Черные руки - Стас Бородин

В голове у меня раздался смех.

— Теперь мне уже никто не сможет помешать, человечек! Этот маг мой! А призраков можешь оставить себе!

Из тела Пожирателя хлынула мана. Она волнами вздымалась к самым небесам, расползаясь в разные стороны как грозовая туча. Маг Грениркаст вскинул голову вверх и отчаянно закричал, поднимая руки, словно заслоняясь от невидимой угрозы. Он сразу же почувствовал чудовищную силу Пожирателя, и это привело его в ярость!

Маги-помощники замахали руками, отдавая приказания командирам отрядов кочевников, охранявших холм.

Завыли трубы, загремели барабаны. Маги словно с цепи сорвались! Они принялись бегать меж рабов, разя их кинжалами направо и налево. Мертвые тела валились на землю, а они продолжали свое дело, ступая прямо по трупам.

Несколько отрядов кочевников ринулось к нам. Они размахивали пылающими факелами и длинными бамбуковыми копьями. Воины были выкрашены голубой краской с ног до головы, а гривы и хвосты их скакунов были огненно красными.

— Личная охрана магов! Их несколько сотен, — прикинул Никос. — Мне понадобится твоя помощь!

Я встал на колени и призвал ману.

— Помни, — Никос поднял руки. — Экономь силы! Сначала защита, и только потом нападение! Нужно любой ценой остановить дикарей!

Привычным движением я развернул над головой сеть, закрывающую нас от стрел. Из рук Никоса вырос целый лес смертоносных пик, направленных в сторону приближающейся кавалерии.

Мастер Медрауд распрямился в полный рост позади нас. Я почувствовал, как лезвия маны срываются с его пальцев и исчезают под землей!

Земля, казалось, застонала! Я увидел, как из нее появляются призрачные щупальца с острыми когтями! Они извивались, пытаясь дотянуться до нас, но мастер Медрауд безжалостно обрубал их невидимыми мечами, разя скрытых под землей монстров сверкающими клинками из раскаленной маны!

Чудовищная голова с выпученными глазами и разинутой пастью появилась прямо у меня под ногами! Воздух наполнился смрадным дыханием страшной твари, а на мои латы брызнул кипящий яд. Я закричал! Щит, который я держал над головой, закачался и чуть не рассыпался.

— Ты в магических доспехах, — рявкнул Никос. — Они ничего не смогут тебе сделать!

Пожиратель захохотал, мне казалось, что мой череп превратился в барабан, по которому лупит безумная обезьяна! Слезы брызнули у меня из глаз, а сердце колотилось так, что только магический панцирь мешал вырваться ему наружу!

Страшные челюсти сомкнулись с ужасающим треском. Закрыв глаза покрепче, я стиснул зубы и вцепился в свою сеть из маны как в спасательный круг.

Я слышал, как зубы чудища скрежещут по моим доспехам, не в силах их прокусить! Я чувствовал, как страшные когти, раз за разом вонзаются в мой панцирь и скребут меня по спине.

Демоны бесновались вокруг нас. Они плевались ядом, стегали нас шипастыми хвостами, рвали изогнутыми когтями, но никак не могли добраться до плоти, защищенной магической броней.

— Правда, весело? — засмеялся мастер Медрауд, разрубая на части очередное чудовище.

Я тоже засмеялся, глядя как страшные челюсти, брызжущие ядовитой слюной, смыкаются у меня на ноге.

Никос тоже улыбался, не отрываясь наблюдая за приближающимся врагом.

Конница корнвахов налетела на невидимые пики со всего размаху! Над нашими головами трещали, разлетаясь в щепки стрелы. Кричащие всадники и обезумевшие кони висли в воздухе, пронзенные насквозь призрачными остриями, а под нашими ногами бесновались тысячи демонов!

Свалка была страшной! Мимо меня пролетел горящий факел и с шипеньем упал в лужу рядом с Пожирателем.

Мастер Медрауд загородил ученика своим телом и вскинул руки. Меня обдало кровавыми брызгами! Разрубленные на части кочевники посыпались из седел.

Никос уронил свои пики на землю. Его глаза лихорадочно блестели сквозь опущенное забрало.

На земле шипели, брызжа искрами факела. Дрыгали ногами умирающие кони, стонали раненные люди.

Мастер Медрауд хлопнул в ладоши, и всю эту копошащуюся на земле массу вдавило в грязь. Словно огромная невидимая нога, наступила на нее сверху. Стоны и движение прекратились.

Я видел, как лужа, в которой я стоял, окрасилась в красный цвет. Это было просто омерзительно!

Тем временем на холме вокруг истукана кипела бурная деятельность. Гора трупов росла с каждой минутой.

Маг Грениркаст вцепился мертвой хваткой в своего идола. Его сотрясали страшные конвульсии.

— Недолго осталось! — рявкнул мастер Медрауд, поворачиваясь к своему ученику. — Нельзя больше ждать!

И тут я увидел, как из облака маны, закрывшего полнеба, пошел дождь! Серебристые струйки падали на мертвые тела рабов. На страшного идола, на Грениркаста и на магов, в окровавленных балахонах.

Голубые магические сферы разом погасли, остались только сыплющие искрами факела. Маги встревожено закричали и бросились к своему командиру. Их было человек тридцать. Все в грязных балахонах, едва прикрывающих колени. Босоногие, с мокрыми косицами, обернутыми вокруг шей и с окровавленными лицами.

Выстроившись вокруг главного мага, они спрятали кинжалы в ножны и взялись за руки.

Земля затряслась. Я почувствовал, как что-то огромное ворочается у меня под ногами!

От магов во все стороны поднимались черные пики зловонной маны, создавая вокруг них непроницаемую стену. Теперь уже было слишком поздно! Я оглянулся на Пожирателя, и в голове у меня послышался тихий смешок.

— Все только начинается, человечек!

Серебристые нити, падающие на землю, застывали как невесомые паутинки и трепетали на ветру. Они цеплялись за каждое мертвое тело, лежащее на земле, за каждый камень, за каждую травинку. Все было точно как в тот раз, в пещере глубоко под землей, когда я впервые увидел мир глазами чародея.

Пожиратель зашипел и откинулся назад, едва не перевернув тележку, на которую опирался спиной. Я увидел, что нити маны натянулись и зазвенели, словно огромная арфа.

Мелодия была столь нежна и упоительна, что даже маги застыли на своем холме, прислушиваясь.

Идиллия, однако, продолжалась не долго. Вскоре струны зазвенели более резко и тревожно, натягиваясь все сильнее и сильнее. Холм, на котором стоял идол, словно ожил!

Мертвецы зашевелились, оживленные страшными чарами Пожирателя! Они, словно марионетки, которых опытный кукловод тянет за нити, вставали на ноги и устремлялись к магам, окружившим стеной своего истукана.

Мертвых было много, несколько тысяч! Из их вспоротых животов свисали внутренности, а бледные обескровленные лица кривились в страшных гримасах!