Мечник - Василий Сахаров

— Думаешь, что-то будет? — спросил я его.

— В прошлый раз вышку ставили и говорили, что местное вещание восстановят. Оно у них только года три как прекратилось, а до того, от самой чумы все время работало.

— Ну, поищи, тем более, что ехать километров десять осталось.

Да, кому чего, кому заботы, а кому и радио. Вспомнился мой прошлый приезд в Невиномысск, когда я набирал бойцов в свой отряд. Не совсем вовремя я тогда приехал, повольники из Ставрополья только начинали сходиться в этот город с населением в восемнадцать тысяч летом и около двадцати пяти по зиме. Почему такой разброс? Я тоже поначалу удивлялся, а потом узнал, что и как, и все стало более-менее понятно. После того как у нас было объявлено о создании Конфедерации и появилось государство, в это поселение, до чумы бывшее крупным узловым центром, к которому сходились дороги на Кавказ, Кубань и Ставрополь, отошли все те, кому новая власть была не по нутру. Не враги и не друзья, а так, опасающиеся.

Поначалу ничего, беглецы и эмигранты жили, как и все люди в одичавших районах России живут. Однако позже, лет двадцать назад, когда у нас промышленность восстанавливаться стала, а КОФ боеприпасы начал выпускать, Невиномысск стал местом сбора и отдыха вольных бродяг, которых в Конфедерацию не пускали, но которые желали с выгодой продать свою добычу и прикупить патронов. Еще позже, здесь даже что-то вроде наемной гильдии основали, через которую любой стрелок или просто лихой парень, желающий подзаработать, мог получить заказ. Теперь это поселение в составе нашего государства, но ему оставлен статус вольного города, так что в жизни местного общества, практически ничего не изменилось. Летом это обычный пограничный городок, а чуть мороз ударил, курорт и база отдыха для людей кочевого образа жизни, мародеров, наемных отрядов, а порой и просто разбойников, промышляющих на территории слабозаселенного Ставрополья.

Один из моих бойцов, как-то сказал, что это кусочек Дикого Запада, но я вестерны смотрел и скажу прямо, куда там этому самому западу до наших реалий. Думаю, что любой супер-ковбой, пройдись он по любому поселку нашего фронтира, уже через полчаса был бы босой, раздетый, с вывернутыми карманами и, возможно, толстой дубовой колодкой на шее. У нас не запад, а восток, так что все гораздо быстрей, круче и жестче бывает.

— Есть, поймал! — раздался радостный вскрик Тугарина. — Ай, красавчеги! Все же наладили вещание, теперь не так скучно будет.

В динамике автомобильного радиоприемника послышалась музыка, сначала удары то ли бубна, то ли барабана, а затем песня, и мужской голос запел:

«На Кубань с победой, сотня возвращалась,За плечами ангел, он один на всех,Вольная станица, с нею не прощалась,Знать молилась вся Россия за успех.Легкий ветерок рассветный, с травами ласкался,Вслед за ним и месяц, мчался босиком,По волнам корабликами, эх, да разгулялся,Через реку прокатился, эх, рушником.Сотня из Невинки, Казачий Спас,Головы, положит за вас.От Земли и до небес, красавец-Кавказ,Долго будет помнить о нас.Дома ждут и крепко верят, и казачка знает,В том едином гимне бравом, песнь сердец.Вторит соловей расейский, эй, да подпевает,Поведет казак казачку, под венец.Сотня из Невинки, Казачий Спас,Головы, положит за вас.От Земли и до небес, красавец-Кавказ,Долго будет помнить о нас».

Песня окончилась, и приятный женский голосок сообщил, что эту песню группы «Служба-Матушка» для своих друзей, настоящих казаков из Невинки, заказал сержант Игнач из станицы Кавказской. И этот же голос добавил, что Игнач ждет всех любителей пострелять и повоевать за деньги, сегодня вечером возле трактира «Стрижамент», где и будет производиться подписание контрактов на службу в наемном отряде знаменитого Кары.

Тугарин, услышавший это, хмыкнул, а я подумал о том, что будет интересно посмотреть на то, сколько людей по этой рекламе соберется вечером возле трактира, в котором до прихода в город воинских частей Конфедерации заседала местная Гильдия Наемников. Вскоре, мое любопытство было удовлетворено, поскольку наша автоколонна подъехала к городским воротам, я предъявил территориалам, охранявшим въезд, сопроводительные бумаги, и мы направились в город. Около десяти минут автоколонна петляла по кривым улочкам и, наконец, машины остановились на стоянке рядом с широким и приземистым двухэтажным зданием. Это и был тот самый знаменитый трактир для наемников и повольников, и именно здесь нас уже ожидал Игнач со своими пластунами.

— Привет, Игнач, — я присел напротив сержанта, который примостился в самом светлом, просторном и, следовательно, почетном углу заведения. — Рассказывай, как у тебя дела обстоят.

— Салют, Мечник, — крепкое рукопожатие, — Нам, сколько бойцов для Кары надо набрать?

— Ты ведь знаешь, тысячу.

— Нормально, значит, в три дня управимся.

— Не может такого быть, — я не поверил и цыкнул зубом. — Максимум, сколько наберем, сотен пять и это, если нам повезет.

— Давай поспорим, — Игнач подался над столом чуть вперед, видать, на азарт его пробило.

— А давай, — согласился я. — На что спорим?

— Ну, — казак почесал затылок, — если ты выиграешь, то я на тебя полгода бесплатно работаю, а если за трое суток тысячу стволов наберем, то ты мне на такой же срок жалованье удваиваешь.

— Согласен.

В победе я был уверен, поскольку считал, что здесь такое количество бойцов не набрать. Да, вольных и рисковых людей в городе много, но воинов среди них процентов пять, не больше, по крайней мере, в прошлый свой приезд в эти края, я видел, что все обстоит именно так. Черт! Я ошибался и уже через шестьдесят часов был подписан тысячный контракт. Я проиграл, но дело было сделано, и для меня это основное.

Глава 19

Кубанская Конфедерация. Краснодар. 16.01.2063

— Фамилия, имя, отчество, позывной, — уставшим и монотонным голосом спрашивает очередного претендента, расположившийся за соседним столом пластун из казаков Игнача.

— Петренко Семен Павлович, — отвечает ему невысокий, но плотный дядя лет около сорока в длинной кожаной тужурке и черном танковом шлеме. — Позывной Петруха Броневик.

Я сижу позади этого стола и нахожусь в тени, понемногу и никуда не спеша, попиваю свежее пивко и наблюдаю за происходящим.

— Что умеешь?

— Стреляю хорошо, профессионально владею ножом и саблей, неплохой рукопашник, немного вожу машину.

— Как со здоровьем?