Мечник - Василий Сахаров

— И вы, отец Евстафий, хотите, чтобы я приказал ему оказать вам содействие?

— Вопрос так не стоит, и мы понимаем, что церковь и вера православная для вас значат не очень много. Мы хотим нанять вас, Мечников, как купца, который ходит в дальние земли и ищет для себя выгоду. Насколько я понимаю, у вас есть спаянная и проверенная дорогой команда, которая этим летом ходила в Дебальцево и дальше, а так же опыт дальних переходов по диким землям. Проведите меня и моих молодых учеников к Туле, а Бойко, раз уж он все равно подчиняется вам, будет в этом походе проводником.

— К сожалению, это невозможно.

— Но почему? Поверьте, мы в состоянии заплатить за ваши услуги, и это будет очень приличная сумма. Скажите, сколько вы хотите?

— Дело не в деньгах. Все дороги перекрыты сектой сатанистов, отец Евстафий, а обходные пути слишком неудобны и не менее опасны, чем прямые, и даже если бы я согласился, то пройти к Туле все равно не смог бы. Возможно, со временем, что-то изменится, а пока, не надо тешить себя пустыми надеждами, данное предложение я не приму.

Священник озадачился, с полминуты помолчал и выдал:

— Вы не хотите нам помочь, потому что не верите в Спасителя и питаете неприязнь к христианству?

— Чушь! Вопросы веры меня не интересуют, а вот сохранность моих людей, да. Поймите, я вас не обманываю, мне нет в том никакого интереса, ни духовного, ни финансового. Шансы пройти, минимальны.

— Но они есть?

— Конечно.

— Раз так, то мы найдем других проводников, и все равно, я дойду до Тулы, увижу патриарха Русской Православной Церкви, и получу его благословение на духовный подвиг.

— Желаю удачи. Однако будьте осторожны, а если попадетесь сектантам, то вы не раз вспомните мои слова, и пожалеете о том, что потянули на смерть своих молодых послушников, которые больше пригодились бы здесь.

— С нами Бог! — Евстафий порывисто встал и направился к двери, здесь он на мгновение замер, обернулся, хотел еще что-то сказать, но сдержался и вышел.

Вот так вот и поговорили. Незванный гость покинул мой дом, а я направился в стрелковый тир, где и нашел болтуна, который, млин, находка для шпиона. Сеня, поджав под себя ноги, сидел на небольшом коврике и, разложив перед собой на промасленной плащ-палатке разобранный ПКМ, занимался его чисткой. С недавних пор я стал опасаться нападения, и в доме кроме штатного водителя, всегда находилась тройка бойцов из моего отряда. В этом районе города тихо и бандиты не шалят, но все же, излишняя предосторожность не повредит. Пока, состав этой тройки был неизменен, Сеня, Лист и Сало.

— Привет, Мечник, — Бойко взмахнул рукой, в которой был зажат кусок грязной ветоши.

— Угу, — пробурчал я, и присел на небольшую табуретку рядом с ним. — Ко мне тут святоша один заходил.

— Евстафий? — Сеня приподнял голову и обеспокоено посмотрел на меня.

— Он самый.

— Чего хотел?

— А ты не догадываешься, Сеня? Сначала разговоры про свою родину в питейном заведении заводишь, а потом со священниками разговариваешь, и я об этом узнаю, только когда местный настоятель ко мне самолично приходит. Непорядок, Сеня, так быть не должно.

— Да, я этому сначала никакого внимания не придал, а потом, как-то уже и не сложилось, переговорить. Думал, что все обойдется.

— Хм, — усмехнулся я, — думал он. Думать надо меньше, а оглядываться и делиться с командиром новостями больше.

— Ладно, проехали.

— Пока нет, Сеня, не проехали. Ты с этим Евстафием много общался?

— Один раз только, вчера. Он сначала про Тулу расспрашивал, а это ведь не тайна какая. Вот я и давай байки травить, а Евстафий угощал за свой счет, так что целый вечер и просидели. Потом он предложение сделал, за пятьсот «конфов» его самого и еще десять человек молодых послушников провести к границам туляков. Деньги очень хорошие, спору нет, но я отказался, не те это люди, с которыми можно к цели пройти.

— И как тебе этот настоятель?

— Это опасный человек, Мечник. Он как сатанисты. Те фанатики, и этот подвижник, который веру свою воскресить хочет. Ведь ни подготовки нет, ни здоровья, а все же попрется на север, да там и сгинет.

— Вот и я так подумал, и тоже ему отказал, — посмотрел на ПКМ перед Бойко и спросил: — А чего это ты пулемет чистишь, а не Лист?

Сеня шмыгнул носом:

— В карты проиграл, вот за него и делаю всю грязную работу. Сейчас ствол отдраю, а потом Лист сам пулемету еще раз полную разборку сделает.

— Видать, что времени у вас свободного много, раз на карты время остается. Придется напрячь вас, чем-то серьезным, чтоб дурака не валяли.

Только это сказал, как появились два закадычных друга, Сало, за последнее время вновь отъевшийся и ставший напоминать бульдога, а за ним весело улыбающийся и довольный жизнью Лист. Пока с ними посидел, потом пообедал, скоротал какое-то время за книгой по истории первобытных обществ, и в который уже раз за день, навестил сына, которому стало гораздо легче, и он заснул. Однако жена все же постоянно находилась с ним рядом и не оставляла его на присмотр няньки дольше чем на пять минут. Хорошая она мать и супруга, и в этом мне повезло. Как говорилось в одном старом фильме: «Что еще надо, чтобы достойно встретить старость?» Впрочем, до старости еще далеко, а пенсий у нас в стране пока не ввели, так что надо идти и работать.

Настроение улучшилось, и я все же засел за свой ноутбук. Присел в кабинете и начал страницу за страницей просматривать показания Балана, который выкладывал о своем ублюдском обществе все, что только знал. Час шел за часом, и отвалился я от стола только в районе восьми вечера.

Накинул на себя толстый тулуп и вышел прогуляться во двор. Мне было необходимо пройтись и утрясти все то, что я сейчас пропустил через себя. На улице сыплет мягкий снежок, ложится на асфальт и приятно хрустит под ногами. Принципиально не люблю зиму, но такую обстановку уважаю, думается легко и свободно, а в душе появляется какая-то непонятная легкость, которая смывает всю ту черноту и осадок, оставшиеся после прочтения показаний пятого иерарха.

Итак, еще до пришествия чумы, в Харькове и окрестностях существовала антикультовая секта «Судный День», развлечение для богатых мальчиков и их девочек, которые искали острых ощущений, проводили ночи на кладбище, резали кошечек, рисовали пентаграммы и пели гимны собственного сочинения, посвященные Сатане. И вот, тот самый Судный День, коего они ожидали с таким трепетом, все же настал, а у них на этот случай имелся весьма просторный бункер за городом. Как только в СМИ прошла информация о том, что чума выкашивает город Нью-Йорк, двадцать человек живо собрались у своего убежища и там затихарились. Три с лишним года они просидели безвылазно в своем бункере, а что есть закрытое помещение и долговременная изоляция в нем, объяснять не надо, это такой удар по психике, какой мало кто выдержит. В общем, у тех, кто сидел в этом подвале, крышу снесло наглухо, и они убедили сами себя, что это именно они призвали чуму. Так закончилась игра, и начался путь Внуков Зари.