Серебряный доспех - Ярослав Хабаров

В этой несущейся толпе жрецы не сразу разглядели двух троллоков.

– Ты уверен в том, что делаешь? - задыхаясь на бегу, спросил Гирсу. Его легкие работали как кузнечные мехи, но даже воин уже чувствовал утомление. Стремительная погоня вымотала его; так что же говорить о менее крепком Хазреде!

Однако тот, как казалось, держался даже лучше приятеля. Очевидно, его целиком и полностью захватила эта затея.

– Я уверен! - рявкнул Хазред. - У жрецов сейчас будет важное занятие! На нас они и внимания не обратят.

Мосластые создания набросились на служителей в мантиях. Те пытались обороняться, но силы оказались слишком неравными. Чудовища хватали их, валили на землю и мощным, уверенным ударом длинных когтей разрывали несчастным горло. Одному жрецу оторвали голову, и фонтан крови залил все вокруг. С громким урчанием тварь набросилась на обезглавленное тело и, вымазавшись в крови, принялась пожирать останки. Другие поглядывали на нее с завистью.

К нападавшим уже бежали воины, призванные охранять обелиск от вторжений. Обычно лишь немногие осмеливались посягать на святыню, опасаясь гнева богов. И справедливо опасаясь! Но то касалось лишь разумных существ. Что до обычных хищников и злобных порождений тумана - с ними приходилось разговаривать на языке железа и стали.

В большинстве своем охрана обелиска состояла из ижоров, довольно хрупких на вид и явно более слабых, чем большинство их противников. Они пользовались отравленными стрелами, и, надо сказать, впечатление слабости, которое они производили, было весьма ошибочным. Под ядовитыми стрелами храмовой стражи пало немало врагов. А те, на кого яд не действовал, погибали от деревянных дротиков или от огня.

Ловкие, умелые, хитрые, ижоры хорошо знали свое дело.

Однако сейчас им пришлось нелегко. Мосластые твари оказались стойкими к страшным ядам. Хазред сам видел, как один из них, с тремя стрелами в груди, продолжал преспокойно атаковать жрецов. Сперва Хазред (как и храмовые защитники) полагал, что обычно оружие против мосластых существ бесполезно, но затем он с облегчением убедился в своей ошибке. Яд действовал на них очень медленно, но все-таки действовал. Постепенно движения раненых отравленными стрелами становились более медленными, реакции - заторможенными.

Вот один, с двумя стрелами в руке, неожиданно покачнулся и упал на четвереньки. Кожистые лоскутья на его спине затряслись, как будто его колотила жестокая лихорадка. Затем умирающий монстр поднял голову и зарычал, обнажив очень длинные, испачканные кровью клыки. Затем он ткнулся лбом в землю и больше не двигался.

Но все же монстры умирали слишком медленно. Пока ижоры истребляли их, держась на безопасном расстоянии, чудовища уничтожили слишком много жрецов. В отличие от нападавших, обороняющиеся погибали сразу. У многих не хватало времени даже на то, чтобы нанести убийцам сколько-нибудь значительную рану, хотя сказать, что жрецы погибали, как безобидные птенчики, было нельзя: у них имелись длинные ритуальные кинжалы из обсидиана, предназначенные для заклания жертв, и жрецы умело пользовались этим оружием.

– Мы не успеем, - пробормотал Хазред, наблюдая за бойней.

Они с Гирсу прятались среди камней и молились Болотному Духу о том, чтобы сражающиеся не обратили на них внимания. Что-что, а скрываться в болотных зарослях троллоки умели мастерски! К счастью, мосластые создания и жрецы из храма были чересчур увлечены друг другом, чтобы отвлечься от битвы и заняться куда более скучным делом - поиском двух зеленых троллоков среди зеленой травы.

– Чего мы не успеем? - осведомился Гирсу. - По мне, так нужно уносить ноги, пока не поздно. Вот если мы начнем прямо сейчас, то очень даже успеем.

Хазред повернул голову и посмотрел на друга весело и чуть иронически.

– Ты предлагаешь мне бегство? Ты, великий воин?

– Пока что я еще не стал великим воином, поэтому могу с чистой совестью уносить ноги из опасного места, - парировал Гирсу. - А кроме того, внутренний голос подсказывает мне, что если я не смоюсь прямо сейчас, то великим воином мне вообще никогда не быть.

– Разумно… но неразумно, - парадоксом ответил на это Хазред. - Разумно, потому что сбежать - это самый простой и надежный способ остаться в живых. А неразумно, потому что остаться - это возможность выполнить мою миссию и достичь куда большего величия.

– Мертвецы не достигают величия, - сказал Гирсу безнадежным тоном. Он уже понял, что Хазред никуда отсюда не двинется. Будет сидеть в сырых кустах и ждать, пока жрецы и эти, с горбами, не перегрызут друг друга.

– Смотри! - шепнул Хазред. Глаза его расширились.

Ого! Даже Хазреда проняло! Стало быть, там, возле обелиска, и впрямь сейчас происходит нечто из ряда вон выходящее.

Гирсу даже высунулся из своего укрытия, чтобы лучше видеть.

Судя по всему, жрецы пришли в отчаяние, видя, что с горбатыми тварями им не справиться. Они выпустили против них глита - человекоподобного ящера. Темно-зеленые чешуйки, покрывавшие его тело, и вытянутая морда придавали глиту сходство с рыбиной. Этот же эффект подчеркивал и растопыренный гребень на голове человекоящера - кожистый, на «каркасе» острых тонких костей, раскрывавшихся веером.

Мощный торс глита, его могучие руки и взгляд холодных маленьких глазок - глазок умной, хитрой безжалостной рептилии - поневоле внушали почтение. Этот противник требовал уважения к себе. В его жилах текла древняя кровь. Хазред поневоле вспомнил о том, что, согласно легендам, обитатели трясин Исхара ведут свой род от древних ящеров…

Как правило, глит сражается за деньги. Очевидно, жрецы платят ему изрядные суммы за охрану собственных персон. И будучи скупыми, как все жрецы, они не прибегали к помощи своего наемника до последнего, надеясь справиться собственными силами. Ведь за участие в бою глиту придется выдавать двойную (если не тройную) плату!

Рослое создание с грубой кожей, похожее одновременно и на ящера, и на человека, побежало навстречу врагам. Те, очевидно, мгновенно оценили опасность. Они сбились в кучу и оскалились. Глит бежал, набирая скорость с каждым шагом. В руках его сверкали широкие изогнутые мечи.

Твари явно что-то задумали. Они переглядывались и обменивались короткими лающими сигналами. Многие подобрались, горбы на их спинах напряглись…

– Ему конец, - прошептал внимательно наблюдавший за ними Хазред.

– Им? - переспросил Гирсу, морща лоб. Ему казалось, что даже десяток разъяренных существ не в состоянии справиться с непобедимым глитом.

– Да нет, не им, а ему, - повторил Хазред.

– Ты шутишь! - Гирсу метнул на приятеля изумленный взгляд. - Глит непобедим. Это очень мощный боец. И чрезвычайно хитрый.