Время желаний - Иван Кузнецов

Меган сморгнула. Как мне показалось, ее удивление было неподдельным.

– Только не говори, что во время прошлой встречи ты спецом забрался на небоскреб, чтобы подготовить портал на этот рейс!

– Увы, я не настолько прозорлив.

– Хвала богам, а то я начала терять уверенность в себе, – засмеялась Меган. – Не расстраивайся, ты все равно великолепен. Переиграл всех и вся.

– Как по мне, мы в равном положении.

– Обожаю взаимные расшаркивания, – мурлыкнула Меган. – Может быть, для нас не все потеряно, а, Юра? Может быть, останемся партнерами, раз уж не вышло любви?

– Зачем тебе абсолютное воздействие, Светлая? Чего ты добиваешься?

Меган посмотрела на меня укоризненно.

– Разве не очевидно, Темный? Разумеется, я хочу спасти мир.

Несмотря на очевидную иронию, она не шутила. Смеялась над стереотипами – да, но не более. И что еще хуже, она полностью восстановилась после нападения на коллег. Видимо, активировала аккумулятор как раз перед моим появлением. За считаные минуты он восполнил потраченные силы. Аура волшебницы пылала слепящим белым Светом – куда более ярким, чем во время предыдущих встреч. Она больше не скрывала потенциал, лежащий далеко за пределами первого уровня. Правда, и до Великой она не дотягивала, если, конечно, нынешняя картина не очередная подделка. По уму, следовало напасть сразу по выходе из портала, но мне не хотелось сражаться с Меган. Про себя я держал одну хитрость, оправдывающую бездействие. Во всяком случае, объяснял я собственное миролюбие именно так. Хотя, положа руку на сердце, спрятанная в рукаве карта не тянула на джокера. Так, трюк фокусника, рассчитанный на неподготовленную аудиторию. Сумеет ли раскусить обман она?..

Я прищурился.

– Пять дней для Иных. Шесть для людей, так?

– О, он и тебе разболтал? – вздохнула Меган. – И почему всемогущество так часто находит идиотов? Признаться, меня потрясло, когда Сумеречный рассказал Манфреду о пророчестве. У того и так с головой нелады, а после этой байки он окончательно поехал на почве грядущего конца света. Хорошо, что вы его остановили, а то бы он натворил дел.

– Стало быть, ты все знала с самого начала?

– Да ничего я не знала! – отмахнулась Меган. – Ни про Манфреду, ни про крымские ауры, ни про дурацкий фотоаппарат. У Сумеречного мага словесный понос, когда речь заходит об экзистенциях, а в остальном из него слова не выдавишь. Со временем догадалась, конечно. Но не намного раньше вас. А Манфреду про меня и вовсе не узнал. Так и считал себя единственным посвященным.

Я усмехнулся.

– Не слишком-то ты Сумеречного уважала.

Меган фыркнула.

– Было бы за что. Дурак дураком и псих к тому же. Манфреду, вон, считал его всемогущим и всеведущим, но по мне он типичный представитель своей эпохи. Недалекий, самоуверенный, застывший в развитии пару тысячелетий назад. Уж ты-то должен понимать, что мудрость не приходит вместе с силой, а прожитые годы мало кому добавляют ума.

– Стало быть, ты – приятное исключение. – Меган сделала шутливый книксен. – Сколько тебе лет на самом деле?

Она удивленно приподняла брови.

– Кажется, ты уже задавал этот бестактный вопрос.

– Однако мне по-прежнему хочется услышать ответ. Рассказы про инициацию в восемьсот двенадцатом оставь для Джованни. И заметь, я не спрашиваю, как ты все прошедшие годы водила магистра Доминика за нос.

По губам волшебницы скользнула мечтательная улыбка.

– За нос… Хороший эвфемизм. Много мне лет, Юра. Так много, что уже и со счету сбилась, спасибо египтянам – изобрели календарь.

Она засмеялась.

– Шучу-шучу. Не так много. Но повидала достаточно.

Я перевел взгляд на меченых за ее спиной.

– И какое решение подсказал тебе жизненный опыт? Как именно Светлая собирается спасти мир на сей раз? Создать новое оружие? Нанести превентивный удар по Сумраку? Внести изменения в Договор задним числом?

Меган по-прежнему улыбалась, но в глазах сверкнули недобрые огоньки.

– Любите вы кривляться. Не дело это, Юрий. Да и не к месту. А способов так много, что и не перечислить. Только пока ни один из них не сработал. Если верить Сумеречному, Двуглавого нельзя остановить. Его нельзя задобрить, вразумить или умолить об отсрочке. Он – крайняя мера, скальпель. Последний способ спасти организм, пусть и путем усекновения тела.

Мир сгнил, Юра. Склонился к Тьме. Это не его вина, это его беда, только скальпелю все равно. И Сумрак видит единственное спасение в операции. Даже жаль, что нынешняя история не случилась на десять лет раньше… – Она с горечью посмотрела на меченых. – Возможно, тогда у нас был бы шанс. А так… Хотела бы я исправить положение. Загадать желание, выправить ген, что заставляет людей раз за разом отрывать взгляд от неба и с наслаждением разглядывать грязь. Однако это не удалось ни Христу, ни Мухаммеду, ни строителям коммунизма. Но я дам новому миру шанс. Шанс, который упустили мы. Знаешь, один ваш мудрец сказал: «Спасись сам, и вокруг тебе спасутся тысячи». Мне всегда казалось несправедливым, что на одного Светлого приходится шестнадцать Темных и на тысячу спасенных шестнадцать тысяч проклятых. Я лишь чуть-чуть подправлю константу, Юра. И раз уж Тьма нужна Сумраку, оставлю место и для нее. Но пусть все будет честно. Пусть те, кто придет после нас, получат равные возможности в выборе между Светом и Тьмой. Половина на половину. Один Светлый на одного Темного. Не знаю, будет ли этого достаточно, но то, что нынешний баланс доказал свою несостоятельность, – свершившийся факт.

– Быстро же ты поставила крест на всех нас.

Меган пожала плечиками.

– Почему, не поставила. Я встречу Двуглавого вместе со всеми. А до его прихода буду делать все, чтобы пришествие предотвратить. Если же мы чудом останемся живы… Не думаю, что толика Света испортит наш мир.

– Понимаю. И даже признаю: твой подход мне чем-то импонирует.

– Но?..

Я покачал головой.

– Мне жаль. Боюсь, ни Дозоры, ни Инквизиция не санкционируют твой эксперимент. Впрочем, ты можешь уйти. Я не хочу с тобой драться.

– Я тоже, – с горечью вздохнула Меган. – Признаться, я не верила, что ты переживешь встречу с Сумеречным, хотя и очень надеялась. Твое решение заманить его в ловушку, использовав вместо приманки стишки, было весьма наивным. Самое смешное, что он принял их за чистую монету. Время, место, все как ты хотел. Только финал получился неожиданным. И теперь ты стоишь здесь, свежий как огурчик… Скажу честно, я боюсь.

– Но?..

– Мне жаль.

– Понятно.

Пол едва заметно качнулся. Грудь слегка сдавило – самолет прекратил набор высоты и перешел в горизонтальный полет.

Я распростер руки, накрывая себя сферой отрицания, и мгновение спустя в нее ударил сгусток пламени.

Меган не пыталась меня убить. Атака в треть силы скорее походила на салют шпагой – дань уважения и приглашение к дуэли. Маги любили подобные ритуалы. Следуя этикету, я мог ответить столь же бесполезным ледяным копьем или ответным файерболом. Однако в мои планы не входил поединок. Сражаться с Инквизитором – сомнительное удовольствие. Особенно когда не хочешь побеждать. Поэтому вместо элегантного жеста я сомкнул руки на уровне груди и сделал резкое скручивающее движение, будто пытался выжать мокрую тряпку.

Это было громоздкое и чрезвычайно затратное заклинание, столь же эффектное, сколь неэффективное. Такими заклинаниями старые и бесталанные маги стращают даровитую молодежь. Достаточно сильную, чтобы сломить старичков в честном поединке, и недостаточно опытную, чтобы раскусить дешевый трюк.

Соседние кресла вспухли, лопнули, будто воздушные шарики. Обломки пластика разметало по салону, в воздухе заплясали снежинки. Я сложил кончики пальцев – и та же участь постигла следующую пару сидений. И еще одну. Красный ковер почернел, покрылся ледяной коркой. Корежащая салон волна медленно, но неотвратимо ползла к волшебнице. На сферу отрицания она чихать хотела, защита Лужина, казалось, поставила ее в тупик, но уже секунду спустя взорвались кресла в центральном и дальнем от меня ряду. Не найдя прямого пути, заклинание пошло в обход.

Меган прикусила нижнюю губу и широко раскинула руки. Я увидел, как Щит Мага закрывает ее в хрустальный шар, однако даже такой почти универсальный прием не возымел действия. Способность просачиваться сквозь защитные чары – единственное достоинство примененного мной заклинания. Именно оно зачастую ставит молодых мастеров в тупик, когда их простая и сильная магия, способная остановить пули, ледяные копья и файерболы, вдруг оказывается неэффективной. Строго говоря, Меган шла верной дорогой. Упрости она защиту еще больше, смени Щит Мага на барьер чистой Силы, и заклинание бы просто рассыпалось. Однако кресла уже рвались в опасной близости, не оставляя времени для размышлений. К тому же опытные волшебники, так же как и волшебницы, склонны экономить силы. И Меган нашла простое и эффективное решение. Вместо того чтобы лихорадочно искать способ отражения экзотической атаки, она просто шагнула назад. Туда, куда добраться заклинание не способно. На первый слой Сумрака.