Когда встречаются мосты - Юлия Владимировна Климова

будто этот ресторан создан для того, чтобы забыть о времени надолго и никогда потом об этом не пожалеть.

Обслуживание – это была отдельная история, каждое блюдо имело свою особенную подачу, которая сопровождалась коротким, но увлекательным рассказом официанта. Женя чувствовала неловкость и любопытство одновременно. Они начали ужин с сета от шеф-повара, включающего восемь маленьких закусок. Не все закуски понравились, а некоторые Женя пробовала даже с опаской. Сергей улыбался и подбадривал:

– Зато потом останутся неизгладимые впечатления. В таких ресторанах чаще стараются удивить, чем накормить.

– Поверь, я уже очень удивлена, – улыбалась в ответ Женя, пытаясь откопать в белой пене тот самый обещанный кусочек креветочного мармелада.

Очень понравился салат с сочетанием брезаолы, гребешка, груши и моцареллы. Горячее уже не влезало, но Сергей настаивал хотя бы попробовать, чтобы ознакомиться и с этим разделом меню. И выбор пал на палтуса, который был лаконичен и хорош сам по себе без каких-либо добавок. Женя проигнорировала соус и с удовольствием съела кусочек рыбы.

– Давай на днях выберемся в «Ривьеру». Я в этом парке был в прошлом году, – произнес Сергей, сделал глоток вина и вернул бокал на стол. – Там фотографироваться хорошо, а я бы хотел, чтобы у меня были твои фотографии. – Он чуть подался вперед, накрыл ладонью руку Жени и заглянул ей в глаза.

И это был тот взгляд, от которого должно было потеплеть в груди, но… этого не произошло. И Женя неторопливо, будто тоже захотелось вина, осторожно высвободила руку и потянулась к бокалу. Мамино кольцо блеснуло на пальце и неожиданно душа успокоилась и наполнилась легкостью. И тепло стало совсем от другого – от воспоминания.

В парке «Ривьера» Женя была месяц назад вместе с тетей Катей. Они неторопливо гуляли, вдыхая головокружительные ароматы мая, любовались розовой махровой сакурой, сиреневыми и кремовыми рододендронами и устремляющимися ввысь кипарисами, слушали звенящий от радости визг, несущийся от аттракционов, строили планы и ели ванильное и карамельное мороженое. Но больше всего Жене запомнилась несколько странная, но невероятно манящая достопримечательность – скамья примирения. Казалось бы, ничего особенного, два куба и сверху плита с угловатыми приподнятыми краями… Но если два поссорившихся человека сядут на эту скамью, то через некоторое время они непременно соприкоснутся плечами, потому что наклон с двух сторон заставит их «съехать» к центру. А находясь столь близко друг к другу вряд ли захочется вспоминать старые обиды…

И в тот момент, стоя перед этой скамьей, Женя подумала о Никите. Интересно, если их посадить на эти наклонные края, то они помирятся? Вряд ли. Но представить эту картину было забавно. А еще… папа был бы рад, если бы они стали нормально общаться. Вот только папы уже нет.

– Да, давай сходим в парк, – кивнула Женя. Неожиданно она пожалела, что убрала руку и не дала возможности Сергею продлить прикосновение. Быть может, в тот момент она смогла бы почувствовать больше и в их отношениях появилась бы та самая музыка, которая необходима сердцу… – И я даже решусь прокатиться на каком-нибудь страшном аттракционе.

– Да ты смелая девчонка, – широко улыбаясь, ответил Сергей. – Договорились. А вот и апельсиновый сок несут. Ты хотела сходить к витрине и посмотреть десерты. Пойдем прогуляемся?

– Ага.

Официант поставил на стол широкий стакан с соком, они поднялись и одновременно повернули головы в сторону стеклянной витрины, занимающей почетное место посреди зала. Витрина представляла собой серебристый полукруг, где на прозрачных полках, точно музейные экспонаты, гордо демонстрировали свою красоту авторские десерты.

– Извини… Я вспомнил, что забыл подтвердить съемку новых коктейлей… Мы с братом планируем поменять коктейльную карту. Давно нужно было это сделать, но вот что-то разленились и подзадержали новинки. Ты пока посмотри десерты, а я подойду через пару минут.

– Хорошо, буду тебя ждать.

– Обещай не принимать без меня никаких наиважнейших кондитерских решений.

– Обещаю, – засмеялась Женя и направилась к витрине.

Есть уже не хотелось, но устоять перед маленькими сладкими произведениями искусства было невозможно. Идеальные эклеры со всевозможной глазурью, бисквитные кубики с пиками крема и лепестками цветов, шоколадные пирамидки, обсыпанные орехами и золотой стружкой, торты с ягодными и кремовыми прослойками… И хотя стекло вряд ли пропускало какие-либо ароматы, Жене показалось, что она отчетливо улавливает и ваниль, и шоколадные ноты, и клубничные…

– На чем остановимся? – раздался за спиной голос Сергея.

– Было трудно, но… – Женя улыбнулась. – Я выбрала ежевичное суфле. Написано, что к нему подается пломбирный соус. Уверена, будет вкусно. Выбирай теперь ты.

– У меня все просто. Возьму черемуховый торт.

– Ого! Никогда не пробовала.

– Так может, передумаешь?

– Умеешь ты уговаривать.

– Или попробуешь у меня?

– Попробую. – Женя согласилась охотно, потому что в этом был определенный шаг к сближению. Сергей старался ее порадовать, и было приятно ступить на его волну и наконец-то расслабиться.

– Только давай закажем десерты через полчасика. Поболтаем пока немного и проголодаемся.

– Согласна, меня же еще ждет апельсиновый сок.

Неторопливо выпив половину стакана сока, Женя почувствовала себя странно. Голос Сергея будто отдалился. Столики, гости ресторана, официанты теперь то превращались в смазанные картинки, то вновь обретали четкость. Запахи еды стали более настойчивыми, отчего во рту появился неприятный солоноватый привкус. Ненавязчивая фоновая музыка задрожала и вызвала первый приступ головокружения. Женя поняла, что ее тошнит и сейчас бы умыться холодной водой и прийти в себя…

«Я выпила вина совсем немного… и это было не меньше часа назад… Что со мной?.. Не могла же я тут отравиться…» – пролетели обрывочные мысли, и Женя посмотрела на Сергея.

– Я отойду ненадолго, – произнесла она торопливо, стараясь не показывать своего состояния.

– Да, конечно.

Голова перестала кружиться, однако интерьер ресторана потускнел и теперь немного раскачивался. Женя уловила странную приятную слабость, разливающуюся по телу, кончики пальцев онемели, а тело наполнилось настойчивой воздушностью – сделай еще шаг и вероятно взлетишь. Настроение скакнуло резко вверх, затем вниз, поднялось и замерло на отметке вселенского равнодушия.

Туалетная комната была видна от кондитерской витрины, и Женя знала, куда идти. Остановившись около белоснежных раковин с оригинальными дизайнерскими изогнутыми кранами, она включила воду, подняла голову и посмотрела на отражение в зеркале. Вроде никаких перемен, вот только щеки порозовели.

Медленно Женя протянула руку к струе холодной воды, и кольцо блеснуло на пальце, будто желало поздороваться со всеми зеркалами и лампами сразу.

«Почему мне постоянно кажется, что оно блестит… Этого не может быть, оно уже старенькое и металл не из особо блестящих…»

Продолжить мысль Женя не смогла, тошнота резко подступила к горлу и это заставило устремиться к одной из кабинок, закрыть