Мы синхронно посмотрели на всё ещё лежащее на полу тело. Я довольно долго его разглядывал, а потом покачал головой.

— Нет, Рома, именно здесь. Антураж как раз способствует нормальному продуктивному разговору, — ответил я на его невысказанный вопрос. Иди встречай гостя, а я пока сюда стол какой-нибудь притащу да стулья. Нужно же создать хотя бы видимость официоза.

— Как знаешь, — Ромка пожал плечами и направился к выходу, чтобы привести Адреаса.

Когда Рома вернулся с мужчиной лет тридцати пяти на вид, я даже успел немного прибраться. Во всяком случае все бумаги собрал в одну стопку и перевязал верёвкой, которая удерживала тяжёлую штору. Высокий темноволосый мужчина лишь ненадолго задержал взгляд на том, кто ещё совсем недавно считался среди их команды главным, и сел на предложенный стул. Я расположился напротив него. Между нами стоял журнальный столик. Ромка же устроился у окна, чтобы одновременно видеть и то, что происходит у ворот, и в комнате.

— Что вы говорили насчёт вассалитета? — спросил я после того, как мы с Германом изучили друг друга.

— Мне было пятнадцать лет, когда этот придурок Фрэнк сцепился с вашим отцом, — сказал Герман. — Я не в курсе, что там произошло, но по некоторым слухам мог сделать выводы, что Фрэнк ненавидел всё, что связано с Константином Орловым из-за женщины. Полагаю, что из-за вашей матери. Когда она погибла, он как с цепи сорвался. Наделал множество ошибок и фактически погубил наш клан.

Мы с Ромкой переглянулись. Вот почему нам не рассказывали в полной мере про этот конфликт, принёсший Орловым, тем не менее,