Семь. Гордыня - Антонио Морале

прекратил свою речь Роман Бельский. Мужчина несколько раз вздохнул, громко выпуская воздух через ноздри, развернулся и покинул кабинет через парадную, широкую дверь. За ним следом вышли два молодых парня, так и не удостоив меня ни взглядом, ни капелькой внимания. Странные люди, небожители. Что им до нас, простых смертных? Уверен, они даже лица моего толком не рассмотрели в полутьме кабинета.

— Сливаешь информацию налево, гнида? — задумчиво проговорил я, не отрываясь от дверного косяка маленькой неприметной двери в углу комнаты.

— Простите, Алексей Михайлович! Бес попутал! Деньги нужны были, жена с этими алиментами доконала, операция тёще требовалась…

— По увеличению сисек операция.

— Что? — округлил глаза Виктор Андреевич.

— Ничего. Я знаю, какую операцию ты ей оплачивал, дебил.

— Простите, Алексей Михайлович, — виновато опустил голову Семёнов, словно нашкодивший школьник.

— Ты Зорькину уже ввёл в курс дела?

— На счёт этого… Я хотел поговорить с вами.

— Говори.

— Не думаю, что Марина Анатольевна подходящий кандидат на эту должность. У неё не хватает жёсткости, деловой хватки, да и ума, если честно.

— Высказался? Теперь засунь своё мнение себе в жопу, мне на него совершенно насрать. Ты знаешь, — задумчиво проговорил я, — а я ведь сначала хотел просто прикопать тебя во дворе завода, так сказать, чтобы ты остался с нами навсегда, но потом передумал. Сентиментальным каким-то стал в последнее время. А теперь опять хочу тебя тихонько придушить, ты словно сам выпрашиваешь. Ты бы поменьше портачил, а то нарвёшься.

— Спасибо! Понял, — снова побледнел он, закивав, как заводной болванчик, — я постараюсь.

— Так что с Зорькиной? — напомнил я.

— Ещё день-два, она неплохо всё схватывает…

О как! Теперь, оказывается, она неплохо всё схватывает. На что он надеялся? Опять мутил какую-то схему, тварь!

— Не затягивай. Надоело видеть здесь твою потную жирную морду.

— Понял, — покорно кивнул мой без пяти минут бывший директор завода. — Завтра передам ей все доступы и соберу свои вещи.

— Хорошо.

— Но… Но я же сегодня всё сделал правильно?

— Всё правильно, — хмыкнул я. — Только это тебя и спасло, иначе твой трупик нашли бы утром в канавке с членом в руке наперевес.

— Почему с членом? — удивился Семёнов.

— Что? — не понял я, задумавшись о своём.

— Почему именно с членом?

— Да я сам не знаю, — пожал я плечами. — Если хочешь, что-нибудь другое в руку тебе вложим. Есть особые пожелания?

— Нет, нет… Единственное пожелание — не сдохнуть в канавке.

— Это зависит только от тебя и твоего поведения. Ну ладно тогда, пойду я. Засиделся что-то с тобой, — взглянул на часы, стрелка которых давно перевалила за восемь вечера, и оторвался от дверного косяка. — До завтра, Виктор Андреич.

— До завтра, Алексей Михайлович! — растянул фальшивую улыбку на своей морде мой директор, а я развернулся и вышел из пока ещё его кабинета.

Да уж. Вечер выдался на удивление интересным — не зря я решил задержаться сегодня. Получил информацию к размышлению, новые вопросы, на которые нужно поискать ответы, и увидел врагов отца воочию. На сегодня приключений достаточно, нужно ехать домой. Приму душ, пожру и завалюсь спать.

Вышел через проходную, попрощался с охранниками и двинул через парк к одной из машин из автопарка отца, припаркованной сегодня мною на стоянке торгового центра. Надоело ездить на арендованной развалюхе, уж лучше так — доехал до ТЦ, оставил машину там и пятнадцать минут прогулялся пешочком до завода.

Свернул на протоптанную тропинку, над которой явно постарались сотрудники нашего предприятия, срезая путь, и, тихонько насвистывая, пошёл в тени деревьев. В это время парк был уже пуст — мамашки с колясками разошлись по домам, молодёжь попёрлась в клубы и на дискотеки, а сумасшедшие «зелёные», которые должны были проводить здесь свою акцию сегодня, закончили балаган и наверняка побрели в бар «Медведь», к своему такому же «зелёному» бармену, снабжавшему, по слухам, всех хиппи забойной травкой. «Занимайтесь любовью, а не войной!» — вроде, это их лозунг, если не ошибаюсь. Вот и занимайтесь, зачем устраивать протесты в парках?

— Да что за фигня?! Где она? — проворчал смутно знакомый голос откуда-то со стороны дороги из-за высоких густых деревьев, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

— Я не знаю, господин, — ответил ему глухой растерянный бас. — Телефон выключен, последние местоположение отбивается здесь, в парке.

— Ну так найдите её…

Что у них было дальше — я не слышал. Свернул на очередную тропинку и потопал дальше, тихо-мирно насвистывая какую-то мелодию, услышанную сегодня из динамиков складского компьютера.

Очередной поворот, за которым меня приветливо встретил шум возни в кустах слева, хруст веток, звонкий хлопок то ли по заднице, то ли по щеке. Извращенцы! Что за оживлённое место здесь сегодня?! Обычно после шести уже никого нет, а тут почти девять, а они всё не нагуляются.

— Что вам нужно от меня? — донёсся до меня приглушённый девичий голосок с нотками зарождающейся истерики, и я непроизвольно замедлил шаг, остановился и вернулся на два шага назад.

Нет, спасать я точно никого не собираюсь, но ради интереса прислушался, авось, почерпну что-то для себя новое. Например, как знакомиться с девушками в парке и как завести непринуждённый вечерний разговор.

— Ничего такого, — ответил девушке грубый прокуренный голос альфа-самца. — Обслужишь нас по-быстрому, и всё.

— Да вы знаете, кто я и кто мой отец? — девушка старалась держать себя руках, но дрожащий голосок выдавал её с потрохами.

— Ты шлюха, а твой отец — отец шлюхи. Всё просто, — ответил на её вопрос второй мужской голос и расхохотался.

— Я буду кричать! Убери от меня свои грязные лапы!

Ещё один звонкий хлопок. Интересно, это она или её? Зря она так с парнями, нужно же быть деликатнее, дипломатичнее.

— Крикнешь, и я проделаю в тебе лишнюю дырку. Поняла, сука?! — прошипел прокуренный мужской голос.

Как банально! Девушка в беде. Это что же, я должен спасти её, а потом жениться? Она обязательно окажется не просто рядовой работницей тракторного завода, а дочкой президента. Всё как по канону. Тьфу! Я сплюнул под ноги, развернулся и пошёл туда, куда и шёл — в сторону автомобильной парковки торгового центра на другом конце этого весёлого парка.

— Сиськи покажи, дура! Или я тебя порежу, — донеслось мне в спину.

— Пусть штаны сразу снимает! — вторил первому мужскому голосу другой.

— Да, покажи, и мы тебя сразу отпустим. Мы же не звери какие.

— Или кончим прямо здесь, если не покажешь.

«Л» — логика! Не звери, но кончим.

— Пожалуйста, не надо. Я покажу… — решила пойти на переговоры девчонка.

Додумалась, наконец. Это правильно! А мне опять пришлось замедлить шаг — снова становилось интересно.

— А