Когда встречаются мосты - Юлия Владимировна Климова

и посмотрел на остатки телятины, размышляя, доесть или нет. – У Келли все схвачено, ее услугами пользуются на разных уровнях. Да и сироткам хорошо, а она предпочитает заманивать в сети именно их. У девчонок есть шанс неплохо устроиться в жизни. На длительное время или навсегда, это уж как талантов, хитрости и ума хватит. А иначе, что их ждет? Побирушничество и грязная работа. Летом и осенью Эвелин Келли отправляет красоток прогуляться по городу в те места, где собираются толстосумы. Например, Рассел наверняка с ней в сговоре, ему выгодно такое сотрудничество: его гости знают, что здесь можно посмотреть на «товар». Сначала одна зайдет, потом другая… А он в это время не устает продавать телятину, джин, виски и кларет.

Ричард слушал приятеля, не перебивая, продолжая внимательно следить за стройной черноволосой девушкой. Внешняя хрупкость была обманчива, это чувствовалось. Пустышки совсем иначе ведут себя и взгляд у них вовсе не глубокий. А Ричарду удалось на мгновение поймать взгляд незнакомки, когда она, ожидая хозяина заведения, еще раз оглядела зал.

«Давно я не испытывал такого желания, – мысленно усмехнулся Ричард, представляя, как берет девушку за подбородок и чуть приподнимает ее голову. Вот тогда их взгляды точно встретятся надолго… – Ты будешь моей. Будешь».

Старик Рассел появился около стойки, охотно взял у девушки конверт и одарил ее улыбкой. Его седые кустистые брови задергались, а голос прозвучал громче обычного:

– Благодарю! Обязательно передавайте от меня наилучшие пожелания мисс Эвелин Келли. Я всегда рад получить от нее весточку.

– …спасибо, я непременно передам, – донеслись последние слова девушки. Она ответно улыбнулась и направилась к выходу.

Ричард поднялся, громыхнув стулом, и понял, что уже выпил лишнего, тут же проигнорировал эту мысль, быстро глянул на Уильяма, давая ему понять о своих намерениях, и направился вслед за девушкой. Его шаг был широк, а в душе нарастало нетерпение, которое хотелось немедленно погасить. Ричард Хартвилт никогда не был из тех, кто ходит кругами или подбирает нужный момент. Если все решено, то зачем тянуть?

Он настиг девушку около двери, подхватил ее за локоть и ловко развернул к себе, нарушая все возможные правила этикета. Но разве с «товаром» нужно церемониться? Да и вряд ли девчонка, пока принадлежащая неведомой Эвелин Келли, расстроится, осознав, какая удача ей выпала сегодня. Граф Ричард Элиот Хартвилт редко обращает внимание на подобных особ. Если только раз в тысячу лет.

– Кто вы? – спросила она и замерла от удивления.

– Мы непременно познакомимся поближе, – усмехнулся он. – К чему торопиться?

И его ладонь медленно стала подниматься вверх к ее плечу…

– Что вы себе позволяете? – Губы девушки побледнели, глаза будто стали еще темнее, а на щеках появился румянец. Нет, она не смутилась, она гневалась.

– Я думаю, мы с тобой можем устроиться за столиком и обо всем договориться. Ты же не просто так приколола лист гейхеры, правда? – Ричард кивнул на дальний столик около окна и сжал плечо девушки, пытаясь подтолкнуть ее к действию.

Она глубоко вдохнула, задержала дыхание, выдохнула, помедлила лишь секунду, а затем со всей силой, на которую была способна, оттолкнула Ричарда и вылетела на улицу.

– Черт, а она не так проста! – донесся веселый возглас Уильяма.

– Ничего, – тихо произнес Ричард, – значит, поговорим с мисс Эвелин Келли.

И его глаза холодно блеснули.

Глава 21

«Нет ничего хуже высокой кухни, – Глеб поморщился, глядя на зеленый муссовый кубик, украшенный желтым слизким соусом, и перевел взгляд на то место, где еще недавно лежала креветка. Креветку он съел, но вот остальное… – Если бы я был улиткой, то вы бы могли принести мне это, но я не брюхоногий моллюск, что в общем-то не так уж и трудно заметить».

Он подал знак официанту и взял мобильник. Надо бы написать Никите. Пора. Еще не факт, что «принц» сорвется с места сразу. Хотя… Сорвется. Куда ж он денется.

– Как вам блюдо? – участливо-профессионально поинтересовался официант.

– Ну-у, – протянул Глеб и щедро улыбнулся: – Ваш шеф-повар сумел меня удивить. От души желаю ему есть подобные шедевры на завтрак, обед и ужин каждый день ближайшие сто лет подряд. Принесите рибай с прожаркой медиум. – Глеб усмехнулся и добавил тише: – Сегодня много крови не надо… Ее и так будет предостаточно.

Женю он проводил до перекрестка, где и намечалась встреча с Сергеем. Держался на расстоянии, не торопился и тихо насвистывал, пребывая на волнах отличного настроения. Всегда же приятно знать заранее о намерениях противника и тем самым быть на шаг впереди него.

«Давай, рассчитывай все до мелочей, засекай время, полируй свой подленький план до блеска, но… я рядом. И ничего-то у тебя не получится».

Когда Женя села в машину, Глеб продолжил идти по тротуару неторопливо, сунув руки в карманы недавно купленных брюк дымчато-угольного цвета, и лишь через десять минут вызвал такси. Внутренний навигатор работал без сбоев и требовалось расстояние, чтобы следить за передвижением Жени и «рулить» водителем.

Ресторан впечатлял, однако Глеб сразу понял, что хорошенько поужинать здесь не получится. Когда из еды делают шоу, то весело только первый час, а потом банально хочется есть. Нормальный салат и кусок мяса становятся мечтой. Однако и то и другое здесь, скорее всего, подадут размером с воробьиную порцию и непременно украсят витиеватыми финтифлюшками.

Свободных столиков имелось не так уж и много, и Глеб занял тот, который давал необходимый обзор. Сергей и Женя сидели в отдалении левее, и декорации интерьера, которых было предостаточно, удачно не закрывали их.

«Да, этот столик подходящий. То, что надо. Сначала ты Женьку, конечно, накормишь, а потом… Подождем…»

Глеб специально поинтересовался у Никиты, какие у того планы на вечер. Спасать «принцессу» все же должен именно тот, кому и положено по продуманному сюжету, и иные варианты тут категорически не подходят. Ставки сделаны, и они известны. Законченная скотина по имени Сергей надеется заполучить Женьку, а Глеб… Голубые глаза заискрились. А он собирается разбудить в двух душах то чувство, которое не подчиняется приказам и всегда вспыхивает и гаснет, не ведая каких-либо правил и логики.

«И кто же одержит победу? Бесспорно, я». – Глеб развалился в комфортном бархатном кресле в ожидании закусок. Теперь, когда ситуация была под контролем, он мог вновь подумать о Даше и в миллионный раз вспомнить вчерашний вечер до мелочей. До поворота головы. До ее вдохов и выдохов. До обжигающих слов и звенящей в каждой клеточке тела страсти. Его тела. Его страсти. И попробуй пойми, какие чувства