О, Путник! - Александр Арбеков

Все собравшиеся опасливо посматривали на ЗВЕРЯ, который неподвижно восседал на полу рядом со мною. ГРАФ, как ни в чём не бывало, не задавая никаких вопросов, бодро подошёл ко мне, поздоровался, покосился на Пса и сел в кресло справа от меня. ГРАФИНЯ и БАРОН, пришедшие вслед за ним, опустились на кресла слева. В глубине зала я заметил ПОЭТА. Он стоял в углу, задумчиво и пристально смотрел на меня. Мы с ним встретились взглядами, почему-то одновременно отвели их в стороны. Я пытался разглядеть ШЕВАЛЬЕ, но так его и не увидел. Очевидно, юноша ещё не отошёл от ран.

— Господа, внимание! — громко и решительно сказал я, вставая, и бросил лёгкий взгляд на хозяина замка. — Посоветовавшись с ГРАФОМ, мы приняли общее решение, — объявить на территории Графства Чрезвычайное Военное Положение! Мы, собственно, на сегодняшний момент и так находимся в состоянии войны, но после нашей первой победы ситуация отнюдь не улучшилась, а наоборот, ухудшилась! Увы… Да, да, как это не печально звучит! Враг не простит нам своего позорного поражения и приложит все силы к реваншу. В этих условиях всем необходимо сохранять спокойствие, поддерживать строгую дисциплину и порядок. Предлагаю подсчитать продовольственные запасы, предельно их увеличить, объявить мобилизацию, укрепить этот замок, а также все другие, имеющиеся в Графстве, выставить дозоры на границах! Дальнейшие конкретные указания последуют чуть позже. Прошу командный состав остаться в зале на Военный Совет, всем остальным покинуть нас и готовиться к будущим серьезным испытаниям! Не паниковать, но и бдительности не терять. Король с вами! АНТР всегда рядом! Враг будет разбит, победа будет за нами!

Всё это я проговорил с такой привычной, врождённой, уверенной, решительностью и всепобеждающей властностью, что, у многих присутствующих, очевидно, холодные мурашки пробежали по телу. Вон как все встрепенулись, забеспокоились, задвигались, зашептались, а кое-кто и довольно заметно побледнел, занервничал. Ничего, чем больше напряжение, тем больше радости мы получаем, освобождаясь от него. Вечный, единый и неоспоримый закон бытия!

Мне вдруг стало самому как-то тревожно. Не нравилось мне то, что я вот так с лёгкостью частенько произносил вслух явно не свои, а заимствованные у кого-то извне, из прошлой жизни, мысли. Что было со мною раньше? Чёрт возьми, кто же я такой!? Как надоело это глухое, мрачное и тяжёлое беспамятство! Как сложно выбирать свой путь, находясь в кромешной тьме! Кто я? Куда дальше идти, о, ПУТНИК!? Где тот факел, который поможет идти мне по единственно верной дороге?!

После моей импровизированной и крайне эмоциональной речи воцарилась суета, люди задвигались в разные стороны, бросились к дверям с озабоченными лицами, на улице раздались удары гонга. Народ, видимо, почувствовал, что настоящая война только впереди. Недавняя осада замка, согласно высказанному мною предположению, была лишь лёгкой репетицией перед большим спектаклем. Пусть это мнение и является пока главным и единственно истинным. Как известно, избыточное сгущение красок подчас намного полезнее их недостатка.

Бледная мазня нам не нужна! Ни в коем случае! Именно самые яркие краски дают насыщенность, сочность и жизненность любой картине, и в этом, по-моему, — суть искусства. В живописи ненавижу графику и пастель! Холод присущ мертвецам. Обожаю импрессионистов! В их картинах такое мощное и смелое, подчас вроде бы излишне-хаотичное сплетение, смешение и буйство цветов и красок! Хаос, как ни странно, способен рождать жизнеутверждающую гармонию…

Через некоторое время зал почти полностью опустел. В нём остались я, ГРАФИНЯ, БАРОН, ГРАФ и десяток наиболее приближённых к нему лиц, а также, по моему настоянию, ПОЭТ. Мы все некоторое время молчали, вслушиваясь в суету за стенами. Потом я тяжело вздохнул и встал:

— Господа! Мы с ГРАФОМ недаром объявили Чрезвычайное Военное Положение, несмотря на то, что, как я полагаю, у нас имеется вполне достаточно времени для, так сказать, плавной подготовки к настоящей войне. Но, следует сразу брать быка за рога. Я чувствую, что, скорее всего, будет эта война тяжёлой и кровопролитной, и дело вовсе не в вашем смешном местечковом конфликте. Нас ожидает нечто иное, совершенно на другом уровне. Грядут серьёзные перемены, смутные времена. Грядёт война между Островами! Да, да! Не удивляйтесь, я это предчувствую. Будут большие жертвы, но от этого нам никак не уйти. Время для подготовки к, так сказать, глобальной войне у нас ещё есть. Ну, а сейчас имеется вполне реальный шанс прекратить хотя бы данный локальный конфликт между Южными Провинциями. Две наши блестящие победы, одержанные над врагом, конечно же, послужат основой для переговоров и заключения благоприятного для нас мира.

— Как сказать, Сир, как сказать, — усмехнулся ГРАФ. — Даже зная, кто Вы, ГЕРЦОГ и МАРКИЗ, а последний, по-видимому, жив, так как труп его не нашли, всё равно попробуют взять реванш, я то их хорошо знаю! И самый вероятный сценарий развития событий, конечно же, их обращение за помощью к нашему Королю! Одни выступить против Вас они не рискнут. Эти господа обрисуют положение дел в самом выгодном для себя свете, Вы мне поверьте! Вы предстанете в роли кровожадного агрессора, этакого монстра, вероломно напавшего на них в частности и на Второй Остров в целом. Против Вас непременно будет выставлено Королевское войско, я думаю, довольно немалое. Представляю, что произойдёт, когда столкнутся два Короля, поддерживаемые двумя АНТРАМИ! Да и к тому же во всей этой истории у меня положение двойственное и явно незавидное. Я всё-таки являюсь подданным Короля Второго Острова, а значит, в сложившейся ситуации, заключив союз с Вами, фактически становлюсь изменником и предателем.

— Но ведь мы пока не заключали никакого союза, — прервал я ГРАФА. — Я просто попытался путём мирных переговоров с ГЕРЦОГОМ и МАРКИЗОМ остановить войну между вами, не более того. Это их вина, что переговорный процесс был сорван. Они совершенно безосновательно и вероломно напали на меня и ГРАФИНЮ, которая в тот момент находилась под моим покровительством, вот и всё. Ситуация вполне ясна и объяснима!

— Вы конечно правы, Сир. Но Вашу точку зрения следует заблаговременно донести до нашего Короля. А вообще, перед осадой замка я послал гонца в Столицу за Королевским Комиссаром. Возможно, он уже в пути. Дай Бог, он прибудет вовремя и справедливо, и разумно оценит сложившуюся здесь у нас ситуацию.

— Вы совершенно правильно сделали. Но, кроме этого, для быстрого, и благополучного для всех разрешения данного неприятного и спорного конфликта, я принял решение незамедлительно отбыть на встречу с вашим Королём, — решительно и спокойно произнёс я, неторопливо прохаживаясь по залу. — Я считаю, что в данный момент это самое разумное решение. Отягощать себя свитой и спутниками я не намерен, передвигаться буду быстро, очень быстро. Мой славный БУЦЕФАЛ мне в этом поможет. Думаю, что через пару-тройку дней окажусь в Столице Второго Острова. Ну, ещё столько же времени понадобится для переговоров. Полагаю, что во время кратковременного моего отсутствия военные действия со стороны ваших соседей маловероятны, а если это вдруг и произойдёт, то достойный отпор противнику вы дать сможете. Во всяком случае, в этом замке, — точно. Уезжаю сейчас же, незамедлительно.