Тимбер - Тейт Джеймс

— Давай, — уговаривал он, протягивая мне кирпич. — Это заставит тебя почувствовать себя великолепно.

С коротким смешком недоверия я взяла кирпич и взвесила его в руке. — Если сработает сигнализация, нам придется бежать изо всех сил, — напомнила я ему.

— Нет. Просто брось кирпич, Рыжик.

Это была единственная поддержка, в которой я нуждалась. Я вскинула кирпич на плечо и выпустила его в окно задней двери. Стекло разлетелось вдребезги, звук его сотрясся в тихом ночном воздухе, но сигнал тревоги не прозвучал.

— Я же тебе говорил, — усмехнулся Касс, протягивая руку через разбитое окно, чтобы отпереть дверь. — Смотри, чтобы ноги не касались стекла.

Он поддержал меня рукой, когда я перешагнула через битое стекло и последовала за ним дальше в дом. Озноб тревожной энергии пробегал по мне с каждым нашим шагом, но Касс был прав. Разбитое окно встряхнуло что-то внутри меня и немного рассеяло тяжелую тьму в моем сознании.

— Что за черт, — пробормотала я, когда мы вышли в гостиную. Или то, что должно было быть гостиной. Там не было мебели, но каждая доступная поверхность - стены, пол, окна, даже потолок - были покрыты текстом. Неровным, частями неразборчивым почерком. Случайные слова и фрагменты предложений, но снова и снова... Дарлинг. На одной стене, от пола до потолка, был нарисован логотип Дарлинг, разработанный Зедом. Однако при ближайшем рассмотрении у меня возникло леденящее душу ощущение, что это не краска.

— Это должно было заставить меня почувствовать себя лучше? — пробормотала я Кассу с недоверчивым выражением лица. — Мне еще несколько недель будут сниться кошмары из-за этого.

Он с отвращением оглядел комнату, затем открыл свою сумку. — Это? Черт возьми, нет. Это чертовски жутко. Это то, что заставит тебя почувствовать себя лучше. — Он выудил что-то из сумки и протянул мне на ладони.

Я пристальнее вгляделась в то, что он мне предлагал, затем резко подняла взгляд, чтобы встретиться с ним глазами. — Это...

— Ага. — Его зубастая ухмылка сверкнула в лунном свете, льющемся из окон. — У меня их полная сумка, так и просятся, чтобы их использовали. — Он потряс сумкой, чтобы продемонстрировать, и я резко рассмеялась.

— Черт возьми, — пробормотала я. — Ты действительно знаешь, как возбудить девушку, Сейнт.

Он подошел на шаг ближе, обхватил мои пальцы вокруг взрывного устройства, затем поцеловал костяшки пальцев. — Я бы сжег весь гребаный мир дотла ради тебя, Ангел.

Тьфу. Успокойте мое сердце.

— Все твое, — сказал он мне, передавая сумку и отпуская мою руку. — Ты знаешь, как их устанавливать?

Я усмехнулась, бросив на него неприязненный взгляд. — Я не знаю, как их , черт возьми, устанавливать? — Возмущенно пробормотала я. — Как ты смеешь?

Напевая веселую мелодию, я бродила по почти пустому особняку Чейза, по пути устанавливая и активируя взрывные устройства. Я не хотела перебарщивать и тратить их впустую. Я не понаслышке знала, насколько дорогими были эти ублюдки. Но я была чертовски уверена, что хочу, что бы весь этот гребанный дом был не более чем развалинами, когда мы закончим.

Кроме гостиной, единственной комнатой, имевшей какие-либо признаки жилья, была спальня. Внутри был только матрас на полу и около семнадцати тысяч моих фотографий, украшавших каждую поверхность.

Это было достаточно жутко - чувствовать, что на меня смотрит столько собственных глаз, что я едва успела сделать два шага в комнату и просто бросила на матрас активированное взрывное устройство.

Когда я спустилась вниз, то обнаружила, что Касс ждет меня возле двери, через которую мы вошли.

— Все готово? — Спросил он, лениво засунув руки в карманы. Черт возьми, он был великолепен.

Я кивнула, затем понюхала воздух. — Это газ? — спросила я.

Его ухмылка была чистейшим злом. — Это показалось подходящим.

Я тихо рассмеялась, когда мы выходили из дома, в моем смехе сквозила легкая истерика. Возбуждение и удовлетворение от того, что мы делали, накатывали на меня, как сладчайший наркотик, и я не могла стереть улыбку со своего лица.

Мы поспешили обратно к границе участка, и Касс снова перебросил меня через забор, крепко держа сильными руками за талию. Перелезя через него, он протянул мне дистанционный детонатор.

Я прикусила губу, обхватив пальцами устройство, и посмотрела на него снизу вверх.

— Что случилось? — спросил он, когда я не нажала на кнопку.

Я покачала головой. — Ничего. Просто...— Бабочки внутри меня сходили с ума, и впервые с момента моего ареста я почувствовала себя полностью живой. — Поцелуй меня.

Касс не колебался, схватив меня сзади за шею и прижавшись своим ртом к моему в грубом, требовательном поцелуе, который затопил меня желанием. Его зубы царапнули мою нижнюю губу, игриво потянув, и я застонала. Затем нажала кнопку детонатора.

Шестнадцать дистанционных взрывных устройств сработали одновременно, воспламенив газ, который мы оставили наполнять дом. Общий звук был оглушительным, и какое-то мгновение мы стояли, разинув рты, глядя на огненный шар, который только что взмыл в ночное небо. Затем наши губы снова слились в отчаянном поцелуе.

Касс потащил меня в тень возле ворот Зеда, его руки скользнули по моим бокам, когда я прижалась к нему всем телом.

— Помнишь, как ты сказала, что доверяешь мне? — он прогрохотал задыхающимся шепотом всего в миллиметре от моих губ. У меня не хватило слов, но я кивнула.

— Хорошо, — пробормотал он, разворачивая меня спиной к своей груди. Его лицо опустилось к изгибу моей шеи, целуя меня с затяжной лаской. — Останови меня в любое время.

Короткая вспышка замешательства пробежала по мне, затем его руки переместились к пуговице моих джинсов, чтобы расстегнуть ее. Я напряглась, когда он расстегнул мою молнию, у меня перехватило дыхание, но я не остановила его. У меня не было сомнений, что я хотела, чтобы он продолжил. И я доверяла ему. Касс читал по моему телу лучше, чем кто-либо другой.

Пламя лизнуло горизонт перед нами, и я облегченно вздохнула, осознав, почему Касс развернул меня. Он хотел, чтобы я увидела результат нашей работы. Он хотел, чтобы я увидела, как сгорает дом Чейза, все эти фотографии, на которых я превращаюсь в пепел внутри разрушенного здания.

Его зубы дразнили кожу моей шеи, и я застонала, снова расслабляясь в его объятиях. Он шептал мне ободряющие слова, и его