Где пламя драконов правит - Николь Соловьева

заплетенными в хвост волосами, одной рукой открыв дверь тавернки, а другой, держа жбан с полотенцем внутри, грозно смотрела на, мигом засмущавшегося, дракона. Глядя на нее, огромное существо, так и не сомкнув пасти перед девушкой, ожидало. — Место! — и резко махнув крепкой рукой в открытую дверь, хозяйка открыла проход еще шире.

Чуть сомкнув пасть, существо повернуло к ней морду, что-то пророкотав. Но поняв, что уговорить женщину не получится, закрыв пасть и опустив морду, подтащив за собой хвост, поползло в помещение, пригибаясь перед низким проходом, утаскивая за собой Шарафа, который так и не мог разомкнуть лап. Узрев волочащегося по полу Сертана, хозяйка схватила его за шиворот льняной рубахи, отцепив от хвоста.

— А это еще кто? Ни крыса, ни хорек.

Эрс, сложив стрелу в колчан и перекинув через плечо лук, поспешила к Шарафу, подобрав меч с пола.

— Это Шараф, — объяснила она, отдав оружие Сертану, поставленному на землю.

— Странное у тебя имя, — заметила женщина, поправив черный, звякнувший ремень на джинсах. — Меня зовут Графия, — и она протянула руку путникам. — Но все здесь зовут Грушей.

— Грушей? — удивленно прошептал Сертан, в который раз пытаясь совладать с лапами, запихнув меч в ножны.

— Проходите! — и хозяйка пропустила путешественников в помещение. — Вы уж простите Ваську, — проговорила она, закрывая дверь. — Я говорила ему не встречать гостей.

Взглянув на таверну изнутри, вы бы никогда не поверили, что снаружи это всего лишь домик с постаревшей черепицей. К выбеленному потолку с балками, крепилась длинная, сияющая люстра. Свет от лампочек переливался сквозь стеклянные капли, квадратики и граненые шарики, висящие на обручах, в забавной и неряшливой конструкции, которая, непонятно как, держалась навису. По деревянным стенам, выкрашенным в бирюзовую краску, расположились золотистые подсвечники с двумя почти прогоревшими свечами, стекающими фестонами воска. Аккуратными, почти ровными рядками громоздились дубовые столы с приставленными к ним стульями и пеньками. На некоторых столиках были разложены, кое-как выстиранные белые и синие, помятые скатерти. Барные, деревянные стойки выкрашивались в сине-зеленый цвет с выстроившимися, рядком, стульями. Чуть дальше громоздилась деревянная, выбеленная лестница на второй этаж, у которой в соломенной большой корзинке, украшенной веточками хвои торчащими по краям, лежал на мешке с зерном Вася.

Пройдя по шумному залу, под заинтересованные взгляды пьяниц за столиками с вазочкой на скатерти, Графия прошла к барной стойке, плюхнулась на стул и подперев щеку рукой, спросила:

— Чего вас так рано сюда притянуло?

Эрс задумалась, взглянув на нее. Только сейчас она заметила поблескивающие на свету, полупрозрачные, желтые сережки. Довольно крупные, круглые смайлики наигранно улыбались ей. Под джинсовой кофтой с побрякивающими кнопками на вездесущих карманах, виднелась желтая футболка, а на ногах у нее шнуровались странные, слепленные из разных частей, шмотки чего-то бело-желтого.

— А что это? — забыв о вопросе, спросила Эрс, указав на ее ноги.

Груша взглянула на ноги, поболтав ими.

— Это, кажется, кроссовки. Очень удобно кстати! Завязал и все! А стелька какая, лучше кожаных сапожек!

Эрс задумалась, пытаясь понять значение слова «стелька», предполагая, что это может значит новомодное слово, обозначающее покупки. Шараф, воспользовавшись моментом, указал на женщину, прошептав:

— А кто вам блюдца на уши повесил?

— Блюдца? — и хозяйка ощупала сережки и только через некоторое время поняв, что имел в виду Сертан, залилась звонким, девичьим смехом. — Душенька! Какие же это блюдца! — продолжая хихикать, она только выдавила: — Блюдца! — и вздохнув, продолжила: — Вы откуда такие приехали?

Шараф и Эрс переглянулись, полагая что сегодня все сговорились и вместе ответили:

— Из Скотрейн!

— А! — и Груша ударила себя по лбу. — Да, там таких «блюдец» нет. Да что уж говорить, тут все не жалуют нововведения, — и помолчав, она добавила: — В Вуйфраме были?

Путники молчали.

— Видимо не были. Мне однажды посчастливилось там побывать, мечту там свою исполняла, а там все вещички такие странные. В общем, вдохновилась я, купила вещей, сережки, да и пошла таверну с Ванькой переделывать, — она указала на дракона, свесившего морду за борт корзины. — Ваня сам, когда мальком был, пришел к дверям таверны. Отбился от стаи и тепло сыскал тут. Так и вымахал, богатырь, теперь гостей встречает. Глаз да глаз за ним. Вот… В общем, вдохновилась я Вуйфрамом, а у них там столица моду задает, так и решила таверну перекрасить. Изнутри, конечно. Местные бы вознегодовали, увидев яркий домик среди их серости. Да они и так негодуют из-за дракона в деревушке…

— А насчет драконов, — вдруг оживилась Эрс, но поняв, что перебила, смутилась. Не обнаружив и признака возмущенности на простом лице Графии, она уже тише продолжила: — Простите, конечно, но мы просто ищем одно из племен драконов. Вы не знаете тут не находится у вас что-то подобное, это очень ва…

— Дорогая моя! — воскликнула Груша, схватив девушку за руку. — Да эти вещи здесь дело обычное! У нас каждую весну тут шум и гам в окрестностях! — и перейдя на шепот, она пододвинулась к путникам. — Это драконы дерутся за внимание возлюбленных, — и отогнувшись, пропела: — Разве не романтично?

— А что романтичного? — спросил Шараф, искренне не понимая ее восхищения.

— Ну как? — хозяйка только вскинула руки. — Представь себе, два дракона бьются друг с другом за сердце возлюбленной!

— Впечатывая друг друга в скалы и перегрысая глотки?

— Ну а как же без этого?

— Не понимаю.

— Ну вообще-то, дорогой…

— Подождите, — влезла в разговор Эрс. — что насчет драконов?

Графия задумалась, видимо пытаясь вспомнить мысль, которую вела, пока они говорили о другом и другом и другом…

— А! Драконы! Да, Ванька вас проведет, но не сегодня. Сегодня он наказан и никуда больше не пойдет, — хозяйка бросила осуждающий взгляд на поникшего в корзинке, дракона.

— Не сегодня? — еле выдавил Сертан, ошарашенно взглянув на хозяйку. — Всего лишь ис-са дракона? Но он ше не ребе…

— Шараф! — прошипела Эрс, покачав головой.

Поняв ее, Сентар выпрямился и принялся ожидать. Эрс продолжила:

— Хорошо, мы понимаем. Скажите, вы не знаете местечка где можно ненадолго приобрести комнатку?

— Комнату хотите? — Графия задумалась. — Золотой и комната у вас в кармане! — она указала наверх, в выбеленный потолок с балками. — По лестнице у меня комнаты для путешественников.

Между ними влезла голубая мордочка.

— А мошно мы вам дадим два солотых?

Хозяйка нахмурилась.

— Это еще за что два?

— Ну если одна комната солотой, то две комнаты — два солотых.

Женщина задумалась, а затем удивленно взглянула на Сертана.

— Вы что, в разных комнатах спите?

Эрс тут же ответила:

— Конечно. Разве для вас это странно?

— Да нет, нет конечно, — похихикивала Графия, отмахиваясь. — Че ж вы мне не сказали, что вы не супружеская