Мечник - Василий Сахаров

По всем питейным заведениям Славянска на Кубани прошлись никому неизвестные бродяжки и разнесли слух, что на Бирже скоплены огромные запасы золота и серебра, а охрана, полные лопухи, которые мышей совсем не ловят. Рассказчики были хороши, так красочно расписывали богатства Юрия Белова, что весь городок в двадцать пять тысяч человек, стал говорить только об этом. Все же слово Биржа, произносимое только с большой буквы, уважение внушает, и рядовому обывателю мерещатся промышленные магнаты, хитрые финансисты и толстые купцы, которые, вот же жлобы такие, хранят свое добро в глубоких подвалах неприметного приземистого здания на выезде из города.

За первым слухом, всего за день до сбора заговорщиков, прошел второй, что разбойник Хрипа решил прибрать накопленное купцами добро и ограбить Биржу, а совсем недавно его видели в районе поселка Сербин, который расположен неподалеку от города. И в этом поселении разбойник встречался с какими-то неместными наемниками и беглыми дезертирами из территориальных войск. Что бы подумал и как поступил начальник охраны Южной Торговой Биржи, который, наверняка, собирает городские новости? Думаю, что если он профессионал, то доложится вышестоящему начальству, то есть Юрию Белову и через местное управление МВД наведет справки о том, кто же такой Хрипа, и что он сможет сделать. Как итог, он должен решить, что разбойников опасаться не стоит, а не подтвержденные ничем конкретным слухи, только и останутся очередной сплетней. Однако на охрану вверенного его заботам здания, выведет всех своих бойцов без исключения, и обязательно будет держать связь с территориалами, которые могут оказать ему помощь в течении десяти минут. Все правильно, так и должно быть, главное суета, а слухи продолжают работать.

Дело к вечеру, и гости Юрия Белова съехались к Бирже. Площадка перед зданием освещена светом мощных электрических ламп, а на входе и вокруг здания прогуливаются охранники, не только штатные, но и дополнительные, из числа тех, кого принято называть доверенными лицами или попросту телохранителями. Вооружение у них не очень, на виду только пистолеты и карабины Симонова, выпускаемые на КОФ, хотя должны быть и автоматы. Пользуясь ночной темнотой, мои бойцы полукругом окружили Биржу по периметру, и теперь ожидают только сигнала на атаку. Местные охранники ко многому готовы, но вряд ли у них имеется серьезная воинская подготовка. Хотелось бы мне сделать все в лучших традициях спецназа, провести операцию тихо, но от этого пришлось отказаться, так как нести ответственность за смерть одного из Беловых, мне совсем не интересно, а потому придется изображать из себя лихих разбойников.

Все, пошел процесс. В центре городка началась сильная пальба, а спустя всего несколько минут ярким огнем вспыхнуло сразу несколько зданий. Это десяток гвардейцев, одетых в рванину лесных бродяг, метает в магазинчики и торговые лавки бутылки с зажигательной смесью, и почем зря стреляют в темное небо из карабинов. Сейчас они пошумят и отойдут на окраины городка, а территориалы МВД, в любом случае просто обязаны кинуться за ними в погоню, и даже если начальник охраны Торговой Биржи вызовет их на подмогу, они все равно опоздают как минимум на пятнадцать минут.

Откатываюсь от места наблюдения назад и прохожу в небольшую рощицу у дороги. Здесь в небольшой балочке под охраной нескольких пластунов находятся Хрипа и семеро его разбойников, которые правильно поняли наше предложение о сотрудничестве и готовы засветить перед гостями Биржи свои лица. На голову опускаю черную маску с прорезями для глаз, а из кармана появляется ручной фонарик на батарейках и, осветив безносое лицо разбойного вожака, который сидел чуть в стороне от своих «лесных братьев», задаю ему вопрос:

— Ну, что, Хрипа, ты готов?

— Готов, начальник, только смотри, если обманешь меня, я к тебе с того света ночами во сне являться буду.

— Мое слово крепкое, как мы с тобой договорились, так и будет, твоих всех прибьем, а тебя с собой заберем. Ты мне еще пригодишься, так что живи.

— Ладно, верю тебе, — пробурчал разбойник, — все равно у меня выхода нет.

— Это точно.

Отхожу в сторону, и ко мне подходит Игнач, которому, собственно, и придется руководить всей операцией по зачистке бунтовщиков, а у меня сегодня роль обычного наблюдателя и контролера.

— Когда начинаем? — спрашивает казак.

— Через пять минут, как только территориалы к окраинам оттянутся, и смотри, я только наблюдаю, а всем боем командуете вы с Крепышом. Работы у нас впереди много, а я попросту не смогу в каждой акции участвовать. Твои пластуны держат периметр, а гвардейцы во главе с Крепышом работают внутри. Так что принимай командование, начало боя за тобой.

— Есть, принять командование. Все делаем, как задумано, изменений никаких?

— Да, как вчера определили, так и работаем. Наши бойцы в масках и тряпье бандитском, оружие используется самое простое, карабины, пистолеты и гдадкоствольные ружья. Охранники напряжены, но мы по любому подготовлены лучше, чем они, да и пути отхода к их казарме мы перекрывать не будем, пускай туда и стекаются, а нам лишние жертвы не нужны. За основной группой идут разбойники, а внутри самой биржи светим Хрипу. Побольше пальбы и криков, кончаем заговорщиков, изымаем бумаги, и добиваем выживших разбойников из оружия убитых охранников. После чего поджигаем здание и отходим.

— Может быть, что и Хрипу вместе с его бандитами рядом уложить?

— Нет, главарь нам еще послужит, оттянем его на нашу базу, и пусть в клетке сидит, вроде пугала. Дел впереди много, а на него свалить можно почти все.

— А если он сбежит?

— Спокойно, Игнач, у нас вся жизнь в эти «если» упирается, так что за ним надо хорошо присматривать и никуда он от нас не денется. Все может случиться, вдруг кто-то из бойцов проговорится, а вдруг слух пройдет, что это мы сработали, так что безносый это далеко не самая большая проблема. Пусть живет.

— Действительно, — согласился он и, обернувшись к своим пластунам, немного повысил голос, и отдал команду: — Начинаем, всем штурмовым группам выдвинуться на исходный рубеж.

Воины молча кивнули, три пластуна и Игнач исчезли в темноте, а еще пятеро остались со мной и, развязав разбойников, раздали им их традиционное оружие, помповые ружья, охотничьи двухстволки и два винтовочных обреза, разумеется, все стволы без боеприпасов.

— Вперед! — сказал я и, вооружившись таким же, как и у разбойников, дешевым помповым ружьем, встал рядом с оставшимися пластунами, позади бандитов. Разбойники неуверенно двинулись на выход из рощи, а я подбодрил их: — Не дрейфь, мужички, сейчас дело обстряпаем, отпущу вас на все четыре стороны, и даже от хабара кусок отломлю.