Черные руки - Стас Бородин

Колдун захохотал, хлопая своего питомца по щеке.

— Разве это не прекрасно?

— Это ужасно! — закричал я. — Что вы с ним сделали! Как вы могли!

— Он сам на это согласился, — остановил меня Никос. — Спроси его сам.

Я склонился над ужасным существом, лежащим в тележке, и, почувствовал непереносимый смрад, идущий от него. От Пожирателя пахло дерьмом, мочой и потом.

— Аларх, — я приблизил лицо к его безобразной морде. — Ты меня узнаешь?

Чудище захрипело и качнуло головой.

— Он говорит, что узнает, — сказал мастер Медрауд. — Я же говорил, что он в полном сознании! Задавайте ему только простые вопросы, на которые можно дать ответ простым кивком.

Преодолев отвращение, я положил ладонь ему на плечо.

— Они утверждают, что ты на это сам согласился, — сказал я, борясь со слезами. — Неужели это правда?

Пожиратель кивнул. В его горле что-то заклокотало, а раздвоенный язык принялся хлестать по щекам.

— Это он так смеется! — пояснил мастер Медрауд.

Я отдернул руку. Пожиратель казался сгустком маны, которая приобрела физическую форму. Я почувствовал огромную силу, заключенную в этом деформированном теле и мне стало страшно.

— Но это же отвратительно! — закричал я. — Знал бы ты, как сейчас выглядишь!

Существо вновь захрипело, а раздвоенный язык обрызгал меня слюной.

— Он любит разглядывать себя в зеркало, — мастер Медрауд набросил на своего ученика плащ. — Могу вас уверить, он вполне доволен своей внешностью.

Все это было настолько нелепо, что я просто опустил руки. Спорить было бесполезно. Аларх больше не был человеком, так что вполне возможно, что и мыслил он теперь не так как люди.

— Ну что, поехали? — сказал мастер Медрауд, впрягаясь в оглобли тележки.

Мастер Бланад стоял у ворот и всматривался в кромешную тьму.

— Для вас хорошая новость, мастер Маркус! — воскликнул он, завидев меня. — Ваша подружка прибудет с минуты на минуту. Я только что придушил шпионов, что шли за ней по пятам, и сейчас веду ее к нам!

Я увидел призрачные нити маны, которые струились с пальцев Привратника в темноту за воротами.

— А вот и она!

Из черного провала ворот выбежала Хрианон. Ее руки были вытянуты вперед, она словно сжимала невидимую нить.

— Спасибо, мастер Бланад, — воскликнул я, и подхватил перепуганную девушку за талию.

Хрианон была одета в корнвахскую накидку из волчьей шкуры и остроконечную шапку, насквозь пропитавшуюся водой. Ее лицо и руки были перепачканы грязью, так что отличить ее от кочевника было практически невозможно.

— Это я, Хрианон! — воскликнул я, поворачиваясь к свету, чтобы девушка могла разглядеть мое лицо.

— Да чтоб меня! — пискнула она. — Я себе все штаны обмочила, когда что-то невидимое схватило меня и поволокло к крепости!

— Это был я, — поклонился мастер Бланад. — Извините за грубость… Я, просто боялся, что вы упадете в ров, или попадете в ловушку.

— Зато вы протащили меня по всем полуразложившимся трупам, которые я бы предпочла обойти! — Хрианон брезгливо вытерла руки о плащ.

— Зато мастер Бланад прикончил шпионов, что шли за тобой по пятам, — сказал я.

— Шпионов? — Хрианон надулась. — Я думала, что ускользнула незамеченной…

— Их было трое, — мастер Бланад был явно не в своей тарелке. Хрианон могла довести кого угодно до белого каления! — Один корнвах, один наемник и какой-то старик.

— Похоже, что вы прикончили советника Григина, — хихикнула девушка. — Он весь вечер шпионил за мной. Я то думала, что сумела его обмануть!

— Выходит, что вы ошиблись, — мастер Медрауд важно поклонился. — Не возражаете, если я приглашу вас на завтрак, после того, как мы покончим с этими вонючими варварами?

Хрианон пристально посмотрела на колдуна и засмеялась.

— И чем вы меня будете угощать? Овсом? — она кивнула на оглобли, которые мастер-колдун держал в руках. — Мне раньше не приходилось встречаться с говорящей лошадью!

— Скорей со старым ослом, — буркнул мастер Медрауд и отвернулся. Из-под плаща на тележке послышался хрип и отвратительное бульканье. Пожиратель смеялся.

— Мы уходим, Хрианон, — сказал я. — Если Орваду будет угодно, мы еще встретимся.

— А как же я? — девушка вспыхнула. — Ты опять от меня убегаешь?

— Мастер Бланад о тебе позаботится, пока нас не будет, — сказал я.

Мастер Бланад кивнул и важно подкрутил усы.

— Нам нужно идти, — сказал Никос, берясь за оглоблю повозки Пожирателя. — Было очень приятно познакомиться с вами, молодая леди.

Хрианон открыла было рот для ответа, но стушевалась. Пользуясь ее замешательством, я тоже вцепился в оглоблю, и мы поволокли Потрошителя в темноту, которая поглотила нас, едва мы ступили за ворота.

Дождь продолжал занудно моросить. Наши ноги вязли в липкой жиже, а тележка, облепленная грязью, порой казалась совершенно неподъемной.

Тьма была плотной и мокрой, как плащ стражника. Чтобы хоть как-то ориентироваться в темноте, я выбросил несколько нитей маны, которые ощупывали землю в нескольких метрах впереди от меня, предупреждая о ямах, лужах и торчащих из грязи скелетах.

Мои друзья делали то же самое, я это понял, когда моя мана столкнулась с маной Никоса и мастера Медрауда.

Мы двигались, как слепые крабы на дне моря, ничего не видя вокруг себя. Ориентиром нам служило только призрачное свечение на холме, до которого, казалось, было так же далеко, как и до звезд.

Колеса повозки уже давно не поворачивались, они просто скользили по грязи, как неуклюжие сани. Кости с треском ломались у нас под ногами, и я каждый раз вздрагивал, ожидая криков корнвахских патрулей и свиста отравленных стрел.

Пожиратель неустанно булькал, хрюкал и хрипел, накрытый плащом. Его, очевидно, очень забавляла наша возня!

Моя правая нога внезапно угодила в яму наполненную водой, и я рухнул на бок, выпустив из рук оглоблю. Тяжело дыша, я выбрался из грязи и, уцепившись в тележку, попытался встать на ноги.

— По самые колокольца? — прошипел я, когда Никос подхватил меня под локоть. — Я бы сказал, по самые брови!

Из повозки вновь послушалось кряхтение и фырканье.

— Тихо! — шикнул мастер Медрауд. — Кочевники!

Мы застыли, стараясь не выдать своего присутствия даже звуком. Пожиратель тоже притаился.

Совсем рядом послышалось чавканье конских копыт. Я вытянул вперед нити маны и нащупал пятерых всадников. Они ехали гуськом. Кочевники были вооружены копьями и топорами. Свои луки и стрелы они тщательно укутали в волчьи шкуры, защищая их от непогоды.