Тимбер - Тейт Джеймс

— Рыжик, — простонал он, поглаживая меня через трусики, — ты такая богиня. Взрывать всякое дерьмо заводит тебя, да?

Я слегка нервно рассмеялась, находясь на острие возбуждения и травмы, в то время как Касс накрыл меня своим огромным телом. — Насилие и разрушение, — пробормотала я в ответ, слегка дернувшись, когда его пальцы скользнули под ткань моих трусиков и погладили меня глубже. — Это часть нашего языка любви, не так ли?

Он ответил хриплым смешком, обводя большим пальцем мой клитор, заставляя меня извиваться в его руках. — Насчет этого ты права, Ангел. — Он продолжал дразнить меня, заводя.

Я была так сильно взвинчена. Между моим страхом и тревогой, беспокойством о том, что нас могут поймать, и почти непреодолимым возбуждением я была в полном замешательстве.

Однако Касс точно знал, как обращаться со мной. Его губы коснулись моего уха, его низкий голос был ласковым и успокаивающим, в то время как его пальцы подвели меня прямо к краю.

— Доверься мне, Ангел, — подбодрил он, когда я напряглась, борясь с оргазмом. — Доверься мне, я буду беречь тебя.

Черт. Со страдальческим стоном я уставилась на ревущее пламя горящего дома Чейза и отпустила его.

Оргазм захлестнул меня, заставляя мои мышцы напрячься, голову запрокинуть на грудь Касса, а бедра двигаться. Я сразу поняла, что со мной все в порядке. Я была лучше, чем в порядке. Потому что тот вид оргазма, которого добивался от меня Касс, не имел ничего общего с вызванными наркотиками принудительными оргазмами, которые украл Чейз. Они были такими же разными, как жирафы и камни, и осознание этого наполнило меня таким сильным облегчением, что я начала смеяться.

Вытащив руку из моих джинсов, Касс снова развернул меня, чтобы изучить мое лицо. Когда я просто одарила его дурацкой улыбкой, он нежно поцеловал меня и пробормотал, как сильно он меня любит.

22

О

статок ночи я проспала, свернувшись калачиком в объятиях Касса, и когда я проснулась, меня не охватили паника и замешательство, а только сильное чувство безопасности и тепла. Захватывающее, опьяняющее сознание того, что я в безопасности и меня любят.

Касс крепче сжал мою талию, когда я начала выползать из кровати, притягивая меня обратно в свои объятия для долгого и медленного поцелуя.

— У тебя все в порядке? — спросил он сонным голосом, его глаза едва приоткрылись на миллиметр.

Мне потребовалась секунда, чтобы быстро проверить свое психическое здоровье, прежде чем я кивнула и поцеловала его в ответ. — У меня все великолепно, — поправила я. — Прошлая ночь была именно тем, что мне было нужно. Спасибо.

Ленивая улыбка тронула его губы. — Ммм, мне нужно пополнить запасы взрывчатки. Мне никогда не насытимся тем выражением твоих глаз, когда ты смотрела, как взрывается тот дом.

— И это тоже, — пробормотала я, касаясь своими губами его губ и наслаждаясь тем, как его веки приподнялись от удивления.

— О, эта часть. — Он издал глубокий горловой звук. — Я рад вернуться к этому прямо сейчас, если ты хочешь.

Я облизнула губы, поддавшись искушению. Но мне также не терпелось увидеть Зеда и Лукаса этим утром. С тех пор как мы с Кассом так идеально преодолели этот барьер, я была на взводе от нервозности и счастья - в том настроении, в котором хотелось увидеть, каковы были последствия нашей ночной миссии.

— Сначала кофе, — предложила я, вздыхая, когда он поцеловал меня в шею. Я должна была знать, что близость никогда не станет препятствием в долгосрочной перспективе. Не тогда, когда дело касалось моих парней. Наша связь была слишком крепкой.

Касс вернул свои губы к моим, целуя меня так, что у меня перехватило дыхание, прежде чем неохотно отстраниться. — Хорошо, — согласился он. — Сначала кофе.

Когда мы вернулись в мою комнату, я снова переоделась в футболку Зеда, поэтому не стала утруждать себя одеванием, прежде чем спуститься вниз. Касс обнял меня за талию, прежде чем мы вошли в кухню, и я не могла избавиться от ощущения, что он посылает не очень-то деликатное "пошли вы" Лукасу и Зеду.

Гребаные мужики никогда не преодолеют свое соперничество и ревность, я была уверена в этом.

— Доброе утро, огненные жучки, — поприветствовал нас Зед, его прищуренные глаза смотрели на то, как непринужденно, интимно Касс прикасался ко мне. — Я так понимаю, вы двое разобрались со своими проблемами?

Я старалась изобразить невинность, но не смогла стереть улыбку со своего лица, когда ответила: — Я не понимаю, о чем ты говоришь.

Зед фыркнул. — Попахивает дерьмом, Дар.

Лукас соскользнул со своего стула за столом и подошел поцеловать меня в щеку, глубоко вдохнув при этом. — Не-а, пахнет дымом. Как восхитительный пепельный аромат нового дома Чейза Локхарта, поднимающийся большим старым огненным шаром в час ночи.

Автоматически я нахмурилась и поднесла косу к носу, чтобы проверить, не пахнет ли от меня дымом.

— Хах, попалась. — Лукас ухмыльнулся.

Я закатила глаза, но не пыталась отрицать это. Касс просто приподнял пальцем мой подбородок и нежно поцеловал меня, прежде чем приступить к приготовлению кофе.

Взгляд Зеда был тяжелым и горячим, он пристально наблюдал за мной. Поэтому я подошла к тому месту, где он стоял, вцепившись в стойку, и обняла его сзади, заверяя, что со мной все хорошо, а не просто притворяюсь.

— Ну, сегодня утром мне первым делом позвонил лейтенант Джеффрис, — сказал он мне, придвигаясь, чтобы обнять меня в ответ, — нес какую-то чушь о совпадениях. Очевидно, он счел это подозрительным, что мы с Аидом вернулись в Шедоу-Гроув в ту же ночь, когда взорвался дом нашего соседа.

Касс только ухмыльнулся. — Скажи ему, чтобы перезвонил, когда у него будут доказательства. Гарантирую, что их нет.

Зед одобрительно хмыкнул. — Значит, ты замел следы? Хорошо.

— Как будто я какой-то гребаный любитель, — проворчал Касс, протягивая мне кружку кофе. Я с благодарностью взяла его и направилась к столу, где Лукас раскладывал различные коробки с хлопьями и миски.

Я сразу перешла к сладкому дерьму, которое презирал Зед, наполнив свою миску разноцветными хлопьями.

— Хочешь, я организую эту встречу на сегодня? — Предложил Лукас, садясь рядом со мной и насыпая себе в тарелку таких же сладких хлопьев. — Учитывая, что Касс вернулся?

Я взглянула на Касса,