И грянет весна! - Серослав Амадайн

— Выдох дракона! — хлопок, и прямо перед моим носом разгоняя воздух, с выпученными глазами пролетел раханид и врезавшись в стену горящего дома, исчез под рухнувшим от такого тарана строением.

На всякий случай присев, я выглянул за угол…

Кедан и Надайн сияя кулонами, нацепив свои железяки на конечности, раздавали священных п#здюлей рахам используя Силу! Близнецы крутились неуловимыми волчками среди непонимающих как с такими драться раханидов. Братья двигались едва ли не в таком же режиме, как когда я сам использовал Силу. Рывок — серия смертельных ударов, рывок, снова атака. И так по кругу! Вот Над подлетел (по другому и не скажешь!) к пытающемуся укрыться за щитом раханиду, чётким ударом выбивает у того меч, потом следует удар в челюсть, отклонился с прогибом в ускорении…

— Копыто! — кулак на правой руке слегка засветился красным, в цвет кулона, а в следующий миг он наносит сокрушительный удар прямо в щит врага. Рах в полёте сносит забор и врезается в чей-то сортир разнося его в щепки, и уже не встаёт.

Перевожу взгляд на Кедана, и вижу как он подбивает ногу раханида наружу, одновременно уклоняясь от его меча сверху. Тот нелепо пытается устоять, но сделав моментальную разножку, Кедан бьёт раха по яйцам с такой силой, что рахские ноги сходятся мгновенно, едва ли не опутывая застрявшую между ними ногу близнеца в железных сабатонах и наголенниках. Не давая раху и секунды на осознание боли, тут же подпрыгивает на одной ноге, и лихо крутанувшись бьёт второй ему прямо в горло и немного вверх!

— Хвост дракона!

Башка раха с противным звуком взлетает, отрываясь от уже падающего в судорогах тела. Высвободив ногу, Кедан по простецки футбольным ударом отправляет башку куда то там через крыши горящих домов.

Расправившись с последними рахами, рыча и хохоча близнецы обнялись по быстрому, и хотели было искать следующих врагов, но тут откат настиг обоих. Оба два на ватных ногах кое-как доковыляв до чудом уцелевшего пролёта забора, устало осели на землю.

«Хехе! А вы что, думали всё так просто?»

Я вышел из-за угла и направился к ним поглядывая по сторонам. Судя по раскиданным телам раханидов, парни отправили к Мораку в Лес Мучеников не меньше десятка тяжёлых воинов рахов. И это без оружия, только в рукопашную!

«Ох, чую открыл я какую-то дверь, которую возможно не стоило открывать!» — я брезгливо обошёл рахский труп с измочаленным и буквально вколоченным в тело доспехом в совокупности со щитом, торчащим под странным углом из трупа. На месте его лица царило месиво из костей и мозгов. — А хотя…»

Как бы я не хотел обнять братьев, я всё же напустил на себя строгий вид подходя к ним.

— Что, воины, откат сморил? — всё же не удержавшись, потянул я краешек губ в ухмылке.

Оба близнеца подпрыгнули как ошпаренные, и пошатываясь, попытались вытянуться по стойке смирно.

— Господин!

— Господин анай!

Находясь словно под хмелем тем не менее козырнули оба.

— Ладно, вольно! — похлопал я их по плечам.

Подойдя поближе, я рассмотрел несколько перевязанных и открытых ранений на обоих братьях. Их доспехи и лица были сплошь забрызганы кровью и грязью.

— Где Варгон? Почему так долго не посылали весть? И кто эти бравые вояки, что носятся по улицам и насаживают раханидов на пики?

Братья переглянулись:

— Так с наскоку и не объяснить, мой анай. — ответил более степенный из них двоих Кедан. — Думаю вам лучше всё пояснит рукавой, господин. — он бросил короткий взгляд мне за спину.

Я обернулся на нарастающий топот копыт и фырканье множества лошадей. Вскоре из дыма и гари стелющихся по нешироким улочкам пригородного района, стали один за одним появляться всадники. Среди них я не сразу, но рассмотрел и своего рукавого.

Подъехав ближе, под моим суровым взглядом рукавой тяжело спешился и преклонил колено. Варгон склонив голову молчал и ждал, как и незнакомцы застывшие на лошадях.

Сделав пару шагов в его сторону, я всмотрелся в лица всадников поближе. Ещё недавно казавшиеся такими бравыми воинами, сейчас я увидел, что это простые мужики одетые кто во что горазд: от кусков каких-то доспехов из кожи, до единичных вариантов частей лат, а то и вовсе из дерева. Но что интересно — все с неплохим оружием! Имеется ввиду, что не с колами да ножами, а с мечами (хотя наверняка из негожей чернухи), копьями явно не кустарного производства, щитами, шестопёрами и прочими атрибутами ратного дела.

— Кто все эти люди? — вглядываясь в лицо каждого из незнакомцев, я искал хотя бы тени усмешек или хитрых взглядов. Однако воины, от мала до велика, только сурово хмурили лица и утирали бороды.

«А их немало! Случись среди них сговор, то не быть мне анаем уже сегодня.»

— Люди из туримаса Булхайнов, мой анай. — ответил Варгон всё так же не вставая с колена, но уже взглянув на меня. — Ими руководит некто Варнак, молодой урум из отдалённых угодий Булхайнов. Сейчас он со своим отрядом рыщет по округе, выискивая и добивая остатки рахов.

Я красноречиво поднял одну бровь:

— И много их?

— Немало, — кивнул Нойхэ. — Здесь личные солдаты урума Варнака, и часть ополчения из Родвэна. Остальные стоят лагерем в дне пути, присматривают за табуном.

Я поднял вторую бровь.

— Встань, урум.

Варгон поднялся, поскрипывая кожаной снарягой.

— Как бы мне не хотелось узнать подробности, но придётся отложить разговор. — я взглянул на всадников. — Если вы пришли с миром, то добро пожаловать в туримас Фортхай! — поприветствовал я их, и развернувшись зашагал между полыхающих и догорающих подворий прямиком к городским воротам. Ну или к тому, что от них осталось. А с неба снова начинал накрапывать дождь, тяжёлые капли которого с шипением исчезали в гудящем пламени превращающегося в пепел пригорода.

«Вот тебе и грянула, твоя первая весна.»

Глава 9

— Жив!!! — бежал ко мне крича на ходу и размахивая руками один из мужиков моего ополчения. — Он жив, господин анай!

Ожидая пока он подбежит поближе, я раздавал указания по рассылке дозорных и подготовке к переправе назад с того берега жителей. Дождь набирал обороты и оставлять их на том берегу в такую погоду нельзя.

— Кто жив то? — хмурясь задал я вопрос мужику.

— Да громила этот, эквилианец то который!

Я забыл сразу обо всём!

— Где он?

— Да вон, его мужики токмо вытащили из под трупов да из грязи! — махнул рукой он, указывая в сторону прохода между стенами.

Я рванул с места туда, где уже собиралась толпа громко выкрикивая имя эквилианца и восхваляя его воинскую доблесть.

— В сторону! — не сдерживаясь стал я грубо проталкиваться сквозь них, пока люди в конце концов не распознали меня и не расступились.

Тарталана, всего в грязи и крови, тащили на двухколёсной телеге мужики, в сопровождении Рона и Хорста. С виду эквилианец не подавал признаков жизни, и я подумал — уж не ошиблись ли часом мужичьё?! Но потом поймал на себе взгляд варвара и заметил слегка дёрнувшиеся в улыбке губы.

«Жив всё-таки!… Ай да сукин ты сын, Тарик! Ай да сукин сын!»

Увидев меня, Рон вопросительно бросил взгляд.

— Варвара в Буртс Анайман, положите пока внизу! Хорст, отправь кого-нибудь за анайлэ Фелани на тот берег, Хвирт вон не поспевает даже со своими сподручными!

Когда телега проезжала мимо меня, я только головой покачал, увидев раны по всему телу эквилианца.

«Как выжил, х#й его знает!» — подивился я ещё раз искренне.

— Рон, не забудь о постах! Дежурить денно и нощно! — погрозил я пальцем. — Кто его знает, может рахи снова прибудут.

При моих последних словах, народ настороженно покосился в сторону поднимающегося за воротами дыма и звуков рушащихся, где сами по себе из-за огня, а где потому, что растаскивали горящие брёвна баграми да крюками, домов. Дождь вошёл в один ритм и ощутимо помогал в тушении пожаров.

— Чего стали рты пораскрывали!? — вдруг раздался голос старика Лобеля. — Мёртвые сами себя не похоронят, а раненые не подлечат! За дело!

— Всё железо с рахов — к кузнице Михана стащить! Трупы за городом подальше сложите, дождь закончится — сожгём! — направляясь к дому