Гибель пилота - Спригг Кристофер Сент-Джон

Кажется, Долли надоело стоять в царственном уединении. Теперь она с улыбкой на лице подошла к компании.

Она с обаянием взглянула на своего бывшего инструктора и нежно хлопнула Фэниса по плечу.

– Итак, мой учитель, что же вы сделали? Бедный Вэйн прямо позеленел. Наверное, вы на всю жизнь отбили у него охоту летать. А мне вы не позволяли войти в штопор, пока я не совершила первый круг.

Фэнис повернулся к ней. Его искусственная ухмылка продолжала улыбаться, но епископ заметил, как побелели костяшки на руке, которой тот сжимал наушники.

– Будь любезна, воздержись от замечаний насчет моего инструктирования, когда нас слушают посторонние, – дрожащим голосом заметил он. – Они могут не понимать того, что знают все авиаторы, а именно что ты – худшая женщина-пилот в стране и не можешь рассуждать ни о чем. Да, когда-нибудь ты сможешь пилотировать так же хорошо, как и Салли. Но только после того, как перестанешь вызывать отвращение у всех приличных людей, ставя дешевую комедию.

Миссис Энжевен покраснела. Епископ на какое-то мгновение смутился, но незаметно уйти он не мог. Он подумал, что она собирается дать пощечину Фэнису. Возможно, так и было. Но в этот момент их прервал чистый и томный голос. Между ними встала леди Лаура.

– Я считаю, что учителям нельзя снова встречать бывших учеников. Не правда ли, епископ? – помурлыкала она. – Они так привыкают ругать и бранить их во время обучения, что потом не могут оставить эту привычку. Вы просто не поверите, чего только не говорил мне Джордж, когда выходил из себя.

Фэнис взглянул на нее с какой-то странной обидой в глазах. Кажется, что он собирался что-то сказать, но, не сказав ни слова, он внезапно ушел прочь и исчез в здании клуба.

– Ну, я – никогда! – выдохнула мисс Сакбот. – Долли, завтра он будет ужасно сожалеть об этом. Просто не могу понять, что с ним случилось.

– А я могу, – уверенно вставила миссис Энжевен. – Все эти пилоты-неудачники, которые считают, что должны быть на вершине, но это им никак не удается, – все они идут одним путем. Пьют. Пьют и завидуют. Он едва ли в своем уме.

Она с пыхтением натянула перчатки, кивнула леди Лауре, окинула епископа любопытным взглядом и ушла.

– Дрянь! – заметила леди Лаура, как только ушедшая оказалась за пределами слышимости. (Или даже чуть раньше, как подумал епископ). – Я еще никогда не слышала, чтобы Джордж так себя вел.

Она обернулась к рыжему рабочему в потрепанном комбинезоне – тот забирался в кабину «ХТ», чтобы отвезти его в ангар.

– Энди, уберешь и мою «Леопардовую бабочку»? Днем я собираюсь обратно, в Горинг.

– Хорошо, – ответил механик.

Мисс Сакбот задумчиво пошла обратно в клуб вместе с епископом.

– Ужасно извиняюсь за произошедшее, – уныло сказала она. – Ну, и что вы думаете о нашем клубе? Миссис Энжевен была права: Джордж не должен был давать Томми урок того, как выходить из штопора. Томми очень медлителен, и после двухчасового инструктажа может лишь летать по прямой. Но у Джорджа, наверное, были причины. Но я не понимаю, почему он вышел из себя. Он всегда был мирным малым.

– Миссис Энжевен объяснила, – сухо ответил священник. Он пристально взглянул на мисс Сакбот, и это немного смутило ее.

– Ох, она говорила ужасные вещи. Он никогда не был таким. Конечно, это раздражает человека с военным послужным списком и способностями к пилотированию (а ведь отвага и мастерство не всегда идут вместе). Работа инструктором в клубе вроде нашего должна бесить его, и при этом он видит, как удача улыбается людям вроде Долли и Рэнделла. Но все это просто везение, и Джордж всегда смеялся над этим. Он всегда был весел и очень популярен среди своих учеников.

– Он показался мне совсем не тем человеком, который может потерять самообладание, – заметил епископ.

– Он – один из лучших, – тепло отметила Салли. – Но, если честно, в последние две недели что-то гложет его. Он стал задумчив и не похож на прежнего себя. Боюсь, бедняга влюбился в леди Лауру, и мне жаль его. Боже, зачем я только рассказываю вам все это?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Делиться переживаниями не так уж странно, – ответил священник. – Очевидно, в моем лице есть что-то такое, подталкивающее к доверительным разговорам. Ну, я бы хотел начать свое обучение завтра в полдень, если это будет удобно.

– Конечно. Я запишу. Достаньте шлем, очки и позвоните в город. Лучше всего Мерривейлам. Лучше купить, чем арендовать, но если у вас нет времени, можете взять их у нас напрокат. Я рада, что сегодняшний инцидент не оттолкнул вас.

– Ну, конечно, нет! Фэнис мне очень понравился. Смотрите, это леди Лаура только что так красиво взлетела?

– Да, она всегда взлетает с виражом на подъеме. И это значит, что в постели она не умрет, – мрачно добавила мисс Сакбот.

Глава II. Смерть

– Доброе утро, мисс Сакбот.

– Доброе утро, епископ. В летном шлеме вы великолепны. Но, в то же время, его лучше не носить, пока вы не в полете.

Епископу очень понравилось то, как он выглядел в черном шлеме. Он поклонился, приняв замечание с христианской кротостью.

– Джордж немного вывел меня, – продолжила мисс Сакбот. – Он взял «ХТ» и все еще летает, – она взмахнула, указав в сторону легкий облаков. – Не знаю, почему. Он знает, что вы должны прийти. Я не видела, как он взлетел, иначе я бы ему высказала.

– Не беспокойтесь. Я подожду, – священник опустился в большое кресло на веранде клуба.

Салли обратилась к рыжеволосому механику:

– Энди! Майор Фэнис не сказал, как долго он будет летать?

– Он лишь сказал, что проветрится, – покачал головой механик. – А, вот и он!

Смутная тень самолета задрала нос, выполняя петлю. Казалось, он летит прямо к аэродрому, но крылья самолета сверкнули серебром, когда он, накренившись, повернул.

– Полагаю, он развеял свои утренние беспокойства! – фыркнула Салли. – У него с головой не все в порядке! Если он сейчас же не спустится, я одолжу самолет Долли и покажу ему!

– Не стоит, не стоит! – увещевал епископ. – У меня еще все утро, а наблюдать за ним так интересно.

– Через пятьдесят часов обучения вы и сами сможете делать все это, – заметила Салли. – Теперь он в штопоре.

Крылья снова, как и накануне, засверкали алым и серебряным, но теперь епископ не волновался.

– Вчера я подумал, что случилось что-то ужасное, – сказал священник. – Какими же тонкими движениями он выполняет столь быстрый маневр!

– Господи, ему нет необходимости управлять, – рассмеялась Салли. – Аэроплан делает это автоматически.

Пока она говорила, епископ обернулся к ней. Казалось, что она о чем-то задумалась: Салли нервно постукивала по стулу, на котором сидела. Священник заподозрил, что эта прямо­линейная молодая женщина со спокойными глазами и мужскими манерами была гораздо более нервной, нежели предпочитала казаться. И сейчас что-то определенно пришло ей на ум.

Епископ снова взглянул на аэроплан Фэниса. Тот был намного ниже, чем когда они только увидели его. Теперь он мелькал над макушками деревьев. Он опускался.

Священник услышал вздох позади. Салли вскочила на ноги, ее лицо исказилось от внезапной тревоги.

– Джордж, сюда! – крикнула она низким, требовательным голосом. – Не бросай его! – лицо Салли побледнело. Она пронзительно закричала, и этот вопль врезался в память епископа.

– Схватись же за штурвал!

Самолет был в тысячах ярдов от них и казался сверкающей игрушкой, исчезающей за рядом деревьев. Не было ни звука, ни струйки дыма, только чистый воздух и тишина…

Салли резко обернулась, безо всякого выражения на лице.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Быстро, неотложку!

Но Энди опередил ее. Раздался грохот, и из ангара выскочил оливково-зеленый Форд, выполнявший роль пожарно-спасательной машины.

Епископ видел, что лицо механика за рулем словно окаменело, в то время как машина преодолевала неровную поверхность. Священник хотел было побежать на помощь, но Салли удержала его:

– Вам не успеть вовремя. Томми и Несс, – она указала на безвкусный шарф и огромную кожаную куртку, – они вытащат его. Нет смысла бежать и выматываться. Лучше на машине. Все окончится у клуба.