Как ты там? - Фёдор Вадимович Летуновский

краями оставалась совершенно однородной, а столь привычное за последние годы ощущение связанности с «семьёй» покинуло его, он больше никого не ощущал – ни детей, ни других основных или нежелательных и при этом совершенно не представлял, где их искать.

Поэтому одной из первых эмоций Артура после пробуждения стало чувство страха оттого, что он просто застрянет здесь навсегда, даже если Алла привезёт противоядие и Билли останется жив, однако он решил не поддаваться панике и попробовать найти кого-то из остальных и, вместе с ними, отыскать путь к пятну света.

Так как Артур полностью утратил ориентацию, то просто пошёл вперёд, но его не покидало ощущение, что он либо стоит на месте, либо эта серая и светлая по краям сфера движется вместе с ним, удерживая его под центром купола, словно жука, накрытого стаканом. Возможно, так оно и было, но «восход» по её краям разгорался всё ярче, погружая самую рациональную личность Билли в состояние паники. Артур понимал, что идёт он уже очень долго, и времени прошло слишком много, но в один момент, рефлекторно обернувшись, он увидел перед собой Учителя.

Внешне он выглядел так же, как и сам Билли – крепким загорелым голубоглазым мужчиной с ниспадающими до шеи волнистыми каштановыми волосами, и на вид казался явно моложе прожитых им пятидесяти пяти лет.

Артур ощутил новую волну тревоги, ведь если Учитель решил явиться – значит всё очень плохо.

– Что происходит? – сразу спросил Артур, – И кто сейчас на пятне?

– Похоже, мы умираем.

– Я догадываюсь, – сухо ответил Артур.

– Когда всё здесь окраситься красным – это будет означать агонию мозга, его необратимое повреждение, – объяснил Учитель, – Поэтому сознание спрятало вас четверых, а так же детей и Адалану куда-то совсем в дальнее место, чтобы вы были последними, кто останется, если оно начнёт угасать. И, в отличие от меня, вы не можете его покинуть. Но нам предложили план эвакуации, поэтому мне пора на пятно, чтобы вести переговоры. Ты первый, кого я встретил, поэтому найди остальных и держитесь вместе.

– Но как я это сделаю? Я заперт здесь и никого не слышу! У нас ведь у каждого есть нечто вроде своей мелодии, по ней я и знал, куда идти, а сейчас всё непроницаемо!

– Тут надо не идти, а скользить, двигаясь мысленно. Представь себе образ любого из них, его внутренний цвет, его музыку и стремись к ней, а когда встретишь, научи этому, и вместе отправляйтесь за остальными. А мне пора, до встречи!

– Надеюсь, что до встречи, – ответил Артур, и уже через мгновение рядом с ним никого не было.

Тогда он посмотрел на занимающий всё большее пространство ядовитый восход и закрыл глаза, представив себе Адалану. Почему-то он решил разыскать первой именно её.

Поддерживая с двух сторон измученного спазмами мальчика в теле взрослого мужчины, Илюша и Евгений Петрович шли по дорожке в сторону источника. У них оставалась ещё пара часов до наступления сумерек и закрытия купальни, солнце уже зависло над деревьями, став менее жгучим, однако прохладней в это время не становилось – апрельская духота изнуряла людей даже ночью, наполняя их сны тяжёлыми и причудливыми видениями.

Под навесом, где, опустив в горячую воду только ноги, оживлённо болтали о чём-то четверо пожилых тайцев, Илюша помог Дэнни раздеться и показал ему, где можно сойти по ступеням и присесть так, чтобы на поверхности оставалась лишь верхняя часть груди и голова. Минут через десять он перестал стонать и замер, словно уснул.

– Дэнни, как ты? – спросил Илюша.

– Дэнни здесь больше нет, я его отпустил, – ответил Билли Миллиган, открывая глаза, которые – как показалось Илюше – стали ещё ярче, – А с вами говорит Учитель. И спасибо за всё, что вы для нас сделали.

– Спасибо вы скажете Алле, когда она привезёт то, что нужно.

– Ну хорошо, тогда давайте просто поболтаем.

Так как Билли был уже совсем слаб, то говорил, в основном, Евгений Петрович. Он объяснил ему про технику извлечения воспоминаний и свои первые эксперименты восьмидесятых годов, ещё на аналоговой аппаратуре и добавил, что сейчас, благодаря современной технике готов совершить настоящий перенос. Илюше особо не пришлось ничего себе рассказывать, ведь Учитель, хранящий воспоминания всех множественных личностей был прекрасно осведомлён, почему именно они здесь оказались.

На закате они вернулись домой, Евгений Петрович подключил Билли к своему устройству, Учитель уступил место Филипу, и через четыре секунды его личность оказалась заключённой в смартфоне с разбитым экраном модели 2008 года.

Когда учёный убедился, что всё прошло удачно, то освободил сознание Билли ещё от двух самых беспокойных нежелательных – лицемерного клоуна Стива и нью-йоркского сноба и хвастуна Мартина, перенеся их на другие носители.

Бывший иллюзионист заранее объявил, что в качестве оплаты он возьмет себе одно хорошее воспоминание каждого из них, в том числе и Аллы.

– А она-то тут причём? – спросил у него Илюша.

– Потому что вы вместе. И она меня интересует не меньше, чем Миллиган.

Связь с Аллой оборвалась, когда она оказалась в глубине страны, которая раньше называлась Бирмой. Интернет там тоже практически не работал, возможно, только в дорогих отелях, где она останавливаться не собиралась, но Илюша ещё днём отправил ей на почту сообщение: «Помнишь, я рассказывал тебе про Фокусника в Эрмитаже? Он здесь. Он вытащит из Билли нежелательных, которые им завладели, но хочет, чтобы мы поделились с ним своими воспоминаниями. Это его оплата.» На что Алла, уже ночью, ответила ему: «Мне не жалко своих воспоминаний, но сначала я просто в глаза ему посмотрю. И я нашла Ткань. Позвоню из Таиланда, когда сяду в самолёт, есть дешёвый рейс. Делай сейчас для Билли всё, что возможно.»

Получив этот сообщение, Илюша немного успокоился.

Когда они попрощались, Алла около суток добиралась на автобусах сначала до границы с Мьянмой, а затем до города Мандалай, где у неё были знакомства. Там она получила ткань и переночевала, после чего поздним утром вернулась в Таиланд, вылетела на дневном самолёте из Чиангмая в Сураттани, оказавшись на месте уже ранним вечером.

Она смочила ткань обычной водой и обернула в неё тело Миллигана. Уже ночью он почувствовал себя лучше, а за двое суток сотканная бирманскими ткачихами лечебная простыня полностью впитала в себя весь яд, но ещё неделя ушла на реабилитацию Билли.

Именно тогда Евгений Петрович взял у каждого по воспоминанию, объяснив, что не отбирает их, а просто копирует себе на устройство.

Илюша поделился своими первыми впечатлениями от прибытия на Панган, а