"Фантастика 2025-162". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Greko

– Не бог, конечно, но существо разумное, хотя и выращенное искусственно.

– Странно, – сказал Ядогава.

– Что, простите?

– Если Вестники были созданы по технологии БОГ, то поведение нимфанского «мурекса» далеко от поведения интеллектуального существа.

– Не все Вестники были созданы «богами», – покачала головой приободрившаяся Елизавета; никто из присутствующих не стал напоминать о совершённых ею ошибках, никто не смотрел косо, и она приобрела прежнюю профессиональную уверенность. – Я имею в виду нравственную базу. Вестники строились как летающие командные пункты, умеющие автоматически запускать уцелевшие стратегические комплексы для гарантированного уничтожения агрессора. Высокие моральные качества им были ни к чему. Нам просто повезло, что Копун… то есть толкиновский Вестник, оказался таким дружелюбно настроенным. – Елизавета с улыбкой кивнула на Ломакина. – Он даже определил, что Иван – дальний родственник главного конструктора.

– Поздравляю! – хохотнул Альберт.

– Если нимфанский Вестник, подчинившийся Курту, – задумчиво сказала Фьоретта, – тоже имеет «божественные» возможности, нас ждут непростые времена.

– Я надеюсь, что Вестник Нимфы не «бог», – пробормотал Иван. – Курт, по большому счёту, трус, и если ему дать надлежащий отпор…

– Он сбежит! – скривил губы Альберт.

– Его надо уничтожить! – твёрдо сказала Фьоретта. – Иначе он будет возвращаться снова и снова!

Иван и Бугров переглянулись. Капитан взял его под руку.

– Идёмте, расскажете подробно, где были и что видели.

– Мы проверили базу на спутнике Юпитера…

– Вот и обменяемся новостями.

Последовавшие вслед за встречей несколько часов пролетели в беседах с разными должностными лицами Роскосмоса и сотрудниками Службы безопасности как на борту «Дерзкого», так и на космодроме в Плесецке. В конце концов слегка одуревших от долгих объяснений путешественников оставили в покое, и оба смогли уединиться в жилом модуле Ломакина на окраине Плесецка.

Отпустив сопровождавших пару сотрудников спецохраны (их предупредили, что теперь они будут находиться под постоянным наблюдением как свидетели и держатели значимых космических тайн), Иван и Елизавета обнялись в тишине двухкомнатного жилого блока, после чего объятия закончились в постели, хотя минуту назад казалось, что сил у обоих хватит только на водные процедуры и на сон.

Спать легли намного позже, чем рассчитывали. Сил, конечно, не прибавилось, но ласки любимой благотворно сказались на тонусе Ивана, и он с удовольствием поухаживал за женщиной после получасового валяния в ванне: приготовил глинтвейн, добавив в напиток сушёной черники, приготовил овощное рагу (просто включил линию доставки, но тем не менее), затем сварил кофе, и они долго сидели в гостиной, завёрнутые в простыни, поглядывая на виом ТВ-системы, обсуждали мировые новости (конфликты множились, войны за обладание астероидами шли постоянно), вспоминали общих знакомых, прощание с Копуном и составляли планы на будущее. А когда всё-таки легли спать, не в силах совладать с расслаблением, Елизавета сказала непослушными губами:

– Я тебя люблю, Ваня-кун.

Иван засмеялся и прижал её к себе…

Сон ему приснился странный: он обозревал космос, как человек обозревает океан с большой высоты, будучи не просто наблюдателем, не одиноким существом и даже не планетой или звездой, а целой галактикой, и видел затухающие костры погибающих миров, планет, звёзд и их скоплений, и сердце сжимала тревога, хотелось остановить мрачный огонь уничтожения, пожирающий галактики, пылающий во всех уголках Вселенной, броситься в этот страшный пламень и спасти гибнущие расы. Но сил не было, тело не слушалось, скованное невидимыми путами, и он мог только в ужасе следить за уничтожением жизни, запущенным самой жизнью…

Звёзды тела-галактики начали растворяться в тихом звоне, и он очнулся. Ушей действительно коснулся реальный тихий мелодичный звон.

– Ваня, твой мобик, – послышался шёпот проснувшейся Елизаветы.

Иван окончательно пришёл в себя, цапнул с тумбочки браслет коммуникатора и вышел в гостиную. Над браслетом выросла голова капитана Бугрова.

– Иван, тревога А-формата! Ты далеко?

Ёкнуло сердце.

– У себя… что случилось?

– В облаке Оорта появилось невидимое массивное тело. Кроме того, за орбитой Урана произошло крушение круизного лайнера «Синко Льягас», принадлежащего испанцам. А также перестал поддерживать связь пограничный модуль Межкосмоса, контролирующий пространство за орбитой Нептуна.

– Прибыл! – выдохнул Иван.

– Ты думаешь…

– Это Шнайдер, без сомнений! Вернее, его носитель – «мурекс».

– Не наш Копун?

– Копун совершеннее и умнее, он не станет шастать по Солнечной системе как слон по посудной лавке. И я уверен, что он давно где-нибудь в ядре галактики.

– Ладно, ещё поговорим, срочно на крейсер!

– Буду через полчаса.

Голова Бугрова растаяла.

В гостиную вошла заспанная Елизавета в одной полупрозрачной ночной рубашке.

– Кто звонил?

– Капитан.

В глазах женщины протаяла тревога.

– Что случилось?

– Это называется – отдохнули. Курт в Системе! – Иван сбросил оцепенение, пересказал слова Бугрова.

Елизавета зябко передёрнула плечами.

– Что теперь будет?

Иван попытался выглядеть уверенным, привлёк любимую к себе.

– Будем сражаться!

Вересов находился в зале управления марсианским «динозавром», что прятался в пещере под северным валом кратера Тимей, когда в зал ворвался Мишин и жестом дал понять, что надо выбраться в пещеру.

– Тебя вызывает главный.

Вересов махнул рукой старшему бригады технических специалистов, изучавших комплекс управления «пушкой», названной Иваном Ломакиным сбросером: мол, работайте, – и поспешил за капитаном. Как оказалось, из глубин излучателя невозможно было поддерживать связь с поверхностью, его корпус удивительным образом экранировал даже гравитационные волны и нейтринные импульсы (что послужило основой дискуссии физиков о причинах блокирования связи, и учёные сделали вывод о пузыре перестроенного вакуума, вмороженном в корпус сбросера), поэтому приходилось выбираться из лабиринтов огромного сооружения наружу в пещеру.

Через минуту стала известна причина вызова.

Вересов выслушал торопливую речь начальника Коскора, сказал:

– Дождались. Сомнений нет?

– Нет! – ответил Головин. – Как выразился капитан Бугров: никогда такого не было и вот опять. Через час генерал собирает совещание, тебе тоже надо поприсутствовать.

– Лично?

– Через решалу. – Головин имел в виду визар – сеть онлайн-связи.

Собирать всех причастных к проблеме ответственных лиц по всей Солнечной системе было долго, а ситуация складывалась так, что решать надо было быстро.

– Шлюп погранцов доставит тебя на борт «Дерзкого», – добавил Головин.

– Буду, – лаконично пообещал Вересов.

– Новости? – спросил Мишин.

– Строганов собирает весь тревожный улей. Кто-то невидимый прётся через Систему к Солнцу, сшибая всё на своём пути.

– Нимфанский Вестник, кто ж ещё!

Вересов направился к катеру.

– Остаёшься за меня.

Тоннель, соединявший подземную полость с базой «Космогеологии», представлял к этому моменту хорошо освещённую улицу середины двадцать первого века, по которой в обе стороны спешили бегающие и летающие машины разного назначения. К изучению военного наследия марсиан подключились не только спецслужбы, но и российские научно-исследовательские институты, Академия наук, технологи и инженеры, а также специалисты в области ксенологии, биологии и медицины. Всем было интересно ознакомиться с артефактом, пролежавшим на Луне сто пятьдесят миллионов лет, и собрать как можно больше информации о его создателях.

Но всей движухой под лунной поверхностью управлял логистический центр СКБ, использующий мощные кванки, и толкотни не было. Посторонних не пропускала хорошо организованная охрана подземелья.