Порода героев - Лорен Колман

Короткий повелительный жест – и одетые в черную броню воины устремились в селение, сражаясь и убивая – сразу в двух мирах. Даввол чувствовал, как новые жизни вплетаются в схему, передающуюся от механизмов в его сознание. Тяжесть нарастала. Одна за другой гасли искры: доминарианцы гибли под ударами его солдат. Воины вступили на узкую улочку, залитую теперь солнцем только с одной стороны. Даввол направлял их к особо избранным жертвам, наиболее пригодным для улучшения Породы рабов. Доминария стала его охотничьими угодьями, и никто не мог скрыться от его взгляда.

Однако что-то нарушило его планы. Кое-где атакующие встретили сопротивление. А его самого отвлекал гул бесплотных голосов. Воображению Даввола они представлялись светящимися очертаниями людей, целеустремленно разрушающих связь с машинами Твердыни. Лишь ценой огромного напряжения всех сил он еще удерживал эту связь.

Даввол пытался направить своих воинов против сопротивляющихся, но они не имели телесной формы, которую можно было бы поразить оружием. А пока он тратил силы на мысленное сражение, его солдаты в реальном мире не могли одержать победу. То один то другой беналец вставал у них на пути. И не только солдаты в кожаных куртках, случайно оказавшиеся в деревне в момент нападения или служившие охраной крестьянам. Вот кузнец, сокрушающий тяжелым молотом броню и черепа фирексийцев. А вот крестьянин, действующий обычной косой с такой ловкостью, будто перед ним не лапы устрашающих чудовищ, а толстые стебли травы.

Пока призрачные голоса звучали в его голове, нечего было и думать сломить сопротивление. Черные солдаты начали отступление, таща за собой живую добычу. Бенальцы, попавшие на Ратх, останутся там навсегда. Даввол между тем медленно опускал на место барьеры между мирами. Несколько образцов для опытов он все же получил, хотя не так много, как хотелось бы. Их оставят жить среди феков, дулов или котов. Вот вернулся последний из уцелевших солдат. Мучительная боль пронзила череп новым воплем призрачных голосов. Сознание Даввола потянулось к оставшимся в Доминарии мертвым или исковерканным телам фирексийцев и втянуло их обратно на Ратх в тот самый миг, когда рухнул последний барьер.

Тотчас же пропали и призрачные пришельцы. Ускользнули. Растворились в хаосе межмирия.

Сильнейший из них чуть помедлил, и Даввол потянулся к нему, чтобы вырваться из-под власти чуждого разума. Да, там был разум. Он ощущал его как еле слышный шепот. Даввол ударил сильней, ярость поражения давала ему новые силы.

Солитари.

И все кончилось.

Что это было? Имя? Название страны? Даввол не знал, и у него уже не было сил гадать. Он упал на колени, поддавшись слабости. Темнота перед глазами грозила поглотить сознание. Он боролся, не желая проявлять бессилие перед своим воинством. Ноги дрожали, но он сумел встать, полоснув взглядом глядевших на него фирексийцев, и, не отдав никакого приказа, решительно шагнул к маячившему за спиной порталу. Назад, в Твердыню. Ему было о чем поразмыслить.

А времени на это хватит с избытком.

Сгорбленная фигура Кроага возникла из тени в углу, еле слышно проскрежетав:

– Новые вести о мироходце, Даввол?

Кроаг предпочел дать о себе знать ядовитым вопросом прежде, чем наместник услышит его шаркающую походку, или шуршание стальных лент по сухой коже, или хриплое дыхание искусственных легких. Даввол почти не скрывал, какое удовольствие доставляет ему слабость искалеченного фирексийца, однако член Внутреннего Круга все еще нуждался в помощи ненавистного ивенкара Ратха. Чтобы залечить раны, требовалось время. Вернуться в Фирексию в таком состоянии – невозможно.

Да, совершенно невозможно. Пусть даже Ратх растет быстрее, чем было предписано планом, но Урза все еще жив. Более того, он вооружает Доминарию против готовящегося вторжения. Кроаг не верил, что усилия Мироходца могут остановить фирексийцев, но и самой попытки довольно, чтобы гнев всевышнего оборвал существование Кроага. Джикс был брошен в горны Фирексии за меньшую провинность. А Кроаг, член Внутреннего Круга, стоит выше других. Падение с такой высоты, уступающей только самому Темному, будет долгим и мучительным.

Если бы не потеря времени! Тело Кроага содержало так мало плоти, что каждая клетка со временем должна была восстановиться или восполниться действием соседних. Однако без помощи механики и опытных ремонтников все клетки проходили вначале более примитивную стадию развития. Хотя существование в этой форме было увлекательно и отчасти приятно, Кроаг страдал от своей беспомощности. Ежеминутно он ощущал опасность. Даввол мог убить его в любое время. А потом по праву потребовать дальнейшего усовершенствования. Победу над членом Внутреннего Круга сочтут убедительным доказательством пригодности. Правда, Даввол то ли не слишком честолюбив, то ли еще не насытился положением самозванного ивенкара.

Кроаг все еще не разобрался, был ли наместник попросту глуп, или гораздо терпеливее и коварнее, чем мог предположить фирексиец. Он посвятил этому вопросу не один десяток лет, но даже временное пребывание в нынешнем несовершенном облике не помогло ему проникнуть в мысли нового ивенкара. Впрочем, скоро все станет ясно. Разум Даввола откроется ему, целиком. Он повторил вопрос:

– Вести об Урзе прохо…

– Нет, Кроаг. – Даввол не дослушал, оторвавшись наконец от изучения новых обломков чистильщиков, сложенных у его ног. – От чистильщиков, выслеживающих Урзу, вестей пока нет. В последнее время он стал необычайно осторожен. То ли научился ценить собственную жизнь, то ли опасается навести нас на своих подручных.

Даввол помолчал, снова разглядывая трупы.

– Эти не за мироходцем охотились.

– Если не Урза, то кто же? – в скрежете Кроага послышалась насмешка. – Феки?

Рабы, какую бы ненависть ни питали они к своим господам, даже всем скопом не справились бы с одним чистильщиком.

– В основном деревья и цветы, – проговорил Даввол, мрачно искривив длинные губы. Он свел руки вместе, соединив концы пальцев. – А также животные. И несколько эльфов. Место под названием Явимайя, Кроаг, оказалось опаснее Урзы Мироходца.

Ничто не могло быть хуже Урзы Мироходца. Кроаг пристально взглянул на Даввола, отыскивая на его безжизненном лице следы тайных мыслей. Глаз наткнулся на черную шапочку, прикрывавшую беззащитную макушку. Углубление надо лбом. Верный способ решить все вопросы. Но Кроаг пока еще не мог обойтись без Даввола. Он прошаркал ближе. Немногие полосы, оставшиеся от его одеяния, пронзительно скрипели. Им не хватало смазки. Приблизившись, Кроаг увидел, что трупы были раздавлены или разорваны на куски, словно взрывом. Никаких следов магии. Новая техника?