О, Путник! - Александр Арбеков

— Ты, как всегда, в своём репертуаре! — засмеялся он. — А не махнуть ли нам прямо сейчас для контраста в пустыню Калахари, а потом — в Антарктиду!? Мы там ещё не бывали! А!? Вот где водка пойдёт на ура!

— Согласен! — оживился я. — Всё в нашей жизни построено на контрасте. Иначе теряется всякий интерес! Так что, вперёд!?

— Постой, мой юный друг, — задумчиво усмехнулся ОН.

— Какой я тебе юный?! — возмутился я.

— Ну, ну…

— Ах, да…

— Имеется у меня к тебе одна просьба. Пустяковая…

— Слушаю тебя, мой старый друг.

— Ну, ну. Порезвись…

— Извини…

— По пустякам никогда не стоит извиняться, — поморщился ОН. — Так вот. Прочитай мне какое-нибудь своё стихотворение, которое самое лучшее. По твоему мнению.

Я задумался, улыбнулся.

— Слушай.

— Весь во внимании!!!

— Это стихотворение посвящено одной прелестной женщине, которую я когда-то любил.

— Ну, ну…

— И так… — я сделал большой глоток коньяка, а потом продекламировал:

Я опять пленён тобою,Я опять не сплю ночамиВ доме, где, гремя ключами,Бродит сторож с бородою.

Борода его космата,Как трава в осеннем поле,Цвета пепла и заката,Без былой упругой смоли.

Он хрипит и дышит шумно,Он поёт, а, может, плачет,Непонятно и безумноС тенью собственной судачит.

Спотыкаясь о пороги,Исчезает в коридорах,Оставляя зуд тревоги,Растворяющийся в порах.

Мы не спим. На сердце — холод.Жаль чего-то, жаль кого-то.Кто уже давно не молод,Новый день кому — забота.

Мы не спим во тьме, где шорохГромче гулкого набата,За окном акаций ворох,Ароматнейшая вата…

Твоё тело обнимая,Умираю, засыпаю,И, как лёд, себя ломаю,Жизнь чужую понимаю…

Ночь… Акации цветенье…Коридор… В конце тупик…Я несчастен… Я — старик…

— Спасибо! — грустно произнёс Бог. — Гениально. Классно. Мощно. Потрясающе! Ты мне очень сильно поднял настроение. Может быть мне пойти куда-нибудь, да и повеситься!?

— Ты же не можешь повеситься или лишить себя жизни каким-либо иным способом? — осторожно спросил я. — Или я ошибаюсь!? Возьми себя в руки! Бог, который повесился… Это кое что!!! О, как! Однако! Ничего себе! Ишь, ты!

— А, «Ибо»? Твоё знаменитое «Ибо»!?

— Ах, да… Ибо!

— Ну, — это же совершенно другое дело! А вообще-то, ты ошибаешься, — поморщился ОН. — Ты во многом ошибаешься. Мир очень сложен и до конца непонятен… Мы как-то говорили на эту тему.

— Да, был такой разговор, — усмехнулся я. — Но тебе-то он понятен!? Ну, а я когда-нибудь хотя бы приближусь к осознанию сути и смысла бытия?

— Навряд ли… — ответил БОГ.

— Вот так!? Ты же как-то обещал сделать меня Ангелом и в этой ипостаси я должен был понять почти всё!? — грустно произнёс я. — Жаль… А, вообще, к чему все эти наши встречи и беседы, если мне почти ничего не дано понять и познать!? Так, пустая трата времени!

— Не совсем пустая, успокойся! — нервно и неопределённо произнёс БОГ. — Ну что же, Калахари, Антарктиды, бани и баб никто не отменял! Перестреляем всех пингвинов! К чёртовой матери, их, идиотов!

— Но, пингвины-то здесь причём!? — встревожился и возмутился я.

— Они всегда меня раздражали! — угрюмо буркнул ОН — Уроды! Ходят тупо туда-сюда, как конченные придурки. Зачем, к чему и почему!? Пусть ползают, плавают! Но ходить-то зачем!? Ходит, как положено, только человек! Царь природы! Моё подобие!

— Пожалуйста, не трогай пингвинов! На что они тебе сдались!?

— А вот так!

— Ну, тогда я с тобой никуда не отправлюсь, уж извини! Пингвинов мне всё-таки жалко.

— Хорошо! Чёрт с ними! Пусть живут! Вперёд, ПУТНИК!

— Вперёд, СТРАННИК!

— Мы ещё прикурим от Солнца!!!

— И не однократно!!!