Белорусские поэты (XIX - начала XX века) - Максим Богданович

<ИЗ ЦИКЛА «ЛЮБОВЬ И СМЕРТЬ»>

«Хмуро небо ночное…»

© Перевод С. Ботвинник

Хмуро небо ночное, —Ночь давно пересилила день,И от свечки в покоеУж бесшумно колышется пятнами тень.

Ты не спишь ни минутки —Напряженно в постели лежишь,Словно жадно и чуткоУстремляешь свой взгляд в эту темную тишь.

Голос — трепетней, глуше,Еле рот твой раскрылся, румян.Мне шепнула: «Послушай», —И, зардевшись, кивнула на гибкий свой стан.

Сердце сжалось в волненьи!Понял я. У постели я всталПред тобой на колени,С затаенной надеждою к чреву припал.

А оно уж дрожало,Билась жизнь, затаенная в нем, —И душа просиялаНикогда не гасимым священным огнем.

Август или октябрь 1912

БЕРЕМЕННОЙ

© Перевод А. Прокофьев

Тихо идешь ты и в чреве ребенка, шагая, колышешь,         Служишь теперь колыбелью темной и теплой ему.

Август или октябрь 1912

«Дитя, что в колосе зерно…»

© Перевод А. Прокофьев

Дитя, что в колосе зерно,Под сердцем у тебя всё зреет,И сердце темное светлеет,Щедрей становится оно.

И ничего в нем больше нет,Лишь есть любовь, ее сверканьеИ сладко-сонное желанье,И сладко-сонной думы след.

Август или октябрь 1912

ТРИОЛЕТ («Деревянное яичко…»)

© Перевод С. Ботвинник

Деревянное яичкоПредставляешь ты собой.В нем увидишь, лишь открой,Деревянное яичко.Как игрушка-невеличка,В чреве скрыт ребенок твой —Деревянное яичкоПредставляешь ты собой.

Август или октябрь 1912

«Когда дитя, ребенок твой…»

© Перевод А. Прокофьев

Когда дитя, ребенок твой,Под сердцем тихо шевельнется,То вмиг по телу разольетсяЕще невиданный покой.

И ты, такой покой храня,Как будто слышишь человечка:«Я — птенчик, под твоим сердечкомКак в гнездышке. Не тронь меня!»

Август или октябрь 1912

ПРОКЛЯТЬЕ БЕРЕМЕННОЙ

© Перевод С. Ботвинник

К твоим окошкам спозаранкуЯвилась ворожить цыганкаВ посконном рубище нечистом,Блестя серебряным монистом.И, твой отказ почуяв сразу,Шипит проклятья злую фразу,В твой взор впирает взор сердитый:«Ребенка мертвого роди ты!»Тут засмеялась ты несмело,Вся задрожала, побледнела.

Август или октябрь 1912

«С горем ты дитя рождаешь…»

© Перевод А. Прокофьев

С горем ты дитя рождаешь,Боли никак не унять.Стонами сердце терзаешь…Что я могу тут понять?

Сильно меня ты любила,Сильно тебя я любил,Всё же довел до могилы,Мукам отдав, погубил.

Август или октябрь 1912

«Совсем без сил, в поту, как белый снег бледна…»

© Перевод С. Ботвинник

Совсем без сил, в поту, как белый снег бледна,На смятой, кровью залитой постелиЛежит усталая и жалкая она,«Я — мать», — одно лишь шепчет еле-еле.

Она измучилась. Ей, может, уж не жить —Но счастьем полон взор страдалицы недавней,А на ее тугой груди уже лежитБагровый, тепленький — и чмокает забавно.

Август или октябрь 1912

«После родов день ото дня ты вянешь…»

© Перевод А. Прокофьев

После родов день ото дня ты вянешь:Поблекшее осунулось лицо,Растрескались обветренные губы;На них порой неясно пробежитПугливая и жалкая усмешка;Большие синеватые кругиЛегли, как тени, у очей, а очиКак будто просят милости у всех.

Так маленький пушистый одуванчикПод ветром облетает, чтобы семяМогло взрасти и расцвести могло бы,И после только жалкий стебелекВсем говорит о жизни, данной детям.

Август или октябрь 1912

«Смертию смерть поправ…»

© Перевод А. Прокофьев

«Смертию смерть поправ»,Ты на земле отгостила…И, хоть сама умерла,В муках дитя породила.

Скоро в могилу навекТело усталое ляжет;Пусть же, как символ над ним,Крест о мученьях нам скажет!

Август или октябрь 1912

«Тем венки суровой славы…»

© Перевод А. Прокофьев

Тем венки суровой славы,Что за край родной в боюЖребий вынули кровавый,Повстречали смерть свою.

Всё же доля есть славнее:В чьих сердцах любовь горит,Боль и муки знают с неюТе, кто миру жизнь дарит.

Слава тем, кто, так страдая,Может с честью смерть принять,Кто в мученьях умирает,Чтобы жизнь ребенку дать!

Август или октябрь 1912

«Белый крест, плита, под ней могила…»

© Перевод Б. Иринин

Белый крест, плита, под ней могила;Нежным цветом роза зацвела…Здесь когда-то ты, мой друг, почила, —Родила в мученьях и легла.

Миновало всё… И боль и горе —Всё поблекло в долгой смене дней;И одна лишь надпись «Disce mori»[93]Здесь напомнит о судьбе твоей.

Август или октябрь 1912

СТИХОТВОРЕНИЯ, НЕ ВОШЕДШИЕ В СБОРНИК «ВЕНОК»

ПРИДЕТ ВЕСНА

© Перевод П. Семынин

Холодно. По полю ветер гуляет,         Воет, как зверь,Снегом швыряет, тоску нагоняет,—         Плохо теперь.Плохо… но сердце поет: не томися,         Будет весна! —Крикнет: «Проснися, земля, пробудися!         Вспрянь ото сна!»Солнце проглянет, зазеленеет         Шелк на лугу.Голос весны будто ветром развеет         Горе-тоску.

<1908>

НАД МОГИЛОЙ

© Перевод А. Тверской

У дороги в чистом поле         Могила стоит,А над нею — злая вьюга         Гуляет, шумит.На могиле одиноко         Калина растет.Ее ветер овевает,         Метелица гнет,Вкруг могилы незаметной         Пляшет и гудит —Всё о том, кто в поле чистом         Непробудно спит.

<1908>

МОИ ПЕСНИ

© Перевод Н. Браун

1

Когда горе душу обоймет мою,Станет жалко дней потерянных своих,—Я тихонько песни грустные пою,Всю печаль свою я вкладываю в них.Тихо песня разливается, звенит,Говорит мне, как я молодость сгубил,И как до сих пор не смог я полюбить,И совсем по-настоящему не жил.

2

А как милую я вспомню сторону,Да как вспомню ее бедность и нужду,Дрогнет сердце, — и опять я петь начну,Хоть немного свою душу отведу.Грозно песня разливается, гремит,Долю злую мужиков она клянет:Ведь невидимая цепь на них висит,В стороне родной их давит тяжкий гнет.

1908

НОЧЬ

© Перевод А. Тверской

Тихо всё было на небе, земле и на сердце…Ночь темнотою родные места покрывала,Яркие звезды блистали, и месяц вдруг выплыл,Небо, и лес, и поля серебром заливая.

Всё уж уснуло, и только березы шептались,Только осины шумели, и только колосья,Землю целуя, на поле широком качались.…Тихо всё было на небе, земле и на сердце.

1908

НА ЧУЖБИНЕ