Секрет миссис Смитон - Энн Грэнджер

Мередит все еще думала о Кевине. Она не сумела справиться с ситуацией. Пожалуй, не стоило ей забирать фигурки из теста: от этого мальчик запаниковал еще сильнее. Она гадала, где он сейчас и, несмотря ни на что, надеялась, что Алан прав, и непогода заставила его ночью вернуться домой.

— Со мной все будет в порядке. Если же я не вернусь, одна останется Винни, а так, пока мы находимся по соседству, то всегда сможем помочь друг другу в непредвиденной ситуации.

— Обсудим это после ланча. — Мойра встала. — Я поставила запеканку в печь, и думаю, она уже почти готова.

Глава двадцать первая

Эти упрямые расспросы…

В то время как Мередит и Мойра Ньютон наслаждались запеканкой в тепле и уюте, Алан Макби и сэр Бэзил, сидя в машине (что было крайне неудобно), поглощали сэндвичи, наблюдая за тем, как капли дождя стекают по ветровому стеклу.

— Не лучший день мы выбрали для поездки, — угрюмо заключил сэр Бэзил. Он раскрыл свой сэндвич и принялся его разглядывать. — Она забыла горчицу, не могу есть ветчину без горчицы.

— А у меня с горчицей, — неосторожно сказал Макби.

Сэр Бэзил подозрительно посмотрел на него:

— Значит, она сделала разные сэндвичи — с горчицей и без. Вы взяли мой.

Макби извинился, хотя не совсем понимал, за что он просит прощения. Его компаньон любезно принял извинения и стал отвинчивать крышку термоса.

— Здесь кофе, а у вас чай?

Макби проверил второй термос (в нем действительно оказался чай) и быстро передал его сэру Бэзилу, чтобы не быть обвиненным в его незаконном сокрытии, как было перед этим с сэндвичами.

— Сколько лет не видел старого Лоуренса, — сэр Бэзил, завладев чаем, теперь мог переключиться на цель их путешествия. — И сдается мне, если он когда-то и знал что-нибудь, то теперь он уже все позабыл.

— Он сможет нам точно сказать, связывался ли он со своей невесткой после той неудачной попытки, о которой мы знаем. Писал ли он снова, скажем, Баренсу, адвокату. Почему он хотел увидеться с Оливией после стольких лет и такой серьезной ссоры?

— И кроме всего прочего, — продолжил сэр Бэзил, — он может не захотеть рассказывать нам что бы то ни было. Не могу избавиться от ощущения, что мы суем свой нос в его дела. Честно говоря, эта поездка меня несколько смущает.

Макби скривился.

— Виноват, я не думал, что мое расследование заведет нас так далеко.

— О, я не жалуюсь на вас, мой дорогой друг. Кроме того, что я хочу все уладить и помочь вам, я буду рад снова повидать обоих Смитонов. Но что будет, если он расскажет нам нечто, что расстроит наши планы? Действительно ли нам это нужно?

— Может, мы этого и не хотим, — ответил Макби, прислушиваясь к стуку дождя по крыше машины, — но помешать этому не в наших силах.

Несколько минут они сидели в молчании, сосредоточенно отхлебывая чай маленькими глотками.

— Тогда что же нам делать? — нарушил наконец молчание сэр Бэзил.

Они достигли цели своего путешествия рано вечером. Дождь прекратился, но плотная пелена туч нависала над холмами, скрывая их высокие вершины от людского взора и заставляя путешественников буквально прижиматься к земле. Размытыми призраками во мгле бродили черные овцы, появляясь и исчезая с непостижимой внезапностью. Серые воды Дервента угрюмо текли в свинцовом унынии, его берега были невидимы во мгле. Казалось, что окружающая местность, защищая своих жителей, приготовилась дать отпор незваным гостям, пришедшим расспрашивать и подглядывать. Все это лишь усиливало беспокойство Макби, которое он чувствовал с самого начала. То, что сэр Бэзил разделял его дурные предчувствия, нисколько его не утешало.

В таких условиях было довольно сложно добраться до Смитонов, которые жили за городом, но в конце концов они нашли длинный одноэтажный дом каменной постройки, прильнувший к крутому склону холма. Низкий туман клубился вокруг гребня крытой шифером крыши. С трудом поднявшись по узкой тропинке, они постучали в дверь негнущимися от холода пальцами.

Открывшаяся дверь ослепила их вспышкой электрического света и нахлынувшим домашним теплом, и мужской голос воскликнул: «Господи Боже, а мы уж думали, что вы не приедете! Заходите, заходите!»

Макби представлял себе Лоуренса Смитона крупным, властным и шумным мужчиной. В действительности же Смитон оказался невысоким, приземистым от рождения человеком, на которого старость уже наложила свой неизгладимый отпечаток. При этом он сумел сохранить армейскую выправку и подтянутость, его твидовый пиджак, такой же старый, как у сэра Бэзила, выглядел так, словно его только что принесли из чистки, хотя, возможно, так оно и было. Отутюженные складки на его брюках были безукоризненно прямыми, а обувь начищена до зеркального блеска. Миссис Смитон была худенькой, по-птичьи изящной женщиной с выразительными чертами лица и большими темными глазами, на которые спадала густая седая челка.

Оба они хлопотали вокруг новоприбывших, усадив их в уютной гостиной прямо у горящего камина.

— Очень рад снова вас видеть, Бэзил, — заявил Лоуренс, убедившись, что его гости удобно устроились, — и познакомиться с вами, Макби. Надеюсь, что смогу чем-нибудь помочь.

Пробормотав что-то об обеде, миссис Смитон удалилась на кухню. Оттуда струился дразнящий аромат чеснока, пряностей, хорошего кофе и винного уксуса — характерный запах французской кухни. Макби, ощущая в желудке тяжесть сэндвичей с ветчиной, подумал, что лучше уж было не есть их, а подождать, чтобы позже насладиться восхитительным ужином.

Он пробормотал извинения за то, что побеспокоил Смитонов, а для себя отметил, что гости здесь бывают не часто, и, похоже, по какому бы поводу они ни приезжали, хотя бы ради новостей, их всегда ждал радушный прием. Он огляделся кругом: мебель старая, но добротная, на стенах довольно милые картины — пейзажи, написанные скорее всего местными художниками. Пламя камина отражалось в многочисленных медных безделушках, расставленных и развешенных там и тут, пляшущие на стенах блики придавали комнате какое-то особое очарование. Похоже, Смитоны накапливали этот скарб на протяжении всей жизни. Оливия периодически устраивала чистки, выбрасывала все лишнее — Лоуренс и его жена хранили все подряд.

— Нам нужно было уже давно собраться вместе, — говорил сэр Бэзил, — вы могли бы приехать и погостить у нас, ты и Мирей.

Лоуренс Смитон беспокойно играл пальцами, при этом темные сплетения вен выделялись под похожей на пергамент кожей. Перстень с печаткой, который он так любил, теперь стал ему слегка велик и неплотно сидел на пальце. Очевидно, пытаясь успокоиться, он сложил руки и начал потирать их, словно хотел согреться. Сухая кожа слегка шуршала при поглаживании.

— Я планировал приехать к вам несколько лет назад, тогда, когда пытался снова связаться с Оливией. Думаю, вам кое-что известно об этом, — он поднял брови и замолчал. Макби было приятно наблюдать и слышать, как он рассеянно потирает руки.

— Я знаю, что вы писали ей, — сказал он. — Простите, что вмешиваюсь в вашу личную жизнь, но, если не ошибаюсь, она отказалась с вами встретиться.

— Хорошо, я согласен говорить об этом, — скривившись, ответил Лоуренс. — Вы, похоже, прекрасно осведомлены, — он пристально посмотрел на Макби. — Что-то сомнительное в обстоятельствах ее смерти?

— Ничего, насколько мне известно, — правдиво ответил Макби.

— Хорошо. Могу сказать, что ваш ответ принес мне облегчение. Я бы приехал на похороны, но моя жена в тот момент неважно себя чувствовала. Сожалею, что не смог приехать. Я достаточно старомоден и считаю, что мертвым следует отдать последний долг. Конечно, она, я имею в виду Оливию, при жизни не желала меня видеть, но, думаю, она была бы рада моему присутствию на похоронах. Я послал венок.

— Как вы думаете, почему она не хотела вас видеть? — прямо спросил сэр Бэзил.

— Не выносила мой характер, наверное, — Лоуренс был очаровательно искренен. Он встал и направился к буфету, где стоял графин с виски, что вызвало одобрение сэра Бэзила. — Обычно, — продолжал Смитон, откупоривая графин, — перед тем, как копаться в старых сплетнях, ссорах и размолвках, следует хорошенько подумать. Неблагодарное дело. Но ваш визит, по сути, предоставляет мне еще одну возможность. Глотнете виски?

Они с радостью приняли его предложение.

Обеспечив их стаканами, Лоуренс вернулся на свое место.

— Возможность, если хотите, сказать вам то, что я хотел сказать Оливии, — он отхлебнул виски. — Мне придется начать с самого начала.

Макби устроился поудобнее. Дождь барабанил в окна, потрескивал огонь в камине, в комнате ощущалось чье-то незримое присутствие, словно кто-то еще присоединился к ним, и этот кто-то тоже слушал с интересом. В конце концов, Лоуренсу суждено было получить возможность поговорить с Оливией.