Семь. Гордыня - Антонио Морале

— одной проблемой меньше. Узнай, сын, что эта старая ведьма хочет, и сам прими решение. Ты уже взрослый, мне можешь даже не докладывать.

— Папа! — снова возмутилась сестрёнка.

— Да что папа?! Что такого она мне может предложить? Всё — все свободны, идите спать, уже поздно.

Ещё и к матушке какой-то переться за сотню километров, как будто у меня других забот нет. Когда мне на это всё время найти, ума не приложу. И как они сами раньше справлялись, без меня? Да уж! Я поднялся с дивана, пожелал своим родственникам спокойной ночи и побрёл спать…

* * *

Рабочий день на заводе прошёл без приключений, если не брать в расчёт какого-то идиота, сунувшего руку в ленту конвейера, и оторвавшего её к херам собачьим. Мысленно подсчитывая, во сколько мне это обойдётся и не проще ли просто придушить его в больничной палате, чем выплачивать пожизненную пенсию по инвалидности, я отбился на выходе своей рабочей картой и вышел на улицу, где меня ждало роскошное авто семейства Бельских с рыженькой девчонкой, сидящей на капоте.

Аня выглядело умопомрачительно! Короткие джинсовые шортики, подчёркивающие длинные стройные ножки, оранжевый топик, под цвет волос, демонстрирующий тонкую талию и круглую грудь, и длинная завитая коса, свисающая почти до пояса. Я даже на миг сбился с шага…

Две машины сопровождения и суровая охрана примостились чуть дальше на стоянке, и четверка здоровенных цепных псов поглядывала по сторонам, преданно охраняя хозяйскую дочку. Жопа! Завтра ко мне возникнет уйма вопросов от любопытных коллег, и моя легенда если и не развалится, то серьёзно пошатнётся. Обычные рабочие со склада с дочками Бельских дружбу не водят. Ладно, переживу как-нибудь.

— Привет, Алекс! — помахала мне рукой рыжеволосая, улыбнулась и стремительно рванула ко мне навстречу, заставив напрячься своих нянек.

Через пять секунд девчонка висела у меня на шее, обдавая приятным ароматом, и жалась ко мне своей роскошной грудью. Да уж, спас на свою голову. А я ведь грязный, потный и, наверняка, вонючий после десятичасовой смены, душевые на заводе уже лет десять как в аварийном состоянии, и чинить их никто не собирается… Как она меня терпит и даже не морщится? Хотя, кажется, девчонке было на это абсолютно наплевать.

Наши объятия немного затянулись, рабочие, выходящие из ворот завода с завистью и недоумением косились в нашу сторону, и я деликатно отцепил Аню от себя, осмелившись обхватить её за талию. Обычно, я не такой робкий, но тут приходится соблюдать легенду парня, впервые встретившего такую шикарную девушку. Был бы я простым пареньком, наверное, уссался бы от радости. Как минимум…

— Я за тобой. Как договаривались! — довольно объявила рыжеволосая, оглядев меня с ног до головы и ничуть не смутившись моим непрезентабельным видом. Забавная девчонка!

— Хм… — растерянно почесал я свою макушку. — Я хотел заскочить домой, принять душ, наверное… От меня же разит за версту.

— Правда? — она принюхалась, наклонившись ко мне поближе, и отмахнулась рукой. — Чепуха!

— Ань! — строго нахмурился я.

— Ладно. — вздохнула дочь Бельского. — Куда тебя подвести?

— Э-э-э… — Вот жопа! Нужно было хотя бы снять какую-то хату для прикрытия. — А у тебя дома есть душ?

— А то! Штук десять, как минимум. Точно, ты же можешь принять душ у нас! А чистую одежду я тебе подберу. Поехали! — девушка развернулась и уверенным шагом двинулась к своему авто.

— Только что-то попроще. — проворчал я ей в спину.

— Не вопрос. Хотя… Ладно, постараюсь найти. А попроще это что?

Аня запрыгнула на водительское сидение, открыла мне переднюю пассажирскую дверь и приглашающе похлопала ладошкой по бежевой коже сидушки.

— Рваные джинсы и старую футболку, например. — проворчал я, плюхнувшись рядом с ней.

— Принято. — беззаботно улыбнулась она. — У меня как есть старые бойфренды, на тебя будут как раз.

— Ань, а я ведь могу передумать насчёт ужина.

— Ладно, ладно. Шучу! Кто-то у нас не понимает женский юмор? Поищу в шкафу брата. Там столько всего, что он даже не заметит!

Десять минут езды и мы возле дома Бельских на другом конце города. Аня без умолку тарахтела всю дорогу, развлекая меня, но я её почти не слушал, размышляя о своей работе. В этом районе я не был ни разу, и домик Бельских никогда не видел. Дом как дом — три этажа, два крыла, пятиметровый забор по периметру, кованные ворота, понатыканные на каждом свободном сантиметре камеры и вооружённая охрана. А ведь отец прав, люди с чистой совестью не нуждаются в такой защите. Хотя, может это дело статуса — что я в этом понимаю…

Аня показала мне душ, выдала чистую одежду взамен грязной, не хотелось портить ужин своим несвежим непрезентабельным видом, дождалась, пока я приведу себя в порядок, и повела в просторную столовую, где за накрытым столом сидело трое мужчин. Всё те же, уже знакомые мне лица, виденные в кабинете Семёнова вчера вечером.

Да уж! Столовая в оранжерее Бельских — это отдельное произведение искусства. С деревьями, лепниной, прудиком, стеклянным потолком и видом на горы. Чем бы богатые не тешились…

— С отцом ты уже знаком. — бойко произнесла девушка и представила меня остальным: — Это Алекс, мой друг.

— Добрый вечер, Роман Борисович. — слегка кивнул я нахмурившемуся хозяину дома.

— Это мой жених — Костя…

Высокий, спортивного вида парень, сидевший ближе всего ко мне, встал, протянул руку для приветствия, пожал мою и сел обратно.

— А это брат — Арсений.

— Можно просто — Сеня. — улыбнулся мне второй молодой человек, кивнув в знак приветствия.

— Алекс, Алексей, Лёша. — представился и улыбнулся в ответ я.

— Садись напротив папы. Так ты будешь подальше от него и в большей безопасности. — ехидно прокомментировала хмурый вид отца Аня, и села рядом со своим женихом, между ним и мною. — Ну что, приступим к ужину?

Я занял предназначенное мне место, Аня подняла бокал с вином, привстала и протянула его над столом.

— За знакомство?

— За знакомство. — вразнобой согласились мы с девушкой и чокнулись бокалами.

Что там было в тарелке, я даже не заметил, жуя на автомате и постоянно ожидая подвоха. Было как-то неуютно в чужом доме, несмотря на радушие девушки и, казалось бы, мой статус её спасителя. Да ещё свою пушку мне пришлось оставить дома. Сомневаюсь, что меня пустили бы с ней сюда.

На экране телевизора, занимавшем большую часть стены, мелькали семичасовые новости, диктор тихонько бубнил курс акций, озвучивал главные события и с умным видом рассказывала о непростой