Собиратель теней. Становление рода - Николай Викторович Степанов

притащили. Да я не в жизнь не отдам эту чистую душу в лапы Пардуха!»

– Ой, какие красивые книжечки! Давай зайдем, посмотрим? – зазвенел хрустальный колокольчик, которому невозможно было противиться.

– Конечно, милая, – произнес он благоговейно.

Когда парочка вошла в магазин, стеснительная красавица потащила парня к дальним стеллажам.

– Смотри, какая интересная книжечка, ты же мне ее купишь? Пожа-а-луйста…

– Конечно, куплю…

– А теперь слушай внимательно, размазня. – Она заговорила сердитым шепотом. – Будешь во мне видеть соплячку и проявлять жалость, порву на лоскуты и скажу, что так и было. Знаю, что ты – не профессионал, но не до такой же степени! Ты хочешь всю операцию провалить, придурок?!

– Нет, – опешил Родкин от столь резкого перехода: мимимишный котенок неожиданно показал смертоносные когти и одарил холодящим душу оскалом.

– Тогда хватай книжку и – на выход. Только сначала рот прикрой и хотя бы попытайся изобразить циничного соблазнителя.

Когда он расплачивался, снова зазвучал елейный голосок:

– Ты сегодня такой милый!

– Ради тебя я готов на все, лапушка! – «соблазнитель», наконец, пришел в себя. Как ни странно новый облик понравился парню еще больше.

В ресторанчик при гостинице, в которой остановился ученик Пардуха, Лагрук заглянул в полдень и, проходя мимо Родкина, быстро передал, что жертву следует доставить по другому адресу. Назвал гостиницу, номер, и удалился.

С девушкой ученик встретился ближе к вечеру неподалеку от академии. После книжного они еще погуляли по городу, выпили кофе в кондитерской и в гостиницу отправились, уже когда начинало темнеть.

– У меня заказан номер на имя Родкин, – сообщил он регистратору.

Тот выложил ключ на стойку.

– Второй этаж, третья дверь направо, – пробурчал он.

Парочка вошла в комнату.

– Какая большая кровать! – воскликнула «наивная» девушка.

В следующее мгновение Родкин получил удар по голове и сразу отключился, его спутнице тоже досталось. Парня оставили валяться на полу, а вот девушку оперативно упаковали в мешок и на веревке спустили через окно на задний двор гостиницы.

Минут через десять Родкин очнулся от резких толчков в бок.

– Где баба, придурок? Ты чего разлегся на полу?

– А разве это не ты меня по башке огрел? – едва не зарычал пострадавший, но тут же схватился за голову.

– Э, ты чего гонишь?! Только зашел, смотрю: ты – в отключке, девки рядом нет. Представляешь, что учитель подумает? Ты его кинул?!

В это время в дверь постучали.

– Если жандармы, я тебя урою, – злобно прошипел Лагрук.

– Думаешь, они бы стали стучаться? – едва слышно произнес Родкин. Затем более громко спросил: – Кто там?

– Просили передать письмо, – донеслось снаружи.

– Сейчас. – Он слегка приоткрыл дверь, забрал конверт и быстро пробежал глазами короткую записку.

– Что там? – не выдержал Лагрук.

– «Шума не поднимать, гостиницу до утра не покидать обоим. Учитель».

– Так это его работа! Зачем? – второй ученик от злости ударил кулаком в стену.

– Хорош шуметь, а то сейчас сосед припрется.

– Комната за стенкой – моя, и я уже тут. Теперь хоть понятно, зачем она понадобилась. Пардух нам совсем не доверяет? – Лагрук устало опустился на стул.

– Он вообще никому не доверяет, – ответил Родкин, дернув со злости пуговицу на рубахе, а сам подумал:

«Неужели девчушке конец?! Я этого гада собственными руками удавлю!»

Примерно в это же время Нимский получил сигнал, что операция пошла не по плану, а «приманка» уже на пути к колдуну. Перед проведением операции разработали пять сигналов, от «все в порядке» до «катастрофа, вытаскивайте нас отсюда!» Главное было не перепутать. Граф, находившийся в соседнем с гостиницей здании, уже получил сообщение о нештатном похищении приманки: Силару в мешке спустили во внутренний двор и перенесли в подсобное помещение гостиницы, а уже оттуда забрали порталом.

– Что дальше будем делать, Этман? – спросил Нимский. – Я не ощущаю меток, не знаю, куда увезли моего агента и…

– Если ты не ощущаешь меток, значит, враг тоже ничего не подозревает.

– Может быть он прямо сейчас ее убивает, а мы…

– Ваше сиятельство, мы все сильно рискуем. Когда Громовский узнает, что я привлек к операции…

– Господа, – раздался голос Борины. – Мар только что привел Силару в сознание. Они в той стороне, примерно в десяти минутах ходьбы отсюда. Подвальное помещение.

– Лейтенант, провести быстрый анализ данных. Что у нас на западе в полумиле, да еще с подвалом? – распорядился граф.

В просторной комнате находилось восемь человек. Помимо Нимского, Этмана и Борины, присутствовали четыре сотрудника тайной канцелярии и помощник декана. Две группы оперативников ждали снаружи, еще несколько канцеляристов были рассредоточены по местам, где часто видели Лагрука.

– В предполагаемом районе каменных зданий с подвалами три, – доложил лейтенант.

– Капрал, отправляй людей по адресам.

– Есть! – Ознакомившись с адресами, командир покинул здание.

Операция по захвату опасного колдуна вступала в самую критическую фазу.

Очнувшись, Силара не подавала виду, что уже пришла в себя. Она лежала на чем-то жестком, связанная по рукам и ногам, а из одежды на девушке оставалось лишь нижнее белье.

Сбоку послышалось бормотание колдуна:

– Молодец, Родкин, хороший экземпляр сумел раздобыть! Даже немного жаль переводить такую кралю на сырье. Впрочем, пригожих девок на свете много, а ценных… У этой слишком хороши показатели, прямо высший сорт! Не то, что предыдущий тип. С такой кровью можно много дел наворотить. Так, приступим.

Сотрудница тайной канцелярии лежала спиной к колдуну и не видела, что он быстро подошел и полосонул острым кинжалом ей по шее.

– Ой! – вскрикнула она и вскочила, развернувшись. – Вы кто?

В ту же секунду вспыхнули и упали на пол веревки, освобождая пленницу. Девушка одной рукой прикрыла грудь, другой дотронулась до шеи, из которой по всем законам природы должна была фонтанировать кровь.

Колдун впервые растерялся и внимательно посмотрел на кинжал – может чиркнул не той стороной? Оказалось, разницы нет – оба лезвия заточены, как бритва. И тем не менее, на жертве не появилось даже царапины. А еще кровавый маг вколол одаренной лошадиную дозу снотворного, и она просто не могла так быстро очнуться.

– Я – кто?! – возмутился Пардух. – Нет уж, девонька, пустота тебя раздери, это ты мне скажи, кто такая!?

– Я – студентка магической академии. Зачем вы меня раздели?

Ее беспомощность завораживала. Колдун даже кинжал опустил, соображая, что теперь делать – надрезать сонную артерию не получилось, а деваха вот-вот заплачет. Он ответил первое, что пришло в голову:

– Ты же не хочешь испачкать одежду?

– Конечно, нет, особенно – кровью. Говорят, она плохо отмывается.

– Правду говорят, – подтвердил он.

– Тогда почему вы в одежде? – Девушка задавала вопросы с обезоруживающей наивностью, словно не догадывалась, что тут происходит.

– Я очень аккуратен.

– А я, что