Три судьбы—2 - Алексей Лапин

тут, кроме жратвы, нечего. Дверь стоит старая, хозяйская, хоть и металлическая, но китайская, копеечная. Металл как фольга, консервным ножом можно разрезать, но это долго. Проще с ноги выбить. Могу с пары ударов вышибить, а то и с одного.

— На такой случай я слегка шурупчики на замках ослабил, — плутовато улыбнулся Андрей.

— Отлично! Ну что, господа домушники, теперь можно расходиться по своим домам, — с чувством выполненного долга сказал Леонтьев, надеясь на то, что вскоре снова побывает в этой квартире, но визит окажется более результативным.

Никто не хотел стрелять

Новочеркасск, ноябрь 2010 г

Сохранив текст, Сергей сразу же отправил его на электронный адрес частной фирмы, для которой делал переводы, и отправился в детскую, где спала его малышка. Посмотрев на настенные часы в форме сказочного Вини Пуха, показывающие пятнадцать часов семнадцать минут, он решил, что дочка может ещё немного поспать, пока он сварит овощной суп.

В Ростов он прилетел из Новосибирска, куда его довёз знакомый Захара дальнобойщик. В донской столице Сергей снял квартиру на улице Лермонтова. Это был первый вариант, который он посмотрел и сразу же на нём остановился. Высотка стояла почти в центре города, из окон открывался отличный вид на город, и в то же время дом был неприметным, с удобным расположением. Угловая квартира, последний этаж, минимум соседей. Это было то, что надо.

Хозяин рассказал, что уже много лет живёт в Чите и возвращаться в Ростов не собирается, поэтому сдаёт квартиру на длительный срок, до тех пор, пока его сыну не исполнится восемнадцать лет. Ребёнка ему родила женщина, на которой он жениться не собирался, но о мальчике заботился. Сергей должен был раз в месяц передавать ей деньги за квартиру, что он регулярно делал.

Ростов он выбрал из-за удалённости от Омска и потому что это крупный город, в котором нет знакомых, легко затеряться и начать своё дело. Но чем дольше он в нём жил и размышлял, чем хотел бы заняться, тем больше понимал, что ничем.

Он ведь и в Омске никогда ничего толком не производил, а скупал по наводке Волошина по дешёвке, пользуясь депутатским статусом, офисные здания и склады, которые сдавал. А когда наконец-то замыслил серьёзный проект по возведению коттеджного посёлка и основательно к этому подготовился, расчистив вокруг себя пространство и устранив мешающих бизнесменов, тогда всё и закончилось. Остался только взятый в банке крупный кредит, который он успел обналичить и спрятать в сейфе в доме Захарова.

А сейчас, в чужом городе, без поддержки и связей, начинать какой-то бизнес, когда тебе уже пятьдесят, казалось опасным и бесперспективным. Тем более что пришлось бы регистрировать предприятие и светиться перед налоговыми органами. А он не хотел оставлять никаких следов в городе, где собрался жить. Даже покупать и регистрировать машину.

Он съездил на автобусе в Геленджик и купил двухкомнатную квартиру в старой кирпичной пятиэтажке, зато из окон было видно море, пусть и вдалеке. В ней он и зарегистрировался. В приморском курортном городке столько отдыхающих, что никому ни до кого нет дела.

Слетав в Ларнаку, он снял деньги с кипрского счёта, после чего окончательно завершил эпопею своей жизни под фамилией Скворцов, уничтожив свой старый заграничный паспорт.

Познакомившись с Яной, Сергей создал новую семью и взял её фамилию. Они поженились в Геленджике. Меняя после бракосочетания российский паспорт и водительские права, он удовлетворённо думал, что теперь все документы у него настоящие, не подкопаться.

Он купил жене новую машину, она очень любила сидеть за рулём, и они часто приезжали в Геленджик дышать морем и прогуливаться по бесконечной набережной. А он просто спрятался за Яну, предоставляя ей возможность решать ей все бытовые дела и быть его личным водителем. Даже когда он нашёл объявление о том, что фирме требуется переводчик с английского, попросил жену оформить договор на неё, и работал на дому, получая и отправляя тексты электронной почтой. Это было скорее хобби и способ тренировки мозгов, тем не менее, работа неплохо оплачивались.

Когда дочери исполнилось три года, Яна вернулась на работу, уезжала рано утром и возвращалась поздно, а он остался с дочкой, а если жена отвозила её к тёще, то и вовсе один. Занимался переводами, готовил ужины, и такое положение дел его вполне устраивало. Иногда он сам себе удивлялся. Как из деятельного мужчины, привыкшего к власти и известности, он сумел превратиться в обычного домоседа, сидящего за компьютером и поливающего клумбы в собственном дворе?

Соврав, что съёмную квартиру он освободил, Сергей объяснил жене, что иногда хочет побыть один, и будет периодически ночевать в её ростовской квартире. Она не возражала, довозила его до дома и даже не звонила вечерами, чтобы проверить, не изменяет ли он ей. А он пешком отправлялся на Ворошиловский проспект и нырял в своё убежище, от которого так и не смог отказаться, потому что о нём никто не знал, даже Яна, и там он мог остаться наедине с собой и своими воспоминаниями.

За бутылкой виски чаще вспоминалось всё лучшее и светлое, что было в молодости, которую уже не вернуть, как и дорогих людей, бывших тогда рядом. Сейчас у него есть только Яна и дочь, и он старался приносить им радость, и сам радовался, когда они смеялись счастливым смехом, получая подарки и собираясь к морю.

После кошмарной ночи, когда ему приснился сон о том, как его ведут на расстрел, Скворцов узнал, что Мудров возглавил донскую милицию. В первый момент он испытал глубочайший шок, но потом успокоился, решив, что шанс столкнуться с начальником главка лично равен нулю, да и в этом случае Алексей вряд ли бы его узнал. Того, что из Омска в Ростов переедет Леонтьев, Скворцов предположить никак не мог.

Ростов, декабрь 2010 г

Четверговым вечером Леонтьев позвонил Мудрову и возбуждённо выпалил:

— Есть! Птичка в клетке! Скворцов только что вошёл в квартиру. Будем брать.

— ОМОН задействовать?

— Сами справимся.

— Ладно, только не геройствуй на этот раз, — дал добро генерал-майор.

На машине Владимира они с Виталием домчались от главка до нужного адреса, не взирая на пробки, за восемь минут, надеясь, что за это время Сергей никуда не денется. Андрей со своим запыхавшимся напарником, который на всякий случай поднимался по лестнице пешком, уже ждали их на площадке у лифта.

Мастер по вскрытию дверей отмычками подошёл к квартире и, присев на корточки, с сосредоточенным выражением лица приступил к работе. Первый замок он открыл так же легко, как и в прошлый раз. Во втором оказался ключ, и Леонтьев с замиранием сердца ждал момента, когда Андрей вытолкнет его в