Три судьбы—2 - Алексей Лапин

квартиру, и железная болванка упадёт с грохотом на пол. Но полковник успокаивал себя тем, что за дверью, из-за которой доносилось монотонное бурчание телевизора, лежит мохнатый коврик, и он приглушит звук. Однако оперативник умудрился провернуть ключ в личинке, зажав его меж двух рифлёных проволочек.

«Хоть выламывать не пришлось», — с облегчением вздохнул Леонтьев и взмахнул рукой. По этому сигналу трое оперативников друг за другом вошли в квартиру. Эффект внезапности был обеспечен. Мужчины заглянули в зал, в котором никого не оказалось, Владимир остался в прихожей, ему было интересно, как поведёт себя Сергей до того, как увидит своего главного преследователя.

— Что происходит, вы кто? — донёсся из кухни голос Сергея, и в его интонации было больше удивления, чем страха.

— Спокойно, это милиция! Майор Климкин, уголовный розыск.

— Слава Богу, не грабители! Почему же вы не позвонили? Я бы сам открыл вам дверь.

— Поступил сигнал о том, что в квартиру проникли посторонние лица. Гражданин, предъявите, пожалуйста, документы и объясните, на каком основании вы здесь находитесь.

— Какие «посторонние лица»? Да я уже шестой год снимаю эту квартиру. Паспорт мой в комнате, сейчас покажу.

Владимиру было видно, как в сопровождении Виталия Скворцов, в синих джинсах и красной футболке, проследовал в комнату, не обратив внимания на стоящего в коридоре человека.

— Вот, пожалуйста, — донёсся его уверенный голос.

— Вербицкий Сергей Сергеевич, — громко и с выражением произнёс Климкин. — А договор аренды квартиры у вас имеется?

— Да кто же сейчас официально жильё сдаёт и налоги платит? Хозяин в Чите живёт. А я его бывшей передаю деньги каждый месяц.

— А сами-то зарегистрированы в Геленджике.

— И что тут незаконного? В собственной квартире прописан. То тут живу, то там, то у жены. Имею право.

Владимиру надоело стоять в коридоре и слушать этот фарс, и он вошёл в комнату с пистолетом в руке. Он понимал, что нелепо бряцать оружием перед беззащитным человеком, находившимся в окружении троих оперативников. Но ему хотелось воссоздать ситуацию почти шестилетней давности, когда Сергей держал его на мушке.

— А давно вы стали Вербицким, господин Скворцов? — небрежно спросил Леонтьев. — Я вот почему-то думал, что вы возьмёте фамилию Волошина.

Ему хотелось, чтобы в этот момент с беглеца, как говорится, слетела вся спесь, и он по-настоящему испугался. Но тот уже настолько вжился в роль добропорядочного гражданина, что спокойно глядя Леонтьеву в глаза, уверенно ответил:

— Вы меня с кем-то путаете.

— Эх, Сергей, Сергей! Ты же говорил, что бывших оперов не бывает. Или ты исключение? Понятно, что свои отпечатки пальцев в милицейской базе ты уничтожил. И в джипе, когда ты бежал из него, оставив на трассе двух заложниц, тоже всё протёр. И кровных родственников у тебя нет. Но неужели ты думал, что я пока я в больничке с прострелянной башкой валялся, ребята из моего отдела не собрали твои отпечатки, потожировые следы и образцы ДНК в твоём доме и офисе? Так что идентифицировать твою личность не составляет никакой сложности.

— А можно на пару минут с глазу на глаз в кухне переговорить и прояснить все детали?

— Да запросто. По старой памяти.

Сергей вышел из комнаты, Владимир пошёл за ним, сделав парням знак, что всё в порядке, они могут оставаться в комнате. Подойдя к плите, беглец отключил газ под кастрюлей, в которой варились макароны. Оперативник улыбнулся: милиционеры застали опасного преступника за невинным домашним занятием.

— Ну, и как ты узнал про Волошина? — спросил Сергей.

— Про то, что он твой биологический отец? Ты сохранил одну опасную фотографию. Некой Лили Пятницы. Она и рассказала о романе твоей матери с Волошиным. Кроме того, деньги-то за его проданный дом Захаров тебе привёз. Разве нет? Я думал, ты сделаешь документы на фамилию Волошина.

— Так и было. Но потом я женился…

— И чем ты сейчас занимаешься?

— Не поверишь. Домашним хозяйством. Дочь воспитываю, ей четыре года…

— Примерный семьянин? — Владимир присел на стул спиной к стене. — Как удивительно.

— Такая вот перипетия, внезапная перемена в судьбе. А знаешь, в чём радикальное отличие задач от проблем? Задача — это когда надо попасть в цель. Проблема — когда в тебя целятся!

— Ну что же, тогда пистолет был у тебя, и ты прикрывался моей дочкой и беременной женой. Сейчас диспозиция коренным образом изменилась. Пистолет у меня, и прикрываться тебе некем.

— Не хотел я в тебя стрелять, Володька. Уж ты поверь! Просто не к месту и не ко времени ты заявил, что Сашка не мой сын, а Мудрова. Я и без того в стрессовой ситуации был, а тут и вовсе сознание помутилось… Я очень рад был, когда узнал, что ты выжил и даже на работу вернулся. Ты был моим единственным другом.

— Я тоже не хочу в тебя стрелять, так что не провоцируй. Если что, попаду не в лоб, а в коленную чашечку. Это больно. Давай спокойненько наденем наручники и поедем кататься по Ростову. Правда, недолго будем колесить.

— Я всё равно не твой клиент. Твоё дело только оформить задержание, а далее организовать моё этапирование в родной Омск. Так сказать, по подсудности, — усмехнулся Сергей.

— Так я и сделаю. А ты на что надеешься? На то, что сбежишь на этапе, как Золотовы? Или на то, что присяжные тебя оправдают? И то и другое весьма сомнительно.

— В сортир-то я могу зайти на дорожку?

— Да, пожалуйста. Пистолет твой на месте, за трубой, только, уж извини, но он разряжен, так что вряд ли пригодится.

Скворцов стоял посреди кухни, переступая с пятки на носок и слегка раскачиваясь взад-вперёд. Леонтьев помнил, что он всегда так делал, когда волновался или принимал важное решение. Внимательно оглядев помещение, будто видит его в последний раз и прощается, Сергей спросил:

— А на последнее желание я имею право?

— Тебя же не на расстрел ведут, пока только в камеру.

— Но ты же понимаешь, что на свободе мне уже до конца жизни не выпить. Пять минут на пороге вечности ничего не решают. Давай так. Рюмка водки, сигарета — и поехали.

— А говорил, что вечность — временное решение, пока не определится начало и конец.

— Это не я, а Ежи Ленц.

— Ты же не водку, а виски пьёшь? — перевёл Владимир тему ближе к ситуации.

— Вот его и выпью. С твоего позволения. Тебе не предлагаю, ты при исполнении.

Сергей достал из шкафа початую бутылку виски и налил грамм сто в хрустальный стакан. Отпил большой глоток, прикурил сигарету прошёл на лоджию и спросил:

— Как ты меня нашёл?

— Случайно увидел на проспекте, а вычислить квартиру — дело техники.

— Ну что же, всем правит случай.