Когда встречаются мосты - Юлия Владимировна Климова

дверь и судорожно вдохнуть и выдохнуть. Солоноватый привкус усилился, в груди запекло, реальность потеряла яркость красок, а душу будто окутало плотное облако тумана, но подумать об этом было некогда…

Ее вырвало.

И стало легче.

Вернувшись к раковине, Женя привела себя в порядок и попыталась настроиться на приятное продолжение вечера. Однако слабость не уходила, все предметы вокруг подрагивали и добавилось ощущение, будто некоторые мысли застревают на полпути и не каждую можно довести до логической точки. Тряхнув головой, добавив ко всем минусам еще и всплеск головокружения, Женя направилась к столику, стараясь идти ровно.

Она же практически не пила алкоголь, так отчего же иногда тянет то вправо, то влево…

– Заказываем десерты? – спросил Сергей, когда Женя села.

– Пока нет, давай еще немного позже, – ответила она.

– Ты вроде бледная. Все в порядке?

– Да. Здесь так вкусно, я объелась.

– Выпей еще сока. – И Сергей придвинул стакан к ней ближе. – Прохладный и освежающий.

Сок. Да, это именно то, что нужно. Женя поднесла стакан к губам и с удовольствием сделала несколько глотков. Тошнота наконец-то окончательно ушла, остался лишь кисло-сладкий апельсиновый вкус, который хотелось удержать подольше. Женя поняла, что туман вновь окутывает душу, тело, мозг… И это приятный туман, дарующий особенное звенящее спокойствие и одновременно – желание что-то делать, но что… не понятно. Допив сок, Женя вернула стакан на стол, с отстраненным удивлением оглядела раскачивающийся зал, наклонила голову набок и попыталась понять, отчего движения присутствующих невероятно медленные?..

– Пойдем со мной, – раздался бархатный голос Сергея.

– Куда? – спросила Женя, не сразу подобрав вопрос.

– Тебя ждет еще один сюрприз…

* * *

Англия

Первая половина XIX века

Граф Ричард Элиот Хартвилт никогда не стремился жить в Лондоне, его вполне устраивало родовое поместье вблизи Манчестера. Но к тридцати одному году он получил в наследство столько движимого и недвижимого имущества, что теперь семь городов встречали его гостеприимно, распахивая двери унаследованных домов. Дальние родственники умирали, оставляя Ричарду Хартвилту свое состояние, потому что он умел грамотно вести финансовые дела, не нарушал данных слов и пользовался значительным уважением в своих кругах. Да и не так уж много имелось претендентов на наследство в его роду, в основном дядюшки и тетушки были бездетны.

Женщины любили Ричарда Хартвилта скрытно или открыто и мечтали хотя бы об одном знаке внимания, но он не был из тех, кто расточает улыбки и комплименты направо и налево, однако его холодность и резкость лишь усиливали притяжение. Про его личную жизнь ходили разные слухи, но тайна оставалась тайной, если только обиженная на расставание любовница не начинала распространять гнев во все стороны. Графу Хартвилту было откровенно плевать на это, и он игнорировал любые вопросы и намеки от нетерпеливых и любопытных.

Являясь большим любителем лошадей, Ричард Хартвилт держал рядом с имением конный завод, куда свозились чистокровные и безупречные представители самых дорогих и красивых пород. Устраивая беговые испытания, отслеживая мощность каждого экземпляра, улучшая и продумывая корма, граф Хартвилт за шесть лет получил репутацию честного и успешного конезаводчика. И только потом, набрав добросовестных работников и определившись с управляющим, он позволил себе расслабиться и стал чаще выезжать из имения.

Ричард Хартвилт рано лишился матери, а отца похоронил девять лет назад и последние годы жил так, как считал нужным, не учитывая чьего-либо мнения. И он никогда не был человеком незаметным или удобным. Высокий, крепкий, широкоплечий, предпочитающий темные цвета в одежде, Ричард Хартвилт привлекал внимание на всех приемах. Его тяжелый взгляд не любили, а его самого довольно часто за глаза называли высокомерным и грубым.

– Телятина могла быть и получше, но все же я люблю это заведение. Здесь наливают не только джин, нет толкотни и довольно чисто. Черт, старина Рассел не сглупил, когда принимал решение, что именно открыть… В Лондоне не найти лучшего клуба.

– Согласен. – Ричард Хартвилт сидел боком к столу на крепком массивном стуле, развалившись и положив ногу на ногу. Вторая бутылка виски подходила к концу, и приятное тепло разливалось по телу. Посмотрев на приятеля, он с усмешкой добавил: – Уильям, заказывай в следующий раз окорок, поверь, он того стоит.

– К хорошей закуске нам нужна третья бутылка.

– Если нужна, значит, будет. – Ричард повернул голову к двери, задержал взгляд на вошедшей девушке и наклонил голову набок, изучая незнакомку. Мало того, что присутствие здесь представительницы женского пола уже вызывало удивление, так она еще была и красива… И это не рядовая красота, здесь явно присутствуют шотландские корни, и кто знает, какие еще крови намешаны. Черные волосы собраны на макушке и спадают к плечам каскадом локонов, темные глаза… Губы? Именно такие, как он любит. Идеальные, вовсе не маленькие, манящие. – Ты не знаешь, кто она?

Уильям обернулся, посмотрел на девушку и произнес легко и даже весело:

– О, тут все просто. Это одна из девок Келли. Стоит дорого, но ты, конечно, сможешь купить без проблем. Если захочешь.

– Девка Келли? Мне нужны подробности, надеюсь, ты не забыл, что я в Лондоне бываю редко, а сейчас здесь всего лишь месяц.

– Видишь, у нее на груди лист гейхеры? Это метка, которая говорит всем, что эта красотка продается. Хороша, правда? Густые черные волосы, большие глаза, а как держится! Наверное, ей лет восемнадцать.

Девушка остановилась около последнего стола в ряду, огляделась, а затем подошла к стойке и сказала несколько слов мальчишке, натирающему тарелки. Тот кивнул и юркнул за дверь, скорее всего, поспешил за хозяином.

– Я хочу ее заполучить, она мне нужна, – уверенно произнес Ричард, протянул руку к бокалу и залпом выпил остатки виски. – С кем нужно договариваться? С ней или с этой самой Келли?

– Мне кажется, без разницы, – махнул рукой Уильям и тоже потянулся к бокалу. Светлая челка съехала на лоб, и он привычным движением убрал ее назад. – Видишь, она надела светлое платье? Хочет, чтобы бордовый листок было хорошо видно. Эвелин Келли уже давно занимается поставкой девочек в разные города. На воспитании не экономит: науки, манеры и наверняка обучение разным штучкам… Однако отличный виски у старины Рассела. – Уильям сделал большой глоток, разлил еще виски по бокалам и откинулся на спинку стула. – Все девчонки Келли девственницы, а соответственно никакую заразу от них подцепить нельзя. И не дуры, что тоже повышает цену. Такую вполне можно привести в клуб, куда ходят с любовницами, потому что эти девочки умеют достойно себя вести, стыдно за них уж точно не будет – хвастайся сколько хочешь. – Уильям хохотнул