Гибель пилота - Спригг Кристофер Сент-Джон

Гибель пилота

Глава I. Прибытие епископа

Из-за двери с табличкой «Аэроклуб Бастона. Управляющий» внезапно вышла молодая женщина в очках с роговой оправой.

– Молодой человек, чего вы хотите? – резко спросила она.

Мужчина средних лет, в сером костюме, стоявший в холле клуба заозирался, пытаясь понять, к кому обращается женщина, пока не понял, что он и есть тот человек.

– Мне нужен управляющий аэроклуба... – спросил он.

– Я и управляющий, и секретарь. Фактически я руковожу этим местом, – ответила она.

– Ясно.

Говоривший хоть и не был робок, но еще не оправился от удивления, вызванного тем, что женщина назвала его «молодым человеком», хотя была моложе его.

– По сути, я хочу научиться летать. То есть, – неловко добавил он, – если я еще не слишком стар для этого.

Неуверенность его слов резко контрастировала с богатым голосом – такой голос, как у него, явно предполагал ораторский опыт.

Девушка просияла:

– Не беспокойтесь! Мы обучим вас, даже если это убьет нас… или вас, – она принялась рыться в бумагах, которыми был завален стол, и нашла бланк. – Прежде чем опускать руки, вам лучше стать нашим членом. Вы – подданный Британии? Это не требование для вступления в клуб, но если у вас иное гражданство, то мы не сможем получить субсидию на ваше обучение и поэтому возьмем большую плату.

– Я – австралиец.

Красное лицо девушки удивленно уставилось на него из-за очков.

– Надеюсь, вы не напиваетесь? Наш последний австралиец упился в стельку в тот день, когда ему предстояло летать в одиночку.

Пришелец с осуждением прокашлялся:

– Думаю, это маловероятно, чтобы я так поступил. Я – епископ Кутамандры.[1]

Девушка впервые выглядела сбитой с толку.

– Ну… мне… я хотела сказать: как странно! – Она критично взглянула на него. – У вас епископский дух и мягкий клерикальный голос, – заметила она. – Но почему у вас нет той штуки на шее и чулок на ногах?

– Полагаю, вы имеете в виду воротник священника и епископские гамаши, – резкости этих слов противоречил блеск чистых, голубых глаз. – Сейчас я в отпуске. И, в любом случае, мы в Содружестве[2] не так строги в отношении формальностей. В духе жизни, так сказать.

– Кстати, о духах. Мне нужно закрыть бак. Эти чертовы алкаши лишат меня лицензии, если только смогут. Кстати, простите мой язык. Епископы у нас не так-то часто появляются.

– Извините, если задерживаю вас…

– Ничего страшного! – решительно ответила девушка. – Я собираюсь получить вашу подпись, прежде чем оставлю вас!

Говоря, она быстро заполняла бланк, и теперь протянула его епископу. Он расписался и вынул чековую книжку.

– Как я вижу, вступительный взнос – две гинеи, плюс подписка – еще две. Итого, четыре. Кому я должен выписать чек?

– Никто, кроме богатеев, не обращает внимания на вступительный взнос. Выпишите две гинеи на счет «Бастон Аэро Лимитед».

– О, спасибо, – епископ заполнил и подписал чек.

Управляющая взглянула на подпись.

– «Эдвин Мэрриотт», – прочитала она. – Я думала, вы подпишитесь как Джордж Кентерберрийский, Артур Суонсийский или как-то так.

– Боюсь, что нет, – улыбнулся епископ. – Эдвин Кутаман­дрийский звучит как-то неважно, не так ли?

Она аккуратно сложила чек.

– Ради разнообразия этот чек должен оказаться нормальным, – сказала она. – Нам нужно отметить это рюмкой-другой, разве не так? Ой, я и забыла. Вы, наверное, не пьете. Знаете, уйдет какое-то время на то, чтобы привыкнуть к тому, что вы – епископ. Но когда вы закончит обучение, это станет здорово звучать: Сменил митру[3] на летный шлем!

От этих слов епископ заметно содрогнулся.

Девушка передала ему буклет и несколько листовок и резко взмахнула рукой:

– Загляните на термакадам и осмотритесь. Потом я к вам присоединюсь и познакомлю вас с вашим инструктором.

Не вполне понимая, что такое «термакадам», епископ вышел в дверь перед ним и попал на забетонированную площадку. На свежем воздухе были расставлены столы и стулья, а справа от деревянного здания, из которого он вышел, находился мрачный ангар, в котором, видимо, и размещались самолеты. Очевидно, что впереди был аэродром – епископ видел, как по нему быстро движется самолет.

– Взлет, – удовлетворенно пробормотал он.

Позже к нему присоединилась управляющая, и она выглядела еще сильнее покрасневшей и более растрепанной. Очевидно, таков был результат попытки закрыть бар.

– Лучше я сначала представлюсь, – энергично заметила она. – Сара Сакбот, но все зовут меня Салли или еще хуже.

– Приятно познакомиться, – вежливо ответил епископ.

– Ваше преосвященство? Простите, я не знаю, как титуловать епископа австралийской церкви.

– Лучше не титуловать. В Австралии лишь немногие из моей паствы делают это, и, когда я слышу такое обращение здесь, я чувствую себя не в своей тарелке. Я предпочитаю обращение «доктор Мэрриотт».[4] Или, как члена клуба, зовите меня «Епископом», возможно, это как-то по-американски, но так мне привычней.

Епископ пристально взглянул на появившуюся возле них стройную фигуру в белом комбинезоне и летном шлеме. Та часть лица, которую мог видеть епископ, была очень привлекательна и смутно знакома, но он видел не достаточно и не мог опознать ее.

Слова Салли заставили девушку обернуться.

– Это, – сказала ей Салли, – наш новый член – епископ Кутамандры. Никаких шуточек на его счет – панибратства и всего такого: он и в самом деле епископ.

Салли улыбнулась доктору Мэрриотту:

– Думаю, вы узнали ее? Крем для лица – выдающаяся красавица, леди Лаура Вэнгард, пользуется только Блэнк Скинфад, и так далее. Ее известность нам дорого обходится, не правда ли, Лаура?

– Ну, почему ты всегда так беспокоишься о состоянии моего жалкого счета? – спросила леди Лаура.

– Наличные дороже венца, – угрюмо ответила мисс Сакбот.

– Как верно! – леди Лаура улыбнулась епископу. – Ужасно рада знакомству. Это одна из глупых шуточек Салли, или вы и правда епископ?

– И правда, – ответил тот, чувствуя себя еще более неловко, чем прежде.

– Почему вы хотите научиться летать? Чтобы приблизиться к Богу?

– Дорогая, не святотатствуй, – одернула ее Салли.

– Лучше так, чем сквернословить, – ответила леди Лаура. – Я уверена, ты уже шокировала епископа своей речью.

– Мои амбиции довольно приземленны, – поспешно признался епископ. – Сейчас поездка из одного до другого конца моей епархии занимает несколько недель. Епископат предложил мне купить аэроплан, но нанять пилота мне не по средствам. Поэтому я предложил обучиться пилотированию.

Леди Лаура что-то пробормотала, но все ее внимание переключилось на самолет, поднимавшийся в небеса.

Мисс Сакбот пошла вперед, и епископ последовал за ней. Его внимание привлекла женщина в черном летном кожаном костюме, стоявшая поодаль; так известные люди ведут себя в общественных местах.

Издалека черты ее лица выглядели симпатичными, но вблизи оказались довольно потрепанными временем. Епископу они показались более знакомыми, чем классический профиль леди Лауры.

– Господи! – воскликнул он. – Не может быть! Это же миссис Энжевен, которая летает через Атлантику! Какая честь для клуба!

Мисс Сакбот сардонически рассмеялась, и епископ задумался, не было ли его высказывание неуместным.

– Летает через Атлантику! – презрительно фыркнула девушка. – Да тут такого добра, как грязи! Вон тот высокий парень, что болтает с нашим инженером, – капитан Рэнделл. Он летал в обе стороны Атлантики. В этом году он хрякнулся в Тихом океане. Он как-то недобро смотрит на Долли Энжевен, не так ли? Все эти знаменитые летчики так же ревнивы, как хористки. Тем не менее, он – пилот, а она – нет.